Само совершенство. Том 2
Шрифт:
Набрав в грудь побольше воздуха, она сказала:
— Это моя книга. Сигнальный экземпляр. Его только сегодня прислали из типографии.
— Так что же ты мне сразу не сказала! — Зак потянулся к столику. — Это же просто замечательно.
— Я не хотела ничем отвлекать тебя. Сегодня же такой день.
Тронутый ее совершенно ненужной заботой, Зак повертел книгу в руках, внимательно рассматривая обложку.
— Красиво, — наконец сказал он. Распустившиеся розы на фоне грязновато-розового мрамора действительно смотрелись очень красиво.
— А как тебе нравится название? Зак улыбнулся.
— «Само совершенство», — вслух прочитал он. Джулия молча кивнула.
— Мне очень нравится. А почему ты решила назвать ее именно так?
— Это-то как раз объясняется очень просто, — прошептала Джулия, глядя ему в глаза. — Ведь эта книга о тебе.
Зак почувствовал почти непереносимый прилив нежности. Сжав жену в объятиях, он зарылся лицом в ее волосы. Джулия была рядом с ним, когда весь мир заклеймил его как преступника. Она любила его тогда, когда ему нечего было предложить ей взамен. Она научила его прощать. Она радовалась его успехам, поддерживала его, когда он был прав, и упрямо противостояла тому, что считала не правильным. Она открыла для него совершенно новую, незнакомую жизнь, полную смысла, смеха и любви. И вот теперь она подарила ему сына.
Зак вспомнил слова стихотворения, которое однажды Дебби Сью Кэссиди посвятила его жене:
Мир наполнился светом дня,
Многоцветьем красок.
Убегает тьма от огня,
Жизнь светла и прекрасна.
Мир наполнился светом дня,
Разомкнулись вежды.
И на смену мечтам и снам
Вдруг пришла надежда.
Благодаря Джулии.
— Не плачь, любимый, — прошептала Джулия, обвивая рукой его шею. — Ты же еще не читал моей книги. Может быть, она не так уж и плоха, как ты подумал.
И в одно из самых удивительных, мучительно-сладостных, трогательных мгновений своей жизни Зак расхохотался.