Чтение онлайн

— Как обычно.

— Но, судя по тону, богиня осталась нами довольна?

Я поднялся на ноги, бросил хмурый взгляд на остывающий труп императора, затем посмотрел на Эквиона и кивнул. В этот момент меня вдруг охватило непреодолимое желание оказаться в своём замке, зарыться в мягкие, уютные перины и погрузиться в безмятежный сон младенца. Но проблема заключалась не только в том, что моя обитель находилась далеко за морями и Бескрайним Океаном — демоны вообще никогда не спали. Такими нас сотворила наша богиня, чтобы мы могли служить ей ещё больше и лучше.

Однако в эту минуту меня внезапно накрыла волна усталости. Не физической — порождения Деворы Асура Анимас не знали изнеможения. Это чувство скорее напоминало щемящую тоску по чему-то, чего я не мог вспомнить: теплу очага в тесной избе, каше в горшочке, сновидениям… простой человеческой жизни. Обычно демоны не помнили, кем были до смерти в Земном Плане и перехода в Астральный, хотя порой некоторым из нас являлись видения самых ярких событий прошлой жизни, особенно связанных с насильственной смертью. Но со мной такого не случалось ни разу за более чем двухсотлетнее служение лунной богине. Так что со мной сталось? Не иначе какое проклятие подцепил от одной из придворных куртизанок.

— Мы сегодня славно послужили богине, так, может, теперь как следует гульнём? — мечтательно вопросил Эквион с горящими от предвкушения глазами. — Займём императорские покои, закатим пир! Здешние земли богаты урожаем, пастбища полны жирного скота, а императорские погреба ломятся от лучшего вина! Я лично отберу нам самых сочных сисястых южанок, устроим пляски, а потом…

— Сегодня без меня, Вилл, — резко оборвал я, едва сдерживая раздражение.

— Нокс, дружище, я совсем перестаю тебя узнавать, — неодобрительно покачал головой агонист. — Ты же не станешь утверждать, что демоны страдают мигренями? А танцевать, знаешь ли, можно не только на могилах своих врагов, иногда и в свет стоит выходить, если ты забыл. Знаю, вино на демонов не действует должным образом, но девок щупать ты вроде всегда любил, как и набить пузо заморскими деликатесами. К чему столько трудов, если не наслаждаться их плодами?

— Мы отплываем с рассветом, до тех пор нужно проследить, чтобы все захваченные трофеи и рабов загрузили в трюмы кораблей, а распоряжения выполнялись неукоснительно, — упрямо возразил я, мысленно представляя, как по недавно обретённой привычке забиваюсь в свою тёмную каюту и предаюсь в полном одиночестве рефлексии.

— Делегируй эту задачу моему отцу, стратигу Актарису, его это знатно взбесит. Как он, кстати, справился со штурмом? Надо полагать — блестяще?

— Не то слово. Хотел я уважить старика, назначив командовать битвой, да только сделал хуже. Он шибко осерчал, когда я забрал бразды правления легионом. Была бы его воля, он бы меня распотрошил прямо на площади перед храмом Деворы.

— Это похоже на старого хрыча. А мне он и слова не сказал, даже в мою сторону не посмотрел, будто меня не существует. Эх, Нокс, я уже давненько подумываю его прирезать по-тихому и встать во главе дома, да ведь у меня ещё девять старших братьев, чтоб они провалились в Бездну. Если пущу кровь им всем, это может вызвать подозрения и лишние кривотолки, как думаешь?

— Есть такая вероятность, — усмехнулся я.

— То-то и оно. Так что не видать мне главенства в доме, как монаху святости между ног портовой шлюхи. Ну да и плевать, своими подвигами я выковал в легендах себе собственное имя, уже затмившее имена моего отца и всех братьев!

— Это верно. Кого попало первым клинком Тенебриса не назовут.

— И пока мы с тобой в фаворе у богини, надо пользоваться всеми доступными благами без оглядки. Давай всё-таки со мной во дворец, братец? Ну с кем ещё мне разделить радость победы? С твоими козлорогими собратьями, которые ненавидят всех элле так, что аж кушать не могут, или с ублюдочными ликторами батюшки, которые держат меня за сумасброда, а за глаза зовут маргинальным выродком, позорящим своими выходками великий дом?

