Чтение онлайн

Мы ведь умеем усмирить,

И поздно все поймет невежда.

Когда фашистская рука,

К Москве тянулась так упорно.

Стучали памятью века,

И будет враг разбит позорно.

И спесь замерзнет как слеза,

Гордыня, скрючившись в калачик.

И сами вы хотели зла…

И кто скажите неудачник?

Кто планы строил на захват,

Стереть с лица земли пытался?

И сотворил при жизни ад,

И сам в аду потом метался.

Или другой, что человек,

Второй щеки не подставляя.

И пронеся достойно грех,

Вернул назад кусочек рая.

Волчица ночь схватив зубами,

Окурок, брошенный войной.

Снарядов рев над головами,

И холод колом за спиной.

Шинель телячьей отбивною,

И в сапогах змеиный хвост.

И как один встаем стеною,

И поднимаясь в полный рост.

И на ура сметая цепи,

Окоп фашистский, и блиндаж…

И пули бьют, и те, и эти,

И смерть заходится в кураж.

Хватает всех, не разбирая…

Багровым заревом рассвет,

В крови разлегся утопая,

И заслонил собою свет.

И ты один стучишь прикладом,

И искры бьются в голове.

Весь полк погиб и где-то рядом,

И ты уже лежишь в земле.

Стонут кости бараком, и кожа скрипит…

В потолке заусенцами небо.

Серый воздух застыл… Притаившись, молчит,

В двух шагах твое верное эго.

Где-то смерь за углом, затерялась совсем,

Сколько ждать или он там не первый?

Приманить бы ее и не знает он чем,

Да и в жизни всегда был не смелый.

Одичалая мгла, превращаясь в сугроб,

И телами заполнена топка.

Он подумал теперь счастье, если бы гроб,

И стыдясь ему, стало неловко.

И не ползали мы… Там, где нужно ползли,

И душили врага, и взрывали.

И победу свою мы в душе пронесли,

Мы о ней мимоходом мечтали.

И сгорая в огне летним розовым днем,

И под танк как в постельку с гранатой.

Живы будем с тобой, значит, мы не умрем,

И все выскажем им потом матом.

Дождь прошел, тишина, годы нет как войны.

Миллион нас еще! Мы солдаты!

Память вечная тем, умер кто для страны,

В смерти их ведь и мы виноваты.

Фронт на фронт, танк на танк,

Кто же выиграет бой?

Вот и осень в кустах,

Увела за собой,

В непролазную грязь,

Из резерва полки.

И мы чувствуем связь,

И к победе близки.

Только тяжко совсем,

И последний патрон.

Командир крикнет всем…

Поведет батальон.

В рукопашной потом,

Разорвем пополам…

И в бесстрашии том,

Горло нам по зубам.

И колотится враг,

Заползая в окоп.

Не видал еще драк,

Тот напыщенный клоп.

И сметая собой,

Эту серую мглу.

И смертельный был бой,

Но решил он судьбу.

И победы пошли,

Отгоняя врага.

Пяди нашей земли,

Не получит война.

И в Берлине Рейхстаг,

От стыда, и обид.

А на нем русский флаг,

Гитлер ядом убит…

В виндовищенских горах, как нервы, траншеи,

И горят по убитым цветы зверобоя.

Умереть за других! Разве есть выше цели?

Зарастают воронки последнего боя.

Зарастает и память травой-муравою,

И сколько было тогда по России траншей?

Так уж вышло, сейчас мы не помним с тобою

Их истории жизни и войны новостей.

В виндовищенских горах, как нервы, траншеи,

И горят по убитым цветы зверобоя.

Умереть за других! Разве есть выше цели?

Зарастают воронки последнего боя.

Пепел черный,

веет ветер,

по дороге

серый дым.

Гром орудий,

скрежет танков,

всё под небом

голубым.

Кто придумал

эти войны,

убивать

самих себя?

Люди Мира

встанем вместе,

скажем им,

что так нельзя.

Жар пожарищ,

реки крови,

утекают

в никуда.

Плач и стоны,

смерть, и холод,

в бездну бросят

города.

Въестся ворон,

одичало,

смотрит вдаль,

что не видать.

Кто-то скажет

это слава,

просто нам

там умирать.

Дни и ночи,

Дождь, и слякоть,

слез не видно