Шрифт:
Об авторе
Ганс Рудольф Берндорф (1895–1963) был немецким писателем, журналистом и киносценаристом. Участник Первой мировой войны, затем боец фрайкора. В 20–е годы работал актером, учился на режиссера, с 1925 года главный репортер издательства «Ульштайн», прославился сериями репортажей на темы криминалистики, путешествий, происшествий и т. д. В 1933 году вступил в СС. Пользовался большой популярностью в Третьем Рейхе, опубликовал с 1933 по 1940 год под своим именем и под псевдонимами Рудольф Ван Верт и Ганс Рудольф 19 романов и документальных книг, во время Второй мировой войны активный сотрудник министерства пропаганды у Геббельса, пользовался его поддержкой как писатель и киносценарист. После падения нацизма Берндорф спокойно продолжил свою журналистскую и писательскую карьеру, трудясь сначала на англичан (Немецкая служба новостей), а в 50–е годы написал как «писатель–призрак» псевдоавтобиографии выдающегося хирурга д–ра Фердинанда Зауербруха и немецкого банкира Хьяльмара Шахта.
До конца жизни Берндорф оставался самым популярным автором издательской группы «H"OR ZU», книги его переиздаются в Германии и в 2000–е годы.
«Шпионаж» был первой книгой Берндорфа, выдержавшей только в первые несколько лет более тридцати переизданий, несмотря на ужасающее множество содержащихся в ней ошибок и неточностей.
ВСТУПЛЕНИЕ
Год 1913–й… По стальным путям Европы мчатся железнодорожные составы, груженные углем, железом, лесом, нарядные экспрессы с роскошными салонами международных вагонов. Из Парижа через Варшаву в Петербург. Из Копенгагена через Берлин в Мюнхен. Из Амстердама через Базель в Италию…
Поезда минуют границы, проносятся мимо городов и селений, где люди рождаются, любят, работают, умирают…
Многое связывает этих людей, эти народы. Общий труд, общие заботы о существовании.
Кинотеатры европейских столиц показывали удивленным зрителям бешеные автомобильные гонки, строительство морских колоссов на верфях, торжественные парады армий разных стран.
Народы Европы были хорошо знакомы с этими армиями, их обмундированием, вооружением.
Но главного они не знали. Главное происходило за закрытыми дверьми генеральных штабов и военных министерств. Там тщательно изучались карты и секретные планы соседних стран, туда стекались сведения, полученные с помощью тайных шифров.
Так было в Германии, Англии, Франции, России…
До начала мировой войны оставался год…
В мае 1913 года по Унтер ден Линден в Берлине шел молодой человек в форме майора генерального штаба.
Два офицера, шагавшие навстречу, дружески ему кивнули:
— Поздравляем.
То был Вальтер Николаи, только что назначенный начальником военной разведки.
Вступив в исполнение своих обязанностей, он подобрал группу умелых, надежных людей. Благодаря им деятельность германской разведки, работавшей до того без всякой системы, стала более организованной.
Да, агентов у Николаи немного, но зато они прекрасно подготовлены и умеют собирать лишь самые существенные сведения.
Огромные трудности представляет их работа. Особенно во Франции. Это страна классического недоверия к малейшим попыткам проникнуть в ее тайны. Забронированы они необычайно крепко. Секреты французской армии хранятся столь тщательно, что выведать их можно лишь с помощью исключительно ловкого маневра.
Другие сложности — в России. Конечно, среди гражданского населения приграничной полосы можно найти людей, поставляющих за германские марки необходимые сведения. Но бесконечные пространства этой страны, удаленность ее гарнизонов друг от друга не дают возможности развернуть шпионаж с полной силой. Поэтому германской разведке волей–неволей приходится ограничить свою деятельность зоной, близкой к границам.
А в Англии? Здесь вообще много неясностей.
За год до начала войны, когда положение этой страны в политической коалиции было весьма неопределенным, германская разведка содержала там лишь нескольких агентов. Николаи настаивал на расширении агентуры в Англии, но убедить в этом высшее командование ему так и не удалось.
Так обстоит дело с германской разведкой.
Франция относится к этому делу иначе.
Достаточно сказать, что в 1913 году по подозрению в шпионаже германскими властями было арестовано 345 человек, и большинство из них работало на Францию.
Сама эта цифра внушительно свидетельствует о размахе шпионской деятельности французов.
Вот, к примеру, история с французским разведчиком Томсом.
Он был родом из Мюнхена, где его отец торговал винами — главным образом бургундским и бордоским. Томс постоянно ездил во Францию, и никому это не казалось подозрительным: все думали, что он привозит оттуда вино.
В действительности же все обстояло не так.
В Мюнхене у Томса был целый штат подруг, во всем ему преданных. То были по большей части скромные танцовщицы, хористки, воспитанницы театральных школ. Он рассылал их по всей Германии с определенными заданиями.
Обязанностью этих девиц было заводить знакомства с молодыми офицерами и стараться выведать от них как можно больше.
Полученную информацию Томс аккуратно вывозил во Францию.
Методы, которыми действовал Томс, вообще были характерны для работы французской разведки. Не случайно на службе у нее состояло так много женщин.
Шпионская деятельность французов отличалась еще и тем, что свои разведывательные бюро они перед войной разбросали по многим странам Европы. Так в Женеве, в Швейцарии, устроился полковник–лейтенант Паршет, со штатом в 90 человек. Бюро Паршета работало под вывеской какой-то торговой фирмы, и его служащие свободно шныряли по всей германской территории. Отделение этой «фирмы» было открыто и в Базеле для наблюдения исключительно за баварской армией.
Так работала французская разведка.
Что касается англичан, то они проявляли порой чудеса изобретательности.
Всем известно, к примеру, что в Бельгии широко используется голубиная почта.
Английская разведка, одна из штаб–квартир которой располагалась в Брюсселе, в начале 1914 года усовершенствовала эту почту оригинальным нововведением.
Англичане выяснили, что почтовые голуби летят обычно либо вдоль Рейна, либо над большими железнодорожными линиями от Амстердама до Торна. И им пришла в голову смелая мысль: что, если снабдить голубей микроскопическими фотокамерами?
Камеры эти имели часовой механизм, приводящий в движение катушку с пленкой. Так как голуби обычно выпускались целыми стаями, то на крохотных снимках, которые потом увеличивали, получался целый ряд изображений тех мест, над которыми пролетали птицы.
Это было похоже на фильмовую ленту.
В случае войны такие съемки становились бесценными: они позволяли иметь полную картину передвижения войсковых частей и обозов.
Главное руководство российской разведкой было сосредоточено в руках офицера генерального штаба Батюшкова (Н. Батюшина, разумеется, – прим. В. К.) и находилось в Варшаве.