Чтение онлайн

— А вы не знаете, долго ли останется полковник Шют в том районе, где произошел этот эпизод?

— Думаю, что еще останется, — ответил американец. — У его части специальное задание Наверняка они будут находиться там до тех пор, пока с Кхесани не снимут осаду.

— Нам пора уходить, — обратился Лао Ион к Ками.

Американец был озадачен. Ему хотелось рассказать еще

кое-что о своих похождениях. Чего вдруг заторопились эти молодые люди, интеллигентные, хорошо говорящие по-английски. К тому же девушка прехорошенькая.

Но Лао Ион и Ками ушли, и Дункан вернулся к своему бифштексу. "Да, тесен мир", — подумал он, ковыряя вилкой.

На Пражадипок роуд, за большим мостом, под которым медленно текли воды реки Менам, начинались кварталы высоких новых домов. Здесь жили люди, которые хорошо зарабатывали. И здесь у Ками была квартира. Она стоила недешево, но Ками прилично получала на телевидении. Квартиры в этих домах были, как правило, однокомнатные, с душем и кухнейнишей.

Из окна открывался вид на реку и на часть города — словно кусок пирога на тарелке. Ками сбросила обувь у входа и надела тканные серебром домашние туфли. Она подвинула Лао Иону стул, но юноша не захотел сесть.

— Я должен ехать домой. В Наке.

— Хочешь разыскать американца?

Он кивнул:

— Да, Шюта. Полковника "зеленых беретов". Я запомнил, как он выглядит.

Ками понимала: его не отговоришь от того, что он задумал.

Если Лао Ион что-нибудь решил, то обязательно выполнит.

Он был упрямым, в лучшем смысле этого слова. И прежде чем что-либо предпринять, он тщательно обдумывал свои шаги.

Это касалось его учебы. Это касалось и их совместного будущего. А теперь он хочет найти убийцу своего отца. Чтобы убить убийцу? Да, в этом нет никаких сомнений.

— Когда ты уедешь? — спросила она.

— Завтра.

— А университет?

— Я прерву учебу.

— Но ведь тебе осталось всего два семестра! — воскликнула она. — Если ты их не закончишь, все твои планы пойдут прахом.

— Может быть, — сказал он. — Но пойми, теперь я не могу спокойно учиться. Всему свое время. Когда рыбу ловить, когда сети чинить.

— Я буду очень одинока…

В ее голосе не было упрека. Если мужчина потерял отца так, как Лао Ион, он имеет право на месть. Это был освященный столетиями неписаный закон.

— Я вернусь, — сказал Лао Ион.

Лаос, родной Лаос. Лао Ион добрался до леса, который становился все гуще по мере продвижения на восток. Когда рассвело, он увидел каучуковую плантацию, черные от дыма руины строений. За развалинами он вышел на дорогу. Было видно, что по ней давно никто не ездил: вся она заросла бурьяном. Воздух быстро нагревался, становилось жарко.

Впереди, где дорога извивалась между первыми отрогами гор, дрожало марево.

— Лао Ион испугался и вместе с тем почувствовал какое-то облегчение, когда с обочины дороги кто-то резко и повелительно крикнул:

— Стой!

Лао Ион повиновался. Узелок выпал из его руки на землю.

Того, кто крикнул, он не видел. Но голос раздался из зарослей колючего кустарника справа от дороги.

— Сомбай! — громко поприветствовал Лао ион. — Я — Лао Ион, возвращаюсь домой. Мирный житель, без оружия и с добрыми намерениями.

Меж колючих веток показался солдат с автоматом наизготовку. Лао Ион чувствовал, что он не один — в кустарнике притаились и другие солдаты.

— Куда идешь?

— В Наке, — ответил Лао Ион.

— Наке?

— Да. Это час ходьбы на восток от Сепона.

— Знаю, — сказал солдат. — Документы есть?

— Вот паспорт.

Солдат кивнул, чтобы он подошел ближе. Это был молодой парень в выгоревшей форме. На фуражке сверкала вырезанная из жести пятиконечная звезда [Здесь началась освобожденная зона, контролируемая войсками Патет Лао — вооруженными силами Единого национального фронта Лаоса.

(Примеч. пер.)]. Когда Лао Ион подошел к солдату, тот приказал:

— Развяжи узелок. Расстегни куртку.

Убедившись, что у Лао Иона нет оружия, он подобрал нехитрую поклажу и даже помог собрать узелок. Рассматривая паспорт, он долго тряс головой:

— Да, тебя долго не было.

— Я там учился. В Бангкоке.

Солдат, улыбнувшись, вернул паспорт.

— На карточке вылитый ты. А теперь — шагай вперед.

Я должен доставить тебя к командиру.

Стволом автомата он отодвинул в сторону колючую ветку и пропустил Лао Иона. Тотчас из куста бесшумно вынырнул другой солдат и занял место, которое оставил конвоир Лао Иона.

Начальник патруля сидел под навесом из листьев. На его куртке, такой же, как и у солдат, не было никаких знаков различия. Он выглядел старше своих подчиненных.

Сначала начальник патруля внимательно изучил паспорт.

Потом взглянул на солдата. Тот доложил:

— Оружия не обнаружено.

— Ладно. Можешь возвращаться обратно.

Солдат повернулся и ушел. Начальник патруля обратился к Лао Иону:

— Что изучал в университете?

— Агрономию, — ответил Лао Ион.

Начальник патруля достал щепоть табака из кармана куртки и вопросительно взглянул на Лао Иона. Тот протянул руку.

— Табак у меня есть, но это же ведь лаосский!

Они свернули папиросы. Начальник патруля внимательно рассматривал одежду Лао Иона. Костюм-то хороший. Говорит, что студент. А как ему удалось обойти части противника в Данхене? Лао Ион рассказал, как было дело. Оба они мирно курили самокрутки: в воздухе стояли клубы дыма крепкого и пахучего лаосского табака.

— Они не раз расстреливали людей, которые шли к нам, — заметил начальник поста. — Тебе повезло.

Он взял трубку полевого телефона, крутнул ручку и с кемто соединился. Затем спросил Лао Иона: