Чтение онлайн

Луч погас, но световое пятно еще долго маячило у нее перед глазами.

Макриди позволил устроить пятнадцатиминутный перерыв, и, выйдя из комнаты, где допрашивали Уотерлоу, Брайони почувствовала, как одеревенели ее мышцы и как напряжено все тело, как будто это она подвергалась долгому и жесткому давлению. Инспектор пошевелила пальцами, медленно сделала несколько круговых движений головой — с закрытыми глазами, потянула руки и шею. Когда она снова открыла глаза, то увидела, что в конце коридора стоит Стив и смотрит прямо на нее.

— Чашечку кофе?

Прежде чем она успела ответить, появился Макриди.

— Прошу в мой кабинет. Пелгрейв хочет всем кое-что сообщить.

Пелгрейву удалось связаться по телефону с Филиппом Тремли и выяснить, как он сказал, «то немногое, что мы должны были добыть уже давно». Максвелл Тремли оказался кузеном Филиппа и еще одним племянником Барбары Энглсби, жертвы убийства в поезде.

— Его первым номером должны были включить в список подозреваемых, — заявил Пелгрейв, — если бы плимутские следователи в шестьдесят седьмом году как следует выполнили свою работу. Все связи были налицо. Максвелл Тремли поступил на медицинский факультет в Гришем-колледж в шестьдесят третьем году, но бросил учебу в шестьдесят шестом, не сдав выпускных экзаменов. В феврале того же года обвинялся в хранении ЛСД. Отпущен после того, как тетя уплатила за него штраф. Филипп Тремли признает, что после этого между ними возникли напряженные отношения, особенно когда тетушка обыскала вещи Максвелла в поисках наркотиков и нашла какие-то бумаги, сильно ее расстроившие. Она позвонила Филиппу в сильном возбуждении, но не сказала, что именно там было. У доктора Тремли сложилось впечатление, что она просто неадекватно реагирует на слишком свободный образ жизни племянника, с которым трудно смириться женщине ее поколения. Филипп не любил кузена, но он уверен, что тот способен на убийство. Он предполагает, что Максвелл был в Лондоне, но вообще-то Филипп Тремли не видел своего двоюродного брата с тех пор, как тому исполнилось двенадцать лет. И вряд ли он поможет нам сейчас выйти на его след… Честно говоря, я бы сказал, что Филипп Тремли — человек, который не видит ничего дальше собственного носа. Из него, конечно, можно что-то вытрясти при тщательном допросе, лицом к лицу, но на данном этапе от него мало проку, слишком давно он не общался с кузеном.

Я также попробовал отыскать какие-нибудь письма Барбары Энглсби — к счастью для нас, хотя бы они сохранились в архиве в качестве материалов плимутского расследования. Надо проверить, упоминается ли в них Максвелл Тремли, есть ли какие-то свидетельства, где он жил. Команда из Уайтчепел провела огромную работу, пытаясь установить, не является ли он завсегдатаем местных баров. Похоже, что парень знает их как свои пять пальцев.

— Да к тому же в могиле возле церкви Крайстчерч, — вставил Макриди, — похоронен его предок. Мотивация налицо. Все жертвы знали об эзотерической деятельности и ее зловещих результатах или, по крайней мере, — как Кэролайн Стэйнес могли вот-вот получить соответствующую информацию.

Пелгрейв подвел итог:

— Теперь мы знаем более точно, кого искать. Лично мое мнение, что оптимальный вариант — обратиться к населению в вечерних новостях. В паспортной службе сейчас ищут его фотографию. И еще нам нужен Уотерлоу чтобы составить новый портрет подозреваемого, прежде чем продолжить поиски, сэр.

— Можете забрать его через полчаса.

После ухода Пелгрейва Брайони опасалась, что Макриди будет держать их со Стивом в душном кабинете, наказывая молчанием, словно двух провинившихся школяров. Она решила воспользоваться старой школьной уловкой:

— Сэр, извините, можно мне на минутку выйти?

Макриди махнул рукой:

— Да. Однако попрошу вас обоих не уходить далеко.

Стив взял Брайони за локоть, когда они вышли в коридор.

— Давай выпьем кофе.

Шум кипящей в кофейнике воды был поразительно успокаивающим. Стив стоял спиной к окну и курил, глубоко погрузившись в раздумья. Брайони оперлась на шкаф с посудой и рассматривала свои башмаки. Первым нарушил молчание Стив.

— Нам нужно больше узнать про Тремли. Мы сделали все, что возможно… точнее, Макриди сделал. Как ты думаешь, что еще знает Уотерлоу?

— Очень многое. Но я не это имел ввиду. Я подразумевал другого Тремли. Бартоломью. История этого парня повторяется, правильно?

— Видимо так. В определенном смысле.

— Это имя — Странник. Четкий признак того, что он оживляет ранние приключения своего предка. Надо все как следует выяснить.

Брайони постаралась скрыть закипающее в ней раздражение:

— Я уверена, это было бы увлекательно, если бы у нас выдалась свободная неделя. Мы должны узнать, где сейчас находится Тремли.

— Хорошо. Но суть моей мысли вот в чем: надо пойти иным путем. Что нам точно известно про Странника? Он знает Лондон как свои пять пальцев. Он поехал в Калифорнию и сумел раствориться там, сбежав из тюрьмы. Он мог уйти в пустыню с очередной группой наркоманов и жить там долго и счастливо, время от времени постреливая и расчленяя кого-нибудь, когда накатит приступ. Но он не сделал этого.

— Он вернулся в Лондон.

— Правильно. Этот парень родился и вырос в Корнуолле. Но он выбрал именно Лондон. Это его охотничьи угодья. Здесь вышел на свободу Странник. Итак, где именно это могло произойти?

— Где бы это ни было, но такое место должно стать особенно важным для нашего Странника. — Брайони наконец начала понимать Стива и заметно оживилась. — Мы можем выяснить это. Конечно, мы можем найти это место. Брошюра, которую цитировал Макриди, — те письма… Уотерлоу наверняка видел письма в подлиннике. Полагаю, в них отсутствует четко написанный адрес в правом верхнем углу, как это принято в наши дни. Но у нас ведь нет времени прямо сейчас, чтобы рыскать в поисках бумаг Бартоломью Тремли.

— Теперь твой черед обрубать многообещающие направления расследования? Уотерлоу должен знать, где находятся эти бумаги. Более того, он знает, что в них написано. Вероятно, он знает также, где живет Тремли, где он проводит свои эксперименты. И вместо того чтобы допрашивать его по поводу Максвелла Тремли, рискуя потратить на это еще часа два, мы сможем изменить тактику и потребовать, чтобы Уотерлоу сообщил, что ему известно про Бартоломью Тремли и его эксперименты.

Брайони как раз подумала, что неплохо бы перекусить до того, как опять надолго засядет в комнате для допросов, когда в дверях появился Джимми.

— Какая идиллия! — воскликнул он. — Вы двое торчите здесь и беседуете о пустяках, а там, в конце коридора, творится настоящий бедлам. Я бы на вашем месте пошел и посмотрел. Макриди схватил свой зонт и ищет, кого бы им вспороть.

— Почему? Что случилось? — спросила Брайони.

— Наш лорд Байрон ускользнул, вот что.

Стив моментально вскочил, отбросив недокуренную сигарету.

— Ты о чем толкуешь?

— Уотерлоу исчез прямо у нас из-под носа.