Чтение онлайн

— Конечно, — вздохнул он. — Это неизбежно, Мэри.

Она смотрела поверх его головы на крошечного паука, который полз вниз по стене.

— Естественно я не могу сказать Рону, что произошло, почему все изменилось. Как я смогу его взять, когда Рон умрет? Если бы Рон знал, я уверена, он никогда бы не попросил меня заботиться о Тиме. Теперь я не могу его взять, это сведет меня с ума! Сейчас мне кое-как удается справляться с ситуацией, но мы видимся два дня в неделю, да и Рон всегда присутствует. Но, что будет, если мы будем вдвоем все время жить вместе? О, Джон, я не знаю, что делать! Если бы я верила, что есть какой-то шанс, что Тим забудет, то все было бы по-другому, я бы нашла в себе силы. Но я знаю, что он не забудет. Я замечаю, как он смотрит на меня, я… Тим не такой уж абсолютный простак, он помнит события, если они произвели на него большое впечатление. Каждый раз, когда он смотрит на меня, он вспоминает, что произошло между нами, но он недостаточно умен, чтобы уметь скрыть свои мысли. Он сердится, он обижен и негодует, и хотя понимает, что больше так не случится, он не понимает — почему.

— Вы придумали, как разрешить ситуацию, Мэри?

— Не совсем. Есть ли какое-нибудь заведение, где люди, подобные Тиму, могут жить, если остались одни и у них нет семьи? Если бы он жил в таком месте, я бы могла брать его на выходные. Я бы сумела тогда владеть ситуацией.

— А еще что-нибудь приходит вам в голову?

— Вообще не видеть его! Но как я могу это сделать, Джон? Ему не поможет, если он перейдет к Дони. Может быть, это вообще с моей стороны эгоизм? Действительно ли я так много для него значу, как я думаю, или это просто самообман? Может быть, он забудет меня, как только окажется в доме Дони. Но мне кажется, что для них главное — их собственная жизнь, а не Тим. У Дони много обязанностей, и она не может целиком посвятить себя Тиму так, как я!

— Есть еще выход.

— Есть? — она нетерпеливо наклонилась вперед. — О, если бы вы только знали, как я хочу его услышать!

— Почему бы вам не выйти замуж за Тима?

Мэри вытаращила глаза. Она была так потрясена, что несколько минут не могла говорить.

— Вы шутите!

Кресло показалось ей слишком жестким и тесным. Она вскочила и прошла в другой конец комнаты, затем вернулась и встала перед ним.

— Вы шутите? — повторила она уже с вопросительной интонацией.

Курительная трубка лежала на столе, он взял ее и начал набивать, медленно и тщательно утрамбовывая табак. Казалось, он концентрирует на этом внимание специально, чтобы сохранить спокойствие.

— Нет, я не шучу, Мэри. Это единственный логичный выход.

— Логичный выход?! Боже мой, Джон! Это вообще не выход! Как я могу выйти замуж за умственно отсталого, который к тому же годится мне в сыновья? Это преступление!

— Абсолютная чушь! — он яростно начал сосать трубку, прикусив мундштук. — Будьте благоразумны, женщина! Что еще можно сделать, кроме того, как выйти за него? Я могу понять, что вы не подумали об этом сами, но теперь, когда эта мысль вложена вам в голову, уже нет никаких причин отбрасывать ее! Вот это и было бы преступление, если вам так нравится такое слово. Выходите за него, Мэри Хортон, выходите за него замуж!

— Ни при каких обстоятельствах! — Она вся сжалась от гнева.

— В чем дело? Боитесь, что скажут люди?

— Вы знаете, что нет! Я не могу выйти за Тима замуж! Это какая-то фантасмагория!

— Чушь и ерунда! Конечно, можете.

— Нет, не могу. По возрасту я гожусь ему в матери, я унылая, некрасивая старая дева, совсем не подхожу для Тима!

Он встал, подошел к ней, взял ее за плечи и потряс, пока у нее не закружилась голова.

— Теперь послушайте меня, мисс Мэри Хортон! Зачем это благородное самопожертвование? Я не выношу самопожертвования, оно только приносит всем страдания. Я сказал, что вам следует выйти за него замуж, да, я в этом уверен. Хотите знать почему?

— О, безусловно!

