Чтение онлайн

– Интересно, надолго ли его хватит, – не смог промолчать Валера.

– Если я буду осторожна, то надолго.

– Я напомню тебе, что мы едем в морг.

Тело выкатили из холодильника, и Женю чуть не вырвало. Она представляла себе труп, прикрытый простыней, то есть как бы свежий, который мало чем отличается от живого человека. Но прошло три дня, и женщина выглядела просто ужасно, страшно.

Да, она была при жизни высокая, и волосы у нее белые, кудрявые, все как и рассказывал Ребров, но лицо… У нее были высокие скулы, глубоко запавшие глаза, нос с горбинкой и, что сильно портило внешность, сильно выпирающая верхняя челюсть. Сейчас рот покойницы был приоткрыт и видны ровные белые крупные зубы. Вот что имел в виду Ребров, когда говорил про ее лицо. Вот что портило внешность убитой – эта челюсть.

Не могла не заметить Женя и некоторых особенностей тела. Длинные стройные ноги (пальцы покрыты вишневым лаком), плоский живот со следами кесарева сечения и совсем маленькая, но с большими коричневыми сосками грудь. В области лобка треугольник золотистых редких волос. Ногти на руках были покрыты таким же лаком.

Здесь история не про любовь, подумала Женя, выходя из морга на свежий воздух.

Ребров посадил ее, пошатывающуюся, в машину и отвез в близлежащее кафе, где угостил булочками и кофе.

– Тяжелая у тебя работа, Ребров.

– Да уж… Ты сейчас куда?

– Не знаю еще. Подожду, когда выясните, кто она такая. Да, вот, чуть не забыла! Где ее одежда? Украшения, если они были?

– У меня в кабинете, в сейфе.

– Значит, ее не ограбили?

– Похоже, что нет.

– А что с ее вещами будешь делать потом?

– Пока идет расследование, все будет у меня или в специальном хранилище, а потом вернут родственникам.

– А если труп не криминальный, к примеру?

– Ну и вопросы задаешь! Одежду трупов, если родственники не находятся или от них отказываются, зашивают прямо в труп. Вот так.

– Мамадарагая… – Женя прикрыла рот рукой.

– Ты уверена, что тебе хочется быть следователем? Поверь мне, Женечка, это грязная, опасная и трудная работа. Явно не для такой нежной женщины, как ты. Подумай над этим перед тем, как впрячься в подготовку к поступлению в академию. Конечно, ты в любой момент можешь это дело бросить, но как ты потом посмотришь в глаза Борису?

– Я подумаю, – сказала, поморщившись, Женя и допила кофе. – Поедем к тебе, Валера. Хочу посмотреть на ее одежду. Поверь мне, одежда, белье и украшения женщины расскажут мне немало.

Ребров постелил на стол газету и вывалил на нее содержимое большого пакета, извлеченного из сейфа.

– Постой, дам тебе перчатки. – Он достал из ящика стола коробку, откуда вытянул белые тонкие латексные перчатки.

Женя, не спуская взгляда с вороха одежды, натягивала перчатки.

Какая безвкусица! Желтое длинное платье в мелкий цветочек, отрезное по талии, с рукавом три четверти, и серый строгий жакет. Колготки телесного цвета, кремовые туфли из натуральной кожи с маленьким каблуком. Это и понятно, женщина-то она высокая. Одежда и обувь недорогие, купленные либо на рынке, либо на распродаже в супермаркете. А вот белье: маленький бюстгальтер и трусики, все кружевное, изящное, – дорогое. Кто бы мог подумать?

Украшения – тонкая золотая цепочка со скромным кулоном в форме солнца, длинные, прямо-таки цыганские серьги из явно позолоченного серебра, аляпистый перстенек с янтарем, скромные жемчужные бусы, украшенные разноцветными камнями, и очень странный браслет из каких-то трубочек.

– А это что такое? – спросила она Реброва, крутя в руках браслет. – Из чего он сделан?

– Ты не поверишь – это цветные макароны!

– Что? Ты серьезно? Это что, новый бренд такой?

– Думаю, это детская поделка. Может, ее дочка в детском саду сделала или в школе и подарила маме.

– Надо же!

Ребров ознакомил ее с результатами вскрытия. Жертва незадолго до смерти пила вино.

– Она была здоровая, явно не злоупотребляла алкоголем и не курила. И могла бы прожить еще лет сто! Ну что? Увидела ее, осмотрела ее одежду. Что можешь сказать?

– Ничего. Разве что очевидное: рожала, любила свою дочку или сына. Жила половой жизнью. Напрочь отсутствовал вкус. Одежда – кошмар. Украшения – тоже. Янтарь, жемчуг, какие-то цветные камушки, серьги эти чудовищные… И в то же самое время – дорогое белье.

– Может, подарил кто?

– Может, и так. Или же она таким вот образом проявляла любовь к себе, понимаешь? Один такой лифчик двадцатку стоит, и трусы – тысяч семь. Если у нее были такие деньги, то почему же она не купила себе приличные украшения? Получается, что для нее белье было важнее. Быть может, она скрывала свои доходы? Ох, Валера, разное в голову лезет. Осмотрела ее руки, пальцы – не видно, что физически утруждалась. Мозолей нет, маникюр дорогой, свежий. Кожа на руках гладкая. Волосы… Я не уверена, конечно, но мне показалось, что она натуральная блондинка и что кудри ее тоже естественные. При ней не было сумочки, к примеру?

– Сумочку ей подавай! – хохотнул Ребров. – Да если была бы сумочка да в ней паспорт, мы бы давно уже знали, кто она такая.

Реброву пришло сообщение. Он долго смотрел на экран телефона, потом молча протянул его Жене.

– Смотри фото… Муж разыскивает свою жену, пришел с фотографией. Узнаешь?

Женя вся покрылась мурашками: с экрана на нее смотрела залитая солнцем кудрявая блондинка с веселыми глазами и широкой улыбкой. Сколько же счастья и радости было в этой молодой женщине! Уверенная в себе, считающая себя явно красавицей, она как бы продолжала оставаться еще живой – там, на фото, в том мире, где еще не знают о ее смерти, – и смотрела на Женю спокойным добрым взглядом.

Такая женщина не могла бы никому навредить, подумала Женя, вспоминая озвученные Ребровым возможные мотивы убийства. Скорее всего, оказалась не вовремя там, где ее не должно было быть. Случайный свидетель преступления – вот эта версия больше всего подходила к этой солнечной женщине.

– Да, это она.

– Карамелова Алена Владимировна, – читал Ребров послание от своего помощника. – Ее разыскивает муж, Карамелов Герман Михайлович. Женщине тридцать четыре года, замужем, имеет двоих детей. Работает методистом в детском саду в Крылатском.