Я замешкался, пытаясь придумать правдоподобную отговорку, чтобы поскорее вернуться на корабль, но тут с улицы донеслись звуки военных горнов. Мы с Эквионом настороженно переглянулись. Нам явно не почудилось — горны звучали всё громче и призывнее.

— Ангелы, — с презрением и нескрываемой ненавистью процедил агонист, хватаясь за рукояти своих клинков. — Нас атакуют!

Мрачное небо, затянутое тяжёлыми свинцовыми тучами, прорезали десятки ослепительно ярких золотых лучей. Они рассекли воздух с пронзительным свистом и устремились к земле, будто раскалённые прутья, вонзающиеся в плоть мира. Бесы на их пути издавали жуткий предсмертный вой, прежде чем обратиться в пепел — их тела исчезали, словно пыль, сдутая с ладони. Выжившие после массированной ангельской атаки демоны, охваченные животным ужасом, бросились врассыпную, оставляя за собой следы обугленной кожи и жжёных волос. Чёрный едкий дым пополз по улицам, смешиваясь с уже витающей в воздухе гарью пожаров.

Но смертоносная магия Света подлой атаки с воздуха не коснулась элле. Пленники, узрев белоснежные крылья и золотистые доспехи небесных воинов, разразились ликующими криками. Они вскидывали вверх тяжёлые оковы, словно те внезапно стали легче перьев, и возносили к небесам свои мольбы. Хор голосов, где отчаяние сплеталось с надеждой, а боль — с верой в спасение, слился в единый гимн избавления, эхом разнёсшийся над почерневшими улицами Элладриона.

Однако далеко не все силы Тьмы поддались панике при виде безжалостных бесчинств воинов Света. По громогласному приказу гипарха с длинным кнутом гоплиты расправили свои чёрные крылья и взмыли в воздух с таким хлопаньем, что стены домов задрожали. Целая туча демонов, вооружённых длинными копьями, бросилась отражать внезапную атаку. Из их рук вырвались залпы огненных шаров. Череда всполохов озарила сумрачное небо — ангелы встретили магические снаряды на свои треугольные щиты, украшенные светящимися символами Люминара, а затем ответили на демонический натиск клинками, пылающими ослепительным синим пламенем.

Небеса разразились оглушительным лязгом металла, заглушающим боевые кличи и предсмертные крики. На землю посыпались поломанные копья, опалённые перья, отрубленные конечности и убитые демоны, которые обращались в прах ещё до того, как успевали коснуться твёрдой поверхности. Их изукрашенные рунами доспехи со звоном падали на почерневшие крыши домов, разбитые тротуары, а также залитую кровью, грязью и лужами храмовую площадь.

В отличие от войск богини Тьмы, куда набирались все способные держать в руках оружие демоны, воинство из Солариона состояло сплошь из элитных бойцов, отобранных среди самых совершенных созданий Света. Обычно ангелы передвигались когортами численностью до одной тысячи единиц и практически всегда атаковали с небес, бесчестно эксплуатируя элемент неожиданности. Зачастую их гнусной тактики вполне хватало, чтобы успешно противостоять неповоротливым легионам Тьмы, численность которых порой достигала десяти тысяч воинов разной степени обученности и полезности.

Увы, мы — смиренные служители лунной богини, хранители её священного промысла — не могли уподобиться своим низким противникам в их коварных методах. Мы веками стойко и гордо несли на своих плечах самую важную миссию во вселенной: карали тех, кто прогневил её божественное величие, распространяли её заветы по бескрайним просторам Нейтриса и укрепляли её незыблемую власть среди надменных народов центрального материка.

И в качестве скромной платы за наши непосильные труды брали лишь немного рабов и малую толику материальных богатств, которые алчные и властолюбивые элле накапливали годами. Все захваченные блага шли на поддержание величия владений Деворы Асура Анимас в суровых, промёрзлых и почти бесплодных землях Тенебриса.