— Потому, что вы не можете жить друг без друга, вот почему! Господи, женщина, за версту видно, что вы от него без ума, и он от вас тоже! Это не платоническая дружба и никогда она такой не была! Что случится, если вы прекратите с ним видеться? Тим переживет своего отца не больше, чем месяцев на шесть. И вы знаете это! А вы проживете, возможно, весь отпущенный вам срок, но это будете не вы, а ваша тень, и в таком сером и полном слез мире, что вы тысячу раз предпочтете умереть, чем тянуть эти бесконечные дни. Что касается первого варианта, то такого заведения нет, а в те, что есть, надо стоять в очереди годы. Тим не доживет до этого. Этого вы хотите? Убить Тима?

— Нет, нет! — она схватила носовой платок.

— Послушайте меня! Вы должны прекратить считать себя унылой, некрасивой старой девой. Кто-нибудь может объяснить, что один человек видит в другом? Что бы вы ни думали о себе, Тим видит вас совсем другой — прекрасной и желанной. Ну и будьте благодарны! Почему гордость заставляет вас отвергать любовь и восхищение Тима? Это самопожертвование бесполезное и жестокое! Вы думаете, он изменится, и вы ему надоедите? Не надо детских глупостей! Это ведь не светский красавец, это бедное, неумное существо, простое и верное, как собака! Ах, вам не нравится, что я так говорю? Ну, так сейчас не время подбирать выражения, Мэри Хортон. Сейчас нужна только правда, простая и неприкрашенная. Мне неважно, почему Тим сосредоточил именно на вас свою привязанность, меня интересует только сам факт. Он вас любит, вот и все. Он любит вас! Как бы это ни казалось необъяснимым, но он вас любит. Я это понимаю не больше, чем вы, но это факт. А как, черт подери, вы в состоянии даже подумать о том, чтобы отбросить эту любовь?

— Вы не понимаете, — плакала Мэри, закрыв голову руками и растрепав свои всегда так аккуратно причесанные волосы.

— О, я понимаю лучше, чем вы думаете, — сказал он более мягко. — Тим любит вас всем своим существом. Из всех людей, которых он знал, он сосредоточил свою любовь на вас, и она останется навсегда. Вы ему никогда не надоедите. Он никогда не пресытится вами, не бросит вас ради более молодой и хорошенькой женщины и через десять лет. Ему не нужны ваши деньги. А красота?.. У него достаточно красоты на вас обоих.

Она подняла голову и попыталась улыбнуться:

— Вы очень искренни…

— Да, другого выхода я не вижу. Но ведь это только половина дела, не так ли? Не говорите мне, что вы не признавались себе, что любите его так же, как он — вас.

— Да, признавалась, — ответила она, отводя глаза.

— Когда? Недавно?

— Очень давно, еще до смерти его матери. Он сказал мне как-то, что я похожа на святую Терезу на картине, и эти слова почему-то выбили меня из колеи. Я полюбила его с того момента, как увидела, но призналась себе в этом именно тогда.

— Он может вам надоесть?

— Надоесть? Тим? Нет, нет.

— Тогда почему не выйти за него замуж?

— Потому что по возрасту я гожусь ему в матери и потому, что он такой красивый.

— Это неубедительно, Мэри. Что касается внешности, все это чепуха, и я не буду тратить времени на доказательство. Что касается возраста, то тут стоит поговорить. Вы ведь не его мать, Мэри! Вы не чувствуете себя его матерью, и он вас так не воспринимает. Ваша ситуация необычна. Вы ведь не просто двое взрослых людей с разницей в возрасте, что бросило бы тень на искренность вашей связи. Вы и Тим абсолютно уникальны. Я не хочу сказать, что старые девы за сорок никогда не выходили замуж за мужчин, годившихся им в сыновья, даже за умственно отсталых. Я хочу сказать, что вы совершенно исключительная пара со всех точек зрения, и вы должны принять эту свою исключительность. У вас ничего нет общего, кроме любви друг к другу, ведь так? Есть разница в возрасте, внешности, уме, богатстве, социальном положении, в воспитании, в характере — я бы мог продолжать и продолжать. Но эмоциональная связь между вами и Тимом сильна настолько, чтобы легко преодолеть эти существенные различия. Я думаю, что никто на свете, включая вас самих, не смог бы обнаружить, почему вы так подходите друг другу. Так оно есть, и все. Поэтому, Мэри Хортон, выходите за него замуж. Вам придется перенести многое: насмешки, пересуды, но по-настоящему это все не имеет значения, не так ли? Я бы сказал, что у вас и так все это было. Почему бы не дать старым сплетницам реальную причину посудачить? Выходите за него!