Чтение онлайн

Где можно дешево поесть,

Присесть и песню перевесть,

И через сорок тысяч лет

Ее споет кофейня:

Влюбиться - пара пустяков,

Разбиться - пара пустяков:

Нырнул на сорок тысяч лет,-

И за углом - кофейня,

Да в небесах - альпийский луг,

Да золотой воздушный плуг,

Да сносу нет, да спросу нет,

Да за углом - кофейня!

Юнна Мориц. Избранное.

Москва: Советский писатель, 1982.

Хорошо - быть молодым,

За любовь к себе сражаться,

Перед зеркалом седым

Независимо держаться,

Жить отважно - черново,

Обо всем мечтать свирепо,

Не бояться ничего -

Даже выглядеть нелепо!

Хорошо - всего хотеть,

Брать свое - и не украдкой,

Гордой гривой шелестеть,

Гордой славиться повадкой,

То и это затевать,

Порывая с тем и этим,

Вечно повод подавать

Раздувалам жарких сплетен!

Как прекрасно - жить да жить,

Не боясь машины встречной,

Всем на свете дорожить,

Кроме жизни скоротечной!

Хорошо - ходить конем,

Власть держать над полным залом,

Не дрожать над каждым днем -

Вот уж этого навалом!

Хорошо - быть молодым!

Просто лучше не бывает!

Спирт, бессонница и дым -

Всё идеи навевает!

Наши юные тела

Закаляет исступленье!

Вот и кончилось, ля-ля,

Музыкальное вступленье,-

Но пронзительный мотив

Начинается! Вниманье!

Спят, друг друга обхватив,

Молодые - как в нирване.

И в невежестве своем

Молодые человеки -

Ни бум-бум о берегах,

О серебряных лугах,

Где седые человеки

Спать обнимутся вдвоем,

А один уснет навеки.

…Хорошо - быть молодым!…

Юнна Мориц. Избранное.

Москва: Советский писатель, 1982.

Прекрасные сласти

Давали в саду;

Соблазны и страсти,

Луну и звезду.

Восточной отделки

Являя следы,

Свисали в тарелки

Цветы и плоды.

Ребенка и птицу

Кормили они

И двигали спицу,

Влекущую дни.

Настолько светились

Плоды во плоти,

Что дети смутились

И стали расти,

И нежным румянцем

Окрасилась речь

Владеющих ранцем,

Свисающим с плеч.

И некая тяга

Ломила ребро,

И некая влага

Поила перо.

Перо и бумага,

Любовь и отвага,-

На чашах качаются

Зло и добро.

Юнна Мориц. Избранное.

Москва: Советский писатель, 1982.

Страна вагонная, вагонное терпенье,

вагонная поэзия и пенье,

вагонное родство и воровство,

ходьба враскачку, сплетни, анекдоты,

впадая в спячку, забываешь - кто ты,

вагонный груз, людское вещество,

тебя везут, жара, обходчик в майке

гремит ключом, завинчивая гайки,

тебя везут, мороз, окно во льду,

и непроглядно - кто там в белой стуже

гремит ключом, затягивая туже

все те же гайки… Втянутый в езду,

в ее крутые яйца и галеты,

в ее пейзажи - забываешь, где ты,

и вдруг осатанелый проводник

кулачным стуком, окриком за дверью,

тоску и радость выдыхая зверью,

велит содрать постель!… И в тот же миг,

о верхнюю башкой ударясь полку,

себя находишь - как в стогу иголку,

и молишься, о Боже, помоги

переступить зиянье в две ладони,

когда застынет поезд на перроне

и страшные в глазах пойдут круги.

Строфы века. Антология русской поэзии.

Сост. Е.Евтушенко.

Минск, Москва: Полифакт, 1995.

С холма идет зима с серебряным копьем,

Покрыта голова удмуртским шлемом лисьим.

Мерцало льдистое желтеет над жильем,

К земле склоняя снег, склоняя душу к мыслям.

Не слышен из окна холодный звук саней,

И тем чудесен их полет над одичаньем -

Ведь только в небесах огонь среди огней

С таким немыслимым проносится молчаньем!

Теперь стемнеет в пять. В углу веретено

Журчит, разматывая пряжу циферблата.

Я ставлю на огонь алмазное вино,

Чтоб кашель запивать и ждать сестру и брата.

Пока они придут из разных городов,

Метелью февраля займутся водостоки,

Окончится тетрадь о свойстве холодов:

Любить кирпич в стене, когда мы одиноки,

О нежности моей к бродяжке воробью,

О верности окну - в него лицом зарыта.

Не стану сиротой, покуда я люблю

Окно, кирпич в стене, разбитое корыто.

Я думаю, дитя, родившее меня,

Заранее о том кого-то попросило,

Чтоб я наедине, зимой на склоне дня