Чтение онлайн

— Что потерял, добрый молодец, — только усилием воли удержала Гореслава дрожь в голосе. — Забрёл, видно, не к тому двору.

— На тебя посмотреть пришёл, славница. Ты меня Будимиром зови.

— Скор ты уж больно на знакомство.

Хотела уйти — Будимир не пустил.

— Все, что ли, такие у вас несговорчивые, — усмехнулся.

— Не к той ты подошёл, молодец, с сёстрами меня перепутал.

— Чем же я тебе не мил? Или просватал кто?

Призадумалась девица: "нет" сказать, то к своим не уйдёт, "да" сказать — Радия звать.

— Чего молчишь, славница?

— Рано мне ещё замуж, куда молодшей прежде старших сестёр. А парень есть у меня есть. Его сам князь Вышеслав с собой звал.

— Не знаю я такого князя.

Будимир снова хотел её обнять, но девка за дерево ближайшее спряталась. Потихоньку звала Серого, но голос не слушался; от былой храбрости и следа не осталось. А кметь чувствовал это, не отступал. Сколько не пыталась, не могла Гореслава до ворот добежать. На глаза слёзы наворачивались, ножки подкашивались. Уж лучше бы на месте кметя Радий был. А печище бы её не поняли, там каждая девка за счастье бы сочла с воином гулять.

Последнее спасение — лес; авось, леший не обидит. Бросилась к нему через поле Гореслава так быстро, как только ноженьки могли. Не оборачивалась, но знала, что Будимир рядом, вот-вот за рукав схватит. В глазах потемнело; земля с небом слилась…

Очнулась девка на земле; нога правая побаливала. Глянула она вокруг, увидала корешок маленький, что из земли вылез. Об него-то и споткнулась.

Кметь стоял от неё в двух шагах, улыбался.

— Как звать-то тебя, непутёвую?

Молчала Гореслава, ноги под себя поджала, к земле прижалась. "Спаси, мать сыра земля; чур, охрани от беды", — прошептала.

Словно зов её услышав, вырос из-под земли человек. Девушка на него почти не глядела; по-прежнему перед глазами тёмная пелена стояла.

— Говорил я тебе, Будимир, чтобы в этом печище ты девок не трогал, — Гореслава узнала голос Светозара. — Домой вернёмся, кого хочешь к себе позовёшь.

— Приглянулась мне девка эта, — оправдывался кметь. — Как звать-величать узнать хотел.

— Наделал ты дел. Девку напугал, теперь она к отцу жаловаться побежит. Гости мы здесь непрошеные, а из-за забавы твоей с позором уехать придётся.

— Неужели ты, князь, землепашцев испугался?

— Не их, а того, кому дань платят. Слышал я, что князь Вышеслав у них заступник, что внизу Быстрой стоит.

— Девка эта тоже мне про князя этого баяла.

— Оставь её в покое и иди восвояси. Там, у двора старейшины, девок много, любая рада будет ночь с тобой прогулять.

Нехотя ушёл Будимир, несколько раз на Гореславу посмотреть обернулся.

Осторожно поднялась на ноги девушка; дрожь по телу пробежала. Что скажет, что сделает князь?

Светозар заметил, что у неё нога ушиблена (девка за правую ногу держалась), подошёл поближе.

— Как зовут тебя, славница?

— Гореслава, — прошептала она.

— Сделал он тебе чего?

— Нет, князь. Только испугалась я.

— Говорил уж тебе, чтоб князем меня не звала, — с лёгким укором сказал он.

— Забыла я.

— Где двор твой?

— Недалече. Прямо через поле идти.

— Пойдём, провожу, чтоб не обидел никто.

Гордость переполняла Гореславу, когда шла она, прихрамывая, к дому. Не кметь простой шёл рядом с ней, а сам вождь. Не таким страшным оказался он, как думала вначале. "За такого бы не думая пошла", — промелькнуло в голове. Долго думала потом девка о том, что с ней тогда творилось. Страх постепенно отступал, на его место пришло тепло, успокоившее сердце. А потом вдруг снова забилось, и снова успокоилось.

Возле самых ворот остановился Светозар, сказал ей: "Ты на Будимира лиха не держи, не со зла он".

Недолго Светозар пробыл в печище, не хотел гостеприимством долго пользоваться. Ещё день отдохнул вместе со своими спутниками в доме старейшины, а на утро следующее собрался в путь.

Утро было седое (над землёй стелился туман), но тёплое. Пройдут дни, совсем немного, и ночи станут холодными, какие обычно и бывают в серпень. солнышко ясное невысоко над лесом поднялось; лучи его, сонные ещё, лениво сквозь листву пробивались.

… Гореслава рано проснулась, ещё петухи не пропели во второй раз. Потянулась сладко, осторожно с плеч плащ отцовский, к двери пошла. Сёстры спали ещё: всю ночку с парнями прогуляли. Тихо дверь в сени скрипнула, показался Стоян.

— Ты что тут делаешь, — тихо девка спросила. — Поди, в клети всех разбудил.

— Нет, я тихо. Услышал, что ты встала, вот, и зашёл.

— Что сказать хотел?

— Князь сегодня уезжает. Слышал я, что сразу после рассвета. Проводить хочу.

— Что ж, иди. А я тебе-то зачем?

— Через лес идти нужно, а я короткой дороги не знаю.

— Подожди немного, я кузовок возьму. Не с пустыми же руками домой возвращаться.

… Трава мокрая была ещё от росы, когда они со двора выходили. Серый поднял голову, хотел с ними пойти, но Гореслава ему пригрозила: сиди, мол, дома, своих стереги.

Шли они по лесу без опаски: каждая тропинка ведома с раннего детства. Стоян на ходу ветку обломил, ножиком обстругивать её стал. Отдаст после Радию, он из неё стрелу для лука сделает.

Неподалёку от Медвежьего свернули на боковую тропку, что к большой дороге между полями и лесами вела. По ней Светозар поедет.

Спрятались они за кустами придорожными и стали ждать. Ждали недолго. Вскоре показался Светозар на сером в яблоках коне; за ним кмети ехали. Возле места, где спрятались брат с сестрой, вершники остановились.