Чтение онлайн

Союзники пока что крайне заинтересованы, чтобы СССР наконец вступил в войну с Японией? Под политические уступки, и в Европе, и в Азии — что мы получим взамен? В Японии требовать после победы — нашего равного статуса с англо — американцами, трехстороннего договора, совместного участия в разоружении японских вооруженных сил.

Сталин очень удивился, прочтя, что оказывается, строго говоря, там Япония формально не была оккупирована! А был заключен некий «договор», как между равными державами — по которому Макартур считался всего лишь военным советником при императоре, ну а американские войска размещались гарнизонами, но не считались оккупантами; формальная власть принадлежала не оккупационной администрации, а самим японцам (американские «советники», чье слово было решающим, населению не мозолили глаза). Англичане, не говоря уже о китайцах (тоже имеющих право поучаствовать) ничего возразить не смели — ну а СССР, оказывается, понадеялся на будущий «нейтралитет» Японии, подобный финскому или австрийскому! И что вышло в итоге?

Хотя здесь Рузвельт еще жив. Случайность, или некоторые советы медицинского характера, данные год назад в Ленинграде, играют роль? И очень может быть, он всерьез настроен на послевоенный мир, где СССР и США будут сотрудничать — с претензией на американское первенство, но тут хоть договариваться можно. А кто после в кресло президента сядет, если Трумэн, волею судьбы и товарища Судоплатова, отдал богу душу еще в сорок втором? На чужого не надо — но и своего не упустим. А свое для нас — это то, что лежит возле наших границ. Вовсе не обязательно все это брать под свою руку — но уж обеспечить, чтобы оттуда не исходила угроза для СССР, в этом никаких уступок быть не может!

Бомбы у них нет. И, по заверениям разведки, и товарищей ученых, не будет раньше весны следующего сорок шестого, самый ранний срок! У нас пока что банально меньше ресурсов — но есть надежда, что к сорок седьмому справимся. И есть восемь боеголовок из будущего — но не начнут американцы новую большую войну сразу по окончании этой. А вот мелкие войнушки, вроде как Корея там, нас ждут, и похоже, в изобилии (туземцев не жалко). К чему придется готовить армию и флот.

Резче надо было одернуть Лазарева — нам война с Японией, до того как мы за это цену с союзников получим, совершенно не нужна? Так если он и так все правильно понял — нам ведь не нужно, чтобы он валерианку пил и за сердце хватался. В ожидании будущих войн, хорошие генералы и адмиралы, это очень ценный инструмент. А если их еще и растить бережно, как картошку на грядке — не надувать фигуры, а реально помочь стать? Если Лазарев станет для СССР столь же ценным приобретением, как какие-то острова? Ведь был он три года назад, когда попал в этот мир, всего лишь капитаном первого ранга, командиром корабля — адмиралом стал уже здесь. В некотором роде, «авансом» — благодаря отдельным товарищам, сумевших в Лазареве определенный потенциал разглядеть — знал бы Зозуля, сам тогда еще каперанг, к каким последствиям приведет его рапорт, о неофициальных «военно — морских посиделках» и проверке выдвинутых там идей в бою у Нарвика? А вот сумеет ли Лазарев пройти по своему пути дальше — зависит только от него. Насколько воли и таланта хватит — все же в Советской стране живем! Жалко будет, если не справится — и ведь сам понимает, что дальневосточная кампания, это ему практический экзамен.

Люди меняются. Надо признать, что и он, Сталин, из того мира, сейчас принял бы самое простое решение — сделать выговор, приказать. Считая, что незаменимых у нас нет — верно. С одним лишь дополнением: заменить можно любого, вот только с каким успехом? Например и его, Иосифа Виссарионовича Сталина — на Никитку Хрущева, который все еще в Ашхабаде сидит.

А с Лазаревым — подождем, посмотрим. Сумеет ли оказанное высокое доверие оправдать?