Сказки
Шрифт:
САМПО-ЛОПАРЕНОК
Жили-были когда-то лопарь и лопарка, муж и жена.
А знаешь ли ты, что за народ лопари и где они живут?
Вот послушай, сейчас я тебе расскажу.
Живут лопари далеко на севере - севернее, чем шведы, норвежцы и финны.
Если ты взглянешь на большую карту, ты увидишь: как будто белый колпак надет на голову Финляндии. Вот это и есть страна, где живут лопари. Называется она Лапландия.
Удивительная это страна! Ночь и день не сменяют там друг друга, как у нас. Полгода там не заходит солнце, и тогда ночью, так же как днём, совсем светло; а потом полгода длится непрерывная ночь, и тогда даже днём на небе сверкают звёзды.
Зима там тянется целых десять месяцев - почти весь год, - а на весну, лето и осень остаётся всего только два месяца.
Но лопари не боятся зимы. Пусть хоть круглый год держится санный путь! Все они - и большие и маленькие - где угодно проедут в своих больших, лёгких, похожих на лодочки санях.
И в упряжке ходят там не лошади, а олени.
Ты видел когда-нибудь северного оленя?
Он похож на низкорослую лошадку, шерсть у него серая, шея короткая, а его маленькую голову с большими ясными глазами украшают ветвистые рога.
И когда олень бежит, кажется, будто ветер проносится по горам и холмам, взметая снег.
А знаешь ли ты, из чего делают лопари свои дома? Не из дерева и не из камня, а из оленьих шкур.
Делают их так: втыкают в снег несколько длинных, тонких жердей, верхние концы этих жердей связывают вместе и покрывают оленьими шкурами. Вот и всё. Жилище готово. И называется оно не дом, не изба, а юрта.
Вверху оставляют небольшое отверстие - оно заменяет в юрте печную трубу. Когда в очаге разводят огонь, через это отверстие дым вытягивает наружу.
Внизу, с южной стороны, тоже оставляют отверстие - оно служит дверью, через него можно забраться в юрту и выбраться из неё.
Вот как живут лопари! Вот какая это страна!
А теперь начнём сказку сначала.
Жили-были в Лапландии муж и жена, лопарь и лопарка. Они жили в местечке Аймио, на берегу реки Тено-йоки.
Место это пустынное и дикое, но лопарю и его жене оно очень нравилось. Они были уверены, что нигде больше нет такого белого снега, таких ясных звёзд и такого красивого северного сияния, как в Аймио.
Здесь они построили себе юрту - такую же как у всех лопарей.
Юрта получилась очень хорошая - так, по крайней мере, думали лопарь и лопарка. В ней было тепло и удобно, хотя спать надо было прямо на полу, а полом служил белый снег.
У лопаря и лопарки был маленький мальчик, которого звали Сампо. Но у него было ещё другое имя.
Вот как это получилось.
Однажды к юрте подъехали какие-то чужие люди в огромных, неуклюжих шубах. Они привезли твёрдые белые кусочки снега, которых лопари никогда раньше не видели. Этот твёрдый снег назывался сахаром. Он был очень вкусный и очень сладкий. Приезжие люди дали несколько кусочков сладкого снега Сампо, потрепали его по щеке и сказали: «Лопарёнок! Лопарёнок!» Больше они ничего не могли сказать, потому что никто из них не умел говорить по-лапландски.
Потом они уехали. Старой лопарке очень понравились эти люди. Она часто вспоминала сладкий снег, который они привозили, и стала называть сына так же, как они: «Лопарёнок».
Но старому лопарю это было не по душе.
– Разве Сампо плохое имя?
– говорил он с досадой.
– По-моему, это самое красивое имя. Оно ещё принесёт ему счастье и богатство. Вот увидишь, старуха, наш Сампо будет когда-нибудь первым человеком в Лапландии, повелителем пятидесяти юрт и хозяином тысячи оленей.
– Очень может быть, - говорила лопарка, - но, по-моему, и Лопарёнок не плохое имя.
И она называла сына Лопарёнком, а отец называл его Сампо. Поэтому мы будем называть его Сампо-Лопарёнок.
Сампо-Лопарёнок был маленький, коренастый мальчуган. У него были чёрные волосы, чёрные глаза, вздёрнутый нос и широкий рот.
Он был как две капли воды похож на своего отца, а старый лопарь слыл среди земляков первым красавцем.
Сампо-Лопарёнку было всего семь лет, но не всякий и в пятнадцать бывает таким смелым и ловким.
У него были свои собственные маленькие лыжи, на которых он, не задумываясь, съезжал с самого высокого холма, свои собственные маленькие сани и свой собственный маленький олень, которым он отлично умел управлять.
Ты бы видел, какой поднимался вихрь, когда Сам-по нёсся на своём олене по высоким сугробам! Маленького Лопарёнка совсем не было видно, и только изредка в снежных облаках мелькала его меховая шапка.
– Нехорошо, что мальчик ездит один куда ему вздумается, - сказала как-то мужу старая лопарка.
– Того и гляди, на него нападут в горах волки или, ещё того хуже, золоторогий олень. Ни один человек не может справиться с золоторогим оленем - такой он сильный!
– Вот бы мне такого оленя!
– воскликнул Сампо-Лопарёнок (он слышал всё, что говорила мать) - На нём, наверно, даже на Растекайс можно взобраться!
А надо тебе сказать, что Растекайс - самая высокая, самая неприступная гора во всей Лапландии и её голая вершина видна на много миль кругом.
– Перестань болтать глупости!
– прикрикнула лопарка на сына.
– Растекайс - пристанище всякой нечистой силы. Там живёт сам Хийси.
– Хийси?
– переспросил Сампо-Лопарёнок.
– А кто это такой?
«Пожалуй, не нужно было заводить этот разговор, - подумала старая лопарка.
– А может, это и к лучшему! Не мешает немного припугнуть его, чтобы отбить охоту ездить на Растекайс. Очень уж он смелый!»
И она сказала:
– Хийси - это горный король, страшный, злой великан. Целый олень для него - всё равно что для нас один кусочек мяса, а маленьких мальчиков он глотает сразу пригоршнями. Я бы не советовала тебе взбираться на Растекайс.
Сампо ничего не сказал. Но про себя он подумал: