Улей 2: Нерест
Шрифт:
ОНА ПЫТАЛАСЬ РАССЛАБИТЬСЯ, пыталась разобраться во всем.
Но разум постоянно возвращался к тому, о чем она совсем не хотела думать: что было в Хижине №3. Реликт, который Хаптманн и доктор Элдер нашли где-то в окрестностях заброшенной американской базы, станции Харьков. Они держали его под замком в Хижине №3 и отказывались говорить, что это было.
Но ходили слухи.
О том, что произошло на станции Харьков много лет назад, ходило множество слухов.
Но вы не верите в эту чушь. Те дикие сказки, которые вышли из Харькова. То, что они нашли во льду...
Нет, нет. Хаптманн и Элдер были палеобиологами.
Конечно, то, что они нашли, было древним, но определенно земным.
Она продолжала говорить себе это.
Заставляла себя поверить.
4
ОНА БЫЛА В ПОЛНОЦЕННОМ режиме паники.
Ее научный и ее рассудочный разум покинул ее. Ее накрыли и растоптали древнейшие эмоции: первобытный страх, суеверный ужас.
Она выбежала из общежития в кают-компанию, где все ели и отдыхали.
Проверила камбуз и мастерские.
Лаборатории и складские помещения.
Никого.
Самое смешное, что везде ярко горели огни. Только в комнатах общежития не было света.
В кают-компании она всматривалась из окна в антарктические сумерки. В это время года они длились около двух часов, прежде чем в час ночи снова всходило солнце. Снаружи зрела буря. Дул ветер, разбрасывая вокруг пласты снега. Гаражи были освещены. Она видела машины: "Дельты", "Снежные Коты" и снегоуборщики с большими шинами.
На мгновение ей показалось, что она увидела фигуру, ускользающую в пурпурные тени.
Но нет, это, должно быть, было плодом воображения.
Никого не осталось. Никого вообще.
В панике, на грани полной истерики, Батлер застыла в кают-компании среди пустых столов, пытаясь думать, пытаясь придумать какой-нибудь план, не связанный с реликтом из Хижины №3.
Казалось, она не могла пошевелиться.
Она почти боялась этого.
Боялась того, что может увидеть или почувствовать.
Потому что в тот момент она что-то чувствовала. Существа, которые видели ее, но которых она видеть не могла. Ощущение мурашек, будто кто-то смотрит, наблюдает.
Она подумала: "Иди в радиорубку, избавься от стресса".
Да. Да, именно это она и собиралась сделать.
Но куда бы она ни отправилась, куда бы она ни повернулась, она чувствовала, как что-то надвигается на нее. Что-то почти осязаемое, что-то, что она не могла видеть, а только чувствовать. Это наполнило мозг спутанными тенями и вызвало спазм в животе. Что бы это ни было, оно было достаточно близко, чтобы коснуться, и достаточно близко, чтобы коснуться ее.
Резкий химический запах ударил в лицо, вызвав жжение в ноздрях.
Что-то похожее на ветку коснулось шеи.
Она вскрикнула, обернувшись, но там ничего не было.
Она услышала какой-то шипящий звук, похожий на протекающий радиатор, доносившийся из коридора общежития. Она чувствовала движение вокруг себя, слышала отдаленные звуки скрежетания и царапанья.
Дрожа, она упала на колени, дыша так тяжело, что у нее началась гипервентиляция. "О, пожалуйста, о Боже, просто останови это, заставь все это прекратиться, заставь все это исчезнуть".
Внезапно раздался резкий пронзительный шум, который то усиливался, то затихал.
Батлер поднялась на ноги и побежала к лабораториям и радиорубке.
Через три фута хлопнула дверь.
Потом еще одна в конце коридора.
Что-то бухнуло в стене.
Ее глаза расширились, и кожа туго натянулась на костях, она увидела еще один комплект ластообразных мокрых отпечатков. Они шли по коридору и исчезали у сплошной стены, как будто то, что их оставило, прошло прямо сквозь нее.
Она повернулась к одной из хлопнувших дверей.
Она вела в теплицу.
Она схватила ручку и распахнула дверь. В лицо ударил поток химического запаха, и на этот раз он пах почти как отбеливатель. У нее перехватило дыхание и заслезились глаза.
В теплице было холодно.
Батлер видела свое дыхание.
Все растения - помидоры и фасоль, морковь, пастернак и всякая другая зелень - были коричневыми и увядшими. Она не знала, откуда взялся холодный воздух, убивший все, но мозг подсказывал, что он мог исходить только из одного возможного источника: существа, которое пришло на станцию глубокой ночью.
Она отошла от двери и увидела ползучую тень, возникнувшую там напротив стены, и дверь захлопнулась у нее перед носом.
Она вскрикнула, и что-то очень холодное прошло позади нее.
Спотыкаясь, она побежала обратно в кают-компанию.
Она сразу же увидела невероятные, неясные фигуры, проходящие мимо окон.
Она опустилась на колени.
Огни замерцали, и раздался потрескивающий звук, похожий на статическое электричество.
Они снова замерцали.
Волосы на шее встали дыбом, мурашки побежали по спине. Она знала, что воздух стал холоднее, и это был первый признак вторжения. Что то, что забрало остальных, теперь пришло за ней. Приходит с холодом, вонью и выплеском энергии.
На нее упала темная и ледяная тень.
Она медленно повернулась лицом к тому, что это сделало.
Но там ничего не было.
Ничего.
Погас свет.
Вся станция погрузилась в мутный полумрак, наполненный мелькающими фигурами и живыми разумными тенями, которые окружали ее и теснили со всех сторон.
Внизу отключился генератор.
Но аварийка не сработала.
Не было ни звука, только завывания ветра снаружи.
Вся станция тряслась.