Роспись по телу
Шрифт:
– Катя? Господи, прямо не верится, что ее нет… Она была… даже и не знаю, как сказать. Словом, невезучая, что ли… Мы проработали с ней около полугода, а потом ее уволили за недостачу, хотя на самом деле никакой недостачи не было, просто ее подставили…
– Кто и за что? Как это случилось?
– Она в тот месяц работала не со мной, а с другой девчонкой, которая прикупала на оптовке сигареты, а выручку клала себе в карман. Понятное дело, что все это скрывалось от шефа…
– И как же получилось, что ее подставили? Расскажите механизм.
– Все очень просто. Катя вышла на подмену и торговала сигаретами той, Валентины, думая, что это ее товар. Приехал управляющий, увидел блоки, каких не было в накладных, и поймал, выходит, Катю… Та все отрицала, говорила, что просто недоглядела, что привыкла, что заказывают такие сигареты, словом, просмотрела… Она и на самом деле невнимательная была, часто лишнюю сдачу отдавала, в долг никому не отказывала, вот люди и пользовались ее слабостью… Но это была даже не слабость, а характер. Она была просто добрая.
– У нее был парень?
– Были иногда, но постоянного не было. Она считала себя некрасивой, хотя фигура у нее была что надо. В общем, классная была девчонка, не вредная, она мне нравилась… А та, Валентина, ее тоже потом уволили, когда поняли, что она собой представляет. Хотели даже разыскать Катю, чтобы пригласить обратно, но я думаю, что все эти разговоры велись на уровне управляющего и что шефу глубоко наплевать, кто у него в ларьках работает, у него их знаете сколько! – и Света описала рукой круг в воздухе. – Такие дела…
– Значит, она была простой девушкой, доброжелательной, встречалась время от времени с парнями, но серьезного ничего не было… А про Олега тоже ничего не слышали?
– Нет, не слышала. Я, правда, встретила ее как-то по весне и удивилась. Идет Катя в красивой песцовой шубке, в дорогих сапожках, высокая, стройная… Я еще подумала тогда, что ошиблась, уж слишком стильной и дорого одетой она мне показалась, но когда подошла к ней и увидела ее улыбку… А она, знаете, так хорошо всегда улыбалась… Словом, это была она. Только я спешила, и она сказала, что сейчас в Саратове и чтобы я позвонила ей, но я так и не позвонила… Закружилась. Да мы с ней особо и не дружили. А потом мне кто-то сказал, что она живет в Москве. То ли замуж вышла, то ли любовника богатого нашла. И я, знаете, поверила. Иначе откуда у нее такие деньги? Я тогда вскочила в автобус, а она – я видела из окна – поймала такси…
– А вы не можете вспомнить, кто вам сказал, что она живет в Москве?
– Кто? Сейчас подумаю… Да Ирка и сказала, моя сегодняшняя напарница. Она, кстати, должна сейчас подойти… Если хотите, подождите…
– Нет, я, пожалуй, пойду. Вы мне скажите, когда лучше подойти.
– Минут через двадцать, не раньше…
Юля поблагодарила девушку и вышла на улицу. Пекло солнце, под полотняными зонтиками прятались в тени и пили пиво из высоких прозрачных бокалов мужчины. И ни одной женщины, подумала Юля.
Неподалеку от магазина, где когда-то работала Катя Уткина, находился и тот самый ресторан «Охотничий», где Юля познакомилась с Дмитрием. Она решила спуститься туда и выпить холодной минеральной воды. Она знала, что Дмитрия там нет, что он появится лишь поздним вечером, когда в ресторане соберется постоянная публика, для которой он будет играть все, начиная с русских романсов и кончая испанскими мотивами и фламенко.
В ресторане было прохладно и темно. В глубине светился зеленый, как травяная лужайка, бильярдный стол. За столиками не было ни души.
Она подошла к бару, и словно из темноты возник красивый белокурый молодой человек, вышколенный, с кошачьими движениями, который, зачем-то обогнув стойку, подошел совсем близко к Земцовой и заглянул ей прямо в глаза. Она отшатнулась. Ей показалось, что он ошибся, принял ее за другую. Но вдруг услышала:
– Ведь вас зовут Юлия? Вы знакомая моего друга Дмитрия. Его нет, но я могу угостить вас джином, мартини, чем пожелаете. Меня зовут Герман.
– Я бы хотела ледяной минеральной воды… Герман…
– Нет проблем… – и вскоре на стойке появился стакан с водой.
– А у вас здесь днем всегда так тихо?
– Да, почти… Здесь страсти разгораются только ночью. Вот на этом табурете, на котором вы сейчас сидите, как приклеенная восседает Лолита – маленькая рыжая проститутка, одна из самых дорогих в городе. У нее очень красивые волосы, красивое тело и совершенно нет мозгов. Но они ей и не нужны. Она зарабатывает хорошие деньги и спускает здесь, угощая всех…
– Зачем вы мне это рассказываете?
– Она пыталась соблазнить Дмитрия, но у нее так ничего и не получилось. Хотя она ему нравилась, я знаю…
Ей расхотелось пить. Она отодвинула от себя стакан, спустилась с высокого табурета и, открыв сумочку, стала рыться в ней в поисках мелочи.
– Вы приходите сюда глубокой ночью и увидите, что здесь творится. Тут интересно, и страстным людям здесь есть где проявить свои чувства сполна…
Она пожалела, что зашла сюда.
– Вы чрезмерно болтливы для бармена, – заметила Юля, швыряя на стойку деньги. – И непонятно, почему набрасываетесь на людей.
– Должно быть, – ухмыльнулся он, – от скуки…
Наверху было жарко, солнечно, душно. Юля вернулась в магазин, где ее уже ждали. Высокая статная девица в красном открытом сарафане вежливо поздоровалась с ней. Света представила подругу:
– Ира.
Но Ира не рассказала ей ничего нового, потому что и сама не помнила, откуда узнала и кто сказал ей о том, что последнее время Катя Уткина жила в Москве.
– Это называется «шоколадный вариант», – вдруг вспомнила она чужое определение, относящееся к образу жизни Уткиной. – Это когда ничего не делаешь, а тебе за это бабки платят.