Тетрагон
Шрифт:
Ребята поблагодарили ее. Вероника с блаженной улыбкой на лице вдохнула аромат чая и зажмурилась от удовольствия.
Графиня Шадурская придвинула к себе чашку, принюхалась и вдруг жестко усмехнулась.
– Чаек действительно особый, – сказала она. – Что ты намешала туда, негодяйка?!
Юджиния с удивлением на нее воззрилась. Все остальные тоже.
– Я не понимаю, о чем вы! – возмутилась хозяйка.
– Среди моих знакомых есть одна потомственная отравительница. И годы общения с княгиней Щергиной научили меня распознавать множество различных ядов, – медленно произнесла Шадурская. – А от твоего чая так и попахивает чем-то знакомым. Что в нем?! Полынь? Беладонна?
– Вы что-то путаете! – с обиженным видом ответила Юджиния.
– Не думаю! Что, хотела, чтобы мы лишились чувств? Задумала обчистить наши карманы? А ты не так проста, как я думала!
Резанов и его жена тут же отшвырнули свои чашки, и те со звоном разбились о стену. Катерина и остальные ребята испуганно замерли. Полицмейстер выхватил меч и приставил его к горлу Юджинии. Шадурская медленно поднялась на ноги.
– Ну хорошо же! – злобно произнесла хозяйка гостиницы. От ее былого радушия не осталось и следа. – Я хотела лишь усыпить вас. Теперь придется использовать более жесткие методы!
Она засунула пальцы в рот и вдруг пронзительно свистнула. Двери тут же распахнулись, и в помещение ворвалось несколько человек. Ребята вскочили на ноги и снова приготовились к драке. Но теперь противников оказалось намного больше. Выглядели они очень странно. Грязные, с всклокоченными волосами, покрытыми пылью и паутиной, в старой оборванной одежде, словно какие-то бродяги. Их было больше десяти человек. Все они были вооружены стеклянными мечами и дубинками. Их лица странно поблескивали в свете от огня камина.
Шадурская в растерянности огляделась.
– Я не слышу их мыслей, – тихо призналась она. – Как и мыслей этой мерзавки! Это очень странно.
– Это доппельгангеры! – догадался Резанов.
Его жена и София одновременно охнули.
– Да! – с вызовом ответила Юджиния. – Теперь мы такие! Мы служим Темнейшему и зеркальным ведьмам!
– Так город не вымер! – воскликнула Катерина. – Ведьмы превратили всех жителей в своих рабов!
– Ожившие статуи! – ахнула Вероника.
– И нам это нравится! – выкрикнула Юджиния. – Так гораздо проще! Не стоит ни о чем задумываться. Только выполняй приказы.
– И что за приказы они вам отдают? – сурово спросил Резанов.
– Не пропускать чужаков в окрестности монастыря! А всех случайных путников хватать и отдавать ведьмам для жертвоприношений во славу Темнейшего, а еще на корм зоргам и циклоперам! – Юджиния расхохоталась. – Вон сколько вас пожаловало! Ведьмы будут очень довольны такому богатому улову! Кроме тебя. – Она указала пальцем на графиню. – Я чувствую в тебе что-то странное… Какую-то черноту. На корм ты явно не годишься!
Шадурская побледнела от ярости.
– Но нам нужно увидеться с Красной Аббатисой! – запротестовал Резанов. – У нас к ней дело!
– Да вот только она никого не желает видеть! – ухмыльнулась Юджиния. – Кем вы себя возомнили, что вот просто так решили приехать к ней на аудиенцию?! Немало вас таких рыскало в окрестностях Норд-Шпигеля. Да только мало кто ушел отсюда живым! Взять их! – приказала она.
И все двенадцать доппельгангеров, бывших когда-то жителями Норд-Шпигеля, бросились на посетителей постоялого двора.
Катерина тут же пожалела, что под рукой нет ее любимой рапиры. Той самой, которую сломала злодейка Маура. Она схватила длинную кочергу, лежавшую у камина, и выставила ее перед собой, стараясь заслонить перепуганных Софию и Леонида. Рива угрожающе зашипела и выставила свои когти. Данил ухватил руками стол, поднял его и резко швырнул в нападавших. Стол врезался в толпу, разметав доппельгангеров, но не всех. Уцелевшие бросились на путников.
Первый доппельгангер прыгнул к Катерине и протянул руки, намереваясь схватить ее. Она наотмашь ударила его кочергой, удар больно отозвался в ее руках, однако это было равносильно тому, что стучать по каменному изваянию. Но монстра девушка все-таки сшибла с ног, и он свалился на пол. Резанов ловко размахивал мечом; его жена, отбиваясь от нападавших, проворно орудовала длинной стеклянной пикой. Шадурская отступила к стене, выставив перед собой стул. Рива отчаянно сражалась, энергично размахивая руками. Ее когти сверкали, словно остро заточенные ножи. Данил прислонился к камину, и его руки превратились в тяжелые булавы из черного стекла. Он наотмашь ударил одного из доппельгангеров, и тот с грохотом взорвался, взметнув целое облако искр и осколков.
Увидев гибель своего собрата, Юджиния издала жуткий вопль и с ножом в руке бросилась на Катерину. В этот момент София полыхнула ослепительной вспышкой, и доппельгангеры с воем закрыли лица руками. Катерине удалось выбить нож из руки Юджинии, а Леонид, разбежавшись, врезался в нее всем телом, и хозяйка постоялого двора отлетела к другим своим сородичам.
Яркая вспышка ослепила противника, правда ненадолго. Очень скоро они пришли в себя и снова ринулись в атаку. Вот двое оборванцев схватили Веронику Резанову, и та завопила истерическим голосом, пытаясь отбиться от них. Шадурская с размаху обрушила стул на голову одного из нападающих. Стул разлетелся в щепки, но доппельгангер, удержавшись на ногах, лишь слегка покачнулся. Резанов ударил одного из оборотней мечом, и тот взорвался. Он обрушил еще один удар на второго, но злодей, увернувшись, схватил Веронику и бросил на него. Резановы столкнулись лбами и упали на пол.
Дверь вдруг распахнулась, и в зал вбежало еще несколько доппельгангеров. Среди них были мужчины, женщины и даже дети. Некогда мирные жители города, превращенные в монстров, были вооружены длинными ножами, мечами и пиками. Катерина поняла, что перевес явно на стороне противника. С таким количеством доппельгангеров им не справиться.
Неожиданно свет трех лун, проникающий сквозь стеклянную крышу, померк. И в тот же миг все доппельгангеры, как по команде, замерли – каждый на своем месте – словно роботы, у которых вдруг отключилось питание.
Катерина взглянула вверх: все три луны закрыла большая черная туча. Жители Норд-Шпигеля застыли, не шевелясь, словно статуи. Жизнь покинула их, как только луны перестали освещать город.
– Что это?! – взвизгнула жена Резанова. – Они умерли?
– Вот уж нет! Это луноходящие! – прошептал полицмейстер, в страхе озираясь среди неподвижных статуй. – Я слышал о таких! Это особая разновидность… Они могут двигаться лишь ночью, в свете луны! Бежим отсюда! Пока туча не ушла!
– Какой ужас, – прошептала София.