Солдат
Шрифт:
Может, то была санитарка из госпиталя, высокая такая, белокурая? Нет, это было еще раньше. Такой ужасный голос он должен был помнить. Дайте-ка немногкко подумать, и он вспомнит, как ее зовут.
В эту минуту он услышал, как щелкнул выключатель лампы, стоявшей возле кровати, и свет залил сидевшую в постели женщину в розовом пеньюаре. На лице ее было выражение удивления, глаза широко раскрыты. Щеки и подбородок, намазанные кремом, блестели.
– - Убери-ка эту штуку,-- говорила она,-- пока не порезался.
– - Где Эдна?-- Он сурово смотрел на нее. Сидевшая в постели женщина внимательно следила за ним. Он стоял в ногах кровати, огромный, широкоплечий мужчина, стоял недвижимо, вытянувшись, пятки вместе, почти как по стойке "смирно", на нем был темно-коричневый шерстяной мешковатый костюм.
– - Слышишь?-- строго сказала она.-- Убери ее.
– - Где Эдна?
– - Что с тобой происходит, Обет?
– - Со мной ничего не происходит. Просто я тебя спрашиваю: где моя жена?
Женщина попыталась спустить ноги с кровати.
– - Что ж,-- произнесла она наконец изменившимся голосом,- если ты действительно хочешь это знать, Эдна ушла. Она ушла, пока тебя не было.
– - Куда она пошла?
– - Этого она не сказала.
– - А ты кто?
– - Ее подруга.
– - Не кричи на меня,-- сказал он.-- Зачем поднимать столько шума?
– - Просто я хочу, чтобы ты знал, что я не Эдна. Он с минуту обдумывал услышанное, потом спросил:
– - Откуда ты знаешь, как меня зовут?
– - Эдна мне сказала.
Он снова помолчал, внимательно глядя на нее, несколько озадаченный, но гораздо более спокойный, притом во взгляде его даже появилась некоторая веселость.
В наступившей тишине ни он, ни она не решались сделать какое-либо движение. Женщина была очень напряжена; она сидела, опершись на руки, немного согнутые в локтях, упираясь кистями в матрас.
– - Видишь ли, я люблю Эдну. Она тебе говорила когда-нибудь, что я люблю ее? Женщина не отвечала.
– - Думаю, что она сука. Но самое смешное, что я все равно ее люблю.
Женщина не смотрела ему в лицо, она следила за его правой рукой.
– - Эта Эдна -- просто сука.
Теперь наступила продолжительная тишина; он стоял недвижимо, вытянувшись в струнку, она неподвижно сидела на кровати, и неожиданно стало так тихо, что они услышали сквозь открытое окно, как журчит вода в мельничном лотке на соседней ферме.
Потом он произнес, медленно, спокойно, как бы ни к кому не обращаясь:
– - По правде, мне не кажется, что я ей еще нравлюсь.
Женщина подвинулась ближе к краю кровати.
– - Убери-ка этот нож,-- сказала она,-- пока не порезался.
– - Прошу тебя, не кричи. Ты что, не можешь нормально разговаривать?
Неожиданно он склонился над ней, внимательно вглядываясь в ее лицо, и поднял брови.
– - Странно,-- сказал он.-- Очень странно. Он придвинулся к ней на один шаг, при этом колени его касались кровати.
– - Ты вроде немного похожа на Эдну.
– - Эдна ушла. Я тебе уже это сказала. Он продолжал пристально смотреть на нее, и женщина сидела не шевелясь, вдавив кисти рук в матрас.
– - Да,-- сказал он.-- Интересно.
– - Я же сказала тебе -- Эдна ушла. Я ее подруга. Меня зовут Мэри.
– - У моей жены,-- сказал он,-- маленькая смешная родинка за левым ухом. У тебя ведь нет ее?
– - Конечно, нет.
– - Поверни-ка голову, дай я взгляну.
– - Я уже сказала тебе-- родинки у меня нет.
– - Все равно я хочу в этом убедиться. Он медленно обошел вокруг кровати.
– - Сиди на месте,-- сказал он.-- Прошу тебя, не двигайся.
Он медленно приближался к ней, не спуская с нее глаз, и в уголках его рта появилась улыбочка.
Женщина подождала, пока он не приблизился совсем близко, и тогда резко, так резко, что он даже не успел увернуться, с силой ударила его по лицу. И когда он сел на кровать и начал плакать, она взяла у него из рук нож и быстро вышла из комнаты. Спустившись по лестнице вниз, она направилась в гостиную, туда, где стоял телефон.