Шрифт:
Глава 1
Со времён октябрьских репрессий, в школе произошло много изменений. Например, полностью наладилась система питания и более того, этот стратегически важный момент стал держаться под контролем практически на самом верху.
Количество внезапных и абсолютно разноплановых проверок, с единицы выросло до целых десяти, только лишь за один учебный год.
Простые ученики были не в курсе, но до преподавателей, воспитателей, охраны и верхушки школьного управления, очень красочно донесли о суровых методах борьбы с предателями. И я более чем уверен, это дало свои плоды.
Одну из видеонарезок, которую показывали и на педсовете, и в казарме нашей службы безопасности, и в актовом зале работникам столовой, мне благодаря Кали удалось посмотреть лично. Впечатления от последних слов обречённых на казнь людей, были весьма и весьма насыщенные — пробирало кого хочешь. Все они как один раскаивались, слёзно советовали в снимающую их камеру не идти на поводу у жадности и оставаться верными своим присягам. Но безнадёжные взгляды обречённых на смерть людей, говорили громче всего. А если учесть, что многих из них зрители знали лично, нетрудно догадаться какой сильный эффект дал просмотр этих роликов.
Серьёзные изменения в школьные уклады внёс и новый директор. Вот уж кому было плевать на родословные учеников школы и её работников. Тимофей Степанович, как оказалось, был личностью легендарной. Правда для нас с друзьями, да и в целом учащихся, он являлся лишь постоянной головной болью.
Попасть в немилость к этому демону, означало как минимум на несколько месяцев оказаться в опале и с перерывами на сон страдать от напастей его дурного характера.
Веса словам старика, находящегося в ранге гроссмастера, придавала не только его сила, которой он кстати пользовался довольно редко, но и умение поставить себя так, что к его авторитету вопросов абсолютно ни у кого не возникало.
Стоя у него в кабинете на ковре, малолетними детьми себя ощущали не только школьники, которые ими и являлись, но и все преподаватели, а также инструктора, нередко в первое время попадавшие у него под раздачу.
Зато, как по мановению волшебной палочки, из нас в школе наконец-то пусть и постепенно, но стали готовить воинов. К моей радости, после исчезновения опасной добавки из нашего меню, ребята вокруг так или иначе стали прогрессировать.
Меня, кстати, после окончания расследования прилюдно и торжественно наградили, вручив при всей школе почетную награду в виде медали «За мужество» и грамоту за помощь в обеспечении безопасности школы.
Именно тот нашумевший случай, когда покушающийся на мою жизнь убийца по приказу Аристарха Дмитриевича пробрался в окно комнаты где я находился, решили представить обществу как попытку диверсии. После чего, была небольшая и забавная сказка о том, как я с ним мужественно сражался и однозначно имел все шансы одержать верх, если бы не бравые бойцы службы безопасности, очень вовремя подоспевшие на сигнал.
Настоящие же поздравления я получил в весьма узком кругу лиц, состоявшим из почти всей семьи Белорецких, в том числе и Алины с отцом, а также высшего руководства моей школы. На награждение откомандировали в город и моего дядю Святогора, который был несказанно горд за меня, хоть и потом ругал, что я опять влез в неприятности. Дядька целый день провёл со мной в городе, после чего вновь отправился в командировку, на этот раз заграничную.
Что же касалось князя, то он произнёс торжественную речь и тепло меня поздравил, во всеуслышанье заявив, что на таких парнях как я, держится вся империя. Отбросив мысли о том, что где-то я подобную фразу уже слышал, я наслаждался коротким моментом триумфа и всеобщего уважения. И правильно, потому что очень скоро вся эта ситуация забылась и продолжилась обычная жизнь.
— Что это у тебя тут? — брезгливо вытаскивая из волос какой-то бесформенный кусок засохшей и дурнопахнущей дряни, произнесла Алина.
— А ты понюхай. — с трудом сдерживая ехидную улыбку, бросила Маша.
По моей просьбе, князь таки одобрил перевод девчонки в нашу школу и вот уже четвёртый год Морозова училась вместе с нами. По какой-то причине, девочке поменяли фамилию.
Сама Маша эту новость о перевода восприняла поначалу весьма спокойно, потому как не понимала принципиальной разницы. Но позже осталась положением вещей весьма довольна.
— Фу! Воняет! — воскликнула Алина.
— А-ха-ха! — заливистым смехом, будто звон колокольчиков расхохоталась Морозова, а следом и Максим.
Закатив глаза и одарив подругу осуждающим взглядом, Белорецкая повернулась ко мне и вопросительно подняла бровь.
— Всё, что ползает по полу в общаге — рискует превратиться в еду. — флегматично заметил я.
— Фу! — на этот раз практически синхронно воскликнули обе девчонки.
Рассказывать друзьям о том, что этой ночью я очередной раз был в разломе, желания и надобности не было. Кроме Стёпы и Максима, за прошедшие годы я никого в эту тайну так и не посвятил. Незачем ребятам лишний раз переживать, да и ряд ненужных вопросов мне был тоже ни к чему.
Что же касалось застрявшего в волосах кусочка кожи убитого мною монстра, то это досадная оплошность. Видимо он остался там после взрыва, который я учинил напоследок перед возвращением. Вернулся с разлома буквально впритык перед общим подъёмом и едва успел умыться, и привести себя в порядок. А вот на душ уже времени не оставалось. Надо, кстати, подстричься…
— И вам приятного аппетита. — вздохнул сидевший рядом Юра, без какого-либо желания поглядывая в свою тарелку.
— Тоже мне неженка. — хохотнув, хлопнул его по плечу Стёпка.
Пока ребята весело болтали, я мельком оглядел обедавшую за несколько столов от нас Ксюшу. После окончания начальной школы её переселили с нашего этажа и наша дружба сама собой стала угасать. Мы приветливо здоровались друг с другом при встрече, но в реальности, всё меньше и меньше пересекались и, соответственно, общались. Сейчас Ксения и вовсе расцветала, приобретая не по годам приятные очертания в фигуре. Поэтому было неудивительно, что ей интересовались мальчишки постарше.
Повернув голову в другую сторону, я отметил целую группу детей, очевидно второклашек, которых как когда-то нас, на обед привела куратор. Определил я их возраст вовсе не на глаз, а только лишь потому, что среди детишек была маленькая принцесса клана Белорецких. А в каком классе учится Алиса, мне было доподлинно известно.