Чтение онлайн

— Лисия! Не старайся выглядеть глупее, чем ты есть.

— Ты не понимаешь шуток, — сказала Делавэр скучающе. — Разумеется, я знаю, что они питаются крилём и всей такой мелочью. Но никогда не видела, как они это делают. Я всегда считала, что они просто плывут себе, раскрыв пасть.

— Гладкие киты так и делают, — сказала Стринджер через плечо. — А у горбачей свой метод. Они подплывают под стаю мелких рыб или усоногих рачков и окружают их кольцом из воздушных пузырьков. Мелкие рыбы избегают турбулентной воды, они стараются держаться подальше от пузырькового занавеса и сбиваются в кучу. Киты всплывают, расправив свои глоточные складки, и делают хлебок.

— Ничего ей не объясняй, — сказал Эневек. — Она всё равно всё знает лучше.

— Хлебок? — повторила Делавэр.

— Так это называется у китов. Способ хлебка. Они могут растягивать свои глоточные мешки, превращая их в гигантский резервуар для приема пищи. Криль и рыбы всасываются одним глотком и застревают в цедильных пластинах.

Эневек подсел к Стринджер и вполголоса спросил:

— Как они тебе кажутся?

— Киты? Странный вопрос. — Она немного поразмыслила. — Думаю, как всегда.

— Ты находишь их нормальными?

— Конечно. Они просто в ударе, у них всё прекрасно получается.

— И они… не изменились?

Она сощурила глаза. Солнце блестело на воде. Горбачи уже давно скрылись.

— Изменились? — сказала она задумчиво. — Что ты имеешь в виду?

— Я же тебе рассказывал о двух Megapterae, которые внезапно вынырнули рядом с моей лодкой. — Инстинктивно он употребил научный термин для обозначения горбачей. И без того достаточно странные идеи бродили у него в голове, а так это хотя бы звучало серьёзно и научно.

— Да. И что?

— Это было странно.

— Тебе можно позавидовать. Полный отпад, и опять меня не оказалось рядом.

— Не знаю, отпад ли. Мне скорее показалось, что они пытаются разведать обстановку… Как будто они что-то замышляют…

— Ты говоришь загадками.

— Это было не особенно приятно.

— Не особенно приятно? — Стринджер недоумённо покачала головой. — Ты не в своём уме? Как бы я хотела оказаться на твоём месте.

— Не обольщайся. Я спрашивал себя, кто тут за кем наблюдает и с какой целью…

— Леон. То были киты. Не тайные агенты.

Он потёр глаза и пожал плечами.

— О’кей, забудь об этом. Должно быть, мне примерещилось.

Портативная рация Стринджер щёлкнула. Послышался голос Тома Шумейкера.

— Сьюзен? Перейди-ка на 99.

Все китовые станции передавали и принимали на частоте 98. Это было практично, потому что таким образом все были в курсе вида на китов. Береговая охрана и аэропорт Тофино тоже использовали частоту 98, а ещё, к сожалению, разные рыбаки-спортсмены, чьё представление о наблюдении китов было существенно грубее. Для личных разговоров у каждой станции был собственный канал. Стринджер переключилась.

— Леон там далеко? — спросил Шумейкер.

— Рядом.

Она протянула Эневеку переговорное устройство. Он выслушал.

— Хорошо, я поеду к ним… Скажи им, я вылечу, как только мы вернёмся на берег.

— О чём это вы? — спросила Стринджер.

— Пароходство просит меня о какой-то консультации.

— Пароходство?

— Да. Позвонили из управления. Они не особенно грузили Тома подробностями. Только сказали, что им нужен мой совет. И срочно! Странно…

Пароходство выслало за ним вертолёт. Не прошло и двух часов после разговора по рации с Шумейкером, как Эневек уже разглядывал сверху причудливый ландшафт острова Ванкувер. Лесистые холмы сменялись суровыми скалами, между ними поблёскивали реки и зелёные озёра. Но красота острова не могла скрыть того факта, что деревообрабатывающая промышленность нанесла лесам большой урон. За прошедшие сто лет она превратилась в ведущую отрасль хозяйства региона, и сплошной вырубке подвергались большие площади.

Они оставили остров Ванкувер позади и перелетели оживлённый пролив Джорджия с его пассажирскими лайнерами, паромами, грузовыми судами и частными яхтами. Вдали тянулись величественные цепи Скалистых гор с убелёнными вершинами. Башни из голубого и розового стекла окаймляли просторную бухту, на которую приводнялись, словно птицы, гидропланы.

Вертолёт снизился, сделал круг и завис над устройствами дока. Они сели на свободную площадку среди штабелей древесины. Чуть дальше высились кучи угля и серы. Мощный сухогруз стоял на приколе у пирса. От группы людей отделился человек, направляясь к вертолёту. Волосы его трепал ветер от винта. Эневек отстегнул привязные ремни и приготовился к выходу. Человек открыл дверцу кабины. Рослый и статный, чуть за шестьдесят, с приветливым лицом и живыми глазами.

— Клайв Робертс, — протянул он руку. — Директор пароходства.

Группа, к которой они направились, по-видимому, была занята инспекцией сухогруза. Там были моряки и люди в гражданской одежде. Они поглядывали на правый борт судна, шагали вдоль него, останавливались и жестикулировали.

— Очень любезно с вашей стороны, что безотлагательно прибыли, — сказал Робертс. — Вы должны нас извинить за настойчивость.

— Ничего, — ответил Эневек. — Что у вас случилось?

— Авария. Возможно.

— С этим судном?

— Да, с «Королевой барьеров». Вернее, у нас была проблема с буксирами, которые должны были отбуксировать сухогруз сюда.

— Вы знаете, что я являюсь экспертом по китам? Исследую поведение китов и дельфинов.

— Именно поэтому мы вас и пригласили. Насчёт поведения.

Робертс представил ему остальных. Трое были из дирекции пароходства, остальные — технические партнёры. Поодаль два человека выгружали из машины снаряжение аквалангистов. Эневек видел их озабоченные лица.

— В настоящий момент мы, к сожалению, не можем говорить с командой, — сказал Робертс, отведя Эневека в сторонку. — Но я распоряжусь дать вам секретную копию показаний очевидцев, как только они поступят. Мы не хотели бы ненужной огласки происшедшего. Могу я на вас положиться?

— Естественно.

— Хорошо. Я коротко обрисую вам события. А после этого решайте, останетесь вы или полетите назад. В любом случае вам будут возмещены все потери вашего рабочего времени и все дополнительные неудобства, которые мы вам причинили.