Чтение онлайн

Анфену совершенно не хотелось оборачиваться и устремлять взор на призрака, чье появление (он вполне отдавал себе в этом отчет) означало его окончательное прощание с реальностью и разумом. Ему нравилась тишина, впрочем, как и приглушенный размеренный, будто терпеливый цокот копыт, отбивающих четкий ритм. Такого спокойствия, такого умиротворения Анфен еще не знал. Куда вдруг делся остальной мир? Он внезапно сузился до Дороги и смутных силуэтов горных вершин, маячащих вдали, черными громадами нависающих над горизонтом.

В насыщенном черно-синем пространстве появились странные огни, похожие на кристаллы, словно по воздуху рассыпались горсти сияющих драгоценных камней. Некоторые были совсем маленькими, другие могли соперничать с валунами Дороги, невесть с чего вдруг повисшими высоко в небе. Их вид обеспокоил Анфена — почему его разум вдруг создал такие странные, но прекрасные образы? Он не желал красоты, не испытывал в ней потребности.

И все же какая восхитительная тишь!..

Поразмыслив, Анфен вспомнил, что Дорога всегда устремлялась на юг. Поэтому облака тянулись в том же направлении, к центру этого мира. С того момента, как пала Стена, это странное воздействие стало в разы сильнее, оно… Но Анфен потерял нить рассуждений, поскольку всадник вновь заговорил странным грудным голосом:

— В тебе есть боль и гнев. На того, кто называет себя Архимагом. Но тебя вовсе не провели, воин. Тебя возвысили. Ты выполнил свое предназначение. А он — свое. Все свершилось.

— Ты хочешь сказать, что не я сам принимал решения и делал выбор. — Хриплый голос Анфена был едва слышен. — Если не в этот раз, значит, я всегда был лишен свободы. Так скажи, сейчас я принимаю решения сам или нет?

— Я говорю не об этом, воин. Нет нужды страдать — страдание вскоре прекратится. Отринь отслужившую часть себя, как ты выбросил бы проржавевший клинок, и найди новый, куда лучше прежнего, — отозвался голос.

— Для чего? Какой от него толк? Я все равно отправлюсь туда же.

Какое-то время раздавался только тихий цокот копыт.

— А куда ты направляешься, воин?

— Я иду… — начал было Анфен и сразу же замолчал, не чувствуя необходимости объяснять призраку, порождению горячки и бреда, что он собирается отправиться в подземную пещеру, куда однажды его привела Незнакомка.

Бывшему предводителю разбойников удалось тогда оставить отметки на стенах, по которым можно было бы без труда отыскать путь. Если он доберется до пещеры живым — а в этом Анфен почему-то не сомневался, — то убьет одного из тех несчастных, что прикованы к полу и стенам раскаленными докрасна путами. Он осторожно положит тело поодаль и сам займет его место. Стиснув зубы, он без единого звука перенесет муки, будет слушать шипение заживо запекаемой кожи, раскаленные кончики рогов будут медленно погружаться в его плоть, пока не коснутся костей, превращая их в алые угли.

— И какой цели послужит эта смерть? — спросил плод его воображения.

Анфен пожал плечами.

— Это смерть, — произнес он и рассмеялся.

— Мне доводилось видеть куда лучшие смерти.

— Мне плевать, — сказал Анфен.

— Ты воин.

Анфен сплюнул, будто надеясь избавиться таким образом от этих слов.

— С моей стороны назвать тебя так — значит одарить высокой хвалой.

— Предупреждаю, оставь меня в покое.

Он искал не просто смерти. Хотя такой исход был весьма вероятен, в сознании Анфена брезжила смутная пока надежда, что пещера превратит его в Нового мага вроде Незнакомки, достаточно сильного, чтобы с помощью волшебства закончить дело, справиться с которым его меч оказался бессилен. Он помнил ее слова о том, что пещеры превращают Новых магов в рабов, не способных даже помыслить об измене. Но он также знал, что в мире Дракона не было ничего, способного вырвать из его души огненный ком ненависти, горящий внутри.

— Не растрачивай себя попусту, — произнес голос за его спиной. — Новых магов не существует.

— Я встречался с одним из них, — утомленно сообщил неизвестному Анфен. — Ее зовут Незнакомка.

— Она никакой не Новый маг. Она назвалась им только для того, чтобы скрыть свою подлинную сущность. Она назвалась им, чтобы ты передал ее слова мэрам, которые осознали бы свою обреченность. Чтобы, отчаявшись, они помогли тебе разрушить Стену. Именно этого она хотела.

— Но она обладает силой. Я видел ее в действии. Она возвела световой столб в саду Фауль.

— Почему ты желаешь смерти?

— Заткнись.

Анфен вытащил меч и обернулся. За спиной не было ничего, кроме южного неба и Дороги. Голос всадника вновь донесся до него вместе с ветром: «Маятник снова качнулся. Маятник снова качнулся».

Вокруг Анфена уже не царила спасительная тишина — он вернулся в жесткую, ненавистную суровую реальность. Дул жаркий ветер, пахнувший дымом, обдававший его нежеланными ласками. То и дело ввысь взмывали алые и белые искры, когда сталкивались два потока воздуха. Он почувствовал, как та же сила подталкивает его в спину. Как просто было бы развернуться и идти по течению, а не против…

Он плюнул в воздух, наблюдая за тем, как летит слюна, подхваченная странным потоком, а затем вложил оружие в ножны и направился вверх по крутому холму.

Навстречу ему шли люди, которые — Анфен понял это по первому взгляду — должны были положить конец его странствию.

Две дюжины мужчин, все слишком упитанные и хорошо одетые, чтобы быть беженцами, надеющимися обрести новый дом на севере. Некоторые носили цвета Выровненных городов, еще на нескольких позвякивали кольчуги. По мере того как они приближались, Анфен заметил среди них человека в форме первого капитана. Полосы ничуть не изменились с тех пор, как он сам носил ее.

Анфен невольно задался вопросом, не привиделось ли ему опять то, чего нет, — жалкий отряд людей, явно занимавших высокие посты на службе у замка, направляющийся пешком на юг, по опасной территории, по Великой Разделительной Дороге, за которой сейчас наблюдают шпионы из обоих враждующих лагерей.

Вскоре солдаты заметили его и тут же обнажили оружие. Несколько человек поспешили отойти подальше от дороги, чтобы не дать разбойнику сбежать. Но он и не собирался этого делать. Раздались удивленные возгласы. Несколько раз прозвучало его имя.