Разборки с демонами
Шрифт:
Она хотела уйти.
— Подожди! — закричал я. — Я — ученик волшебника. Когда еще у тебя появится возможность пофлиртовать с кем-нибудь хоть вполовину интереснее, чем я?
Она не слушала. Ее уносило все дальше и дальше от меня. Я побежал за девушкой в надежде сократить дистанцию между нами. Все бесполезно. Она меня не замечала. Я вцепился в ее коротенькое платье служанки, выхватил из рук поднос и стал умолять выслушать меня.
— Проклятие, — произнесла она слишком уж низким для девушки голосом.
Я проснулся и увидел перед собой освещенное факелом лицо Хендрика.
— Осторожнее, Вунтвор! В этих коридорах спать небезопасно! По ночам здесь полно демонов! — Воин склонился еще ниже, его раздутые щеки нависли надо мной, он зашептал: — Ты стонал во сне, сначала я подумал, что ты тоже демон!
Я заметил, что в свободной руке он сжимает Голову-с-Плеч.
— Иногда я не могу заснуть по ночам, так боюсь демонов. Странно. Сегодня я ни одного не видел. Хватайся за дубину! — Хендрик помог мне подняться. — Отчего ты так стонал в коридоре?
Я пересказал ему мой сон о девушке-служанке.
— Да-а! — откликнулся Хендрик. — Это место кишит ночными кошмарами. Этот треклятый дворец построен проклятым дедом Урфо, кто-то звал его Вортерк Коварный, кто-то — Минго Сумасшедший. Были и те, кто звал его Элдраг Злобный, не говоря уже о тех, кто называл его Гришбар Плясун. Но это уже другая история, я сейчас о заколдованных коридорах, придуманных Вортерком. Здесь удивительная слышимость, самый слабый звук доносится на большие расстояния, ты думаешь, что он идет с одной стороны, а он идет совсем с другой. Тихо, ни звука!
Я не сказал Хендрику, что, кроме него, тут пока никто не говорил, так как откуда-то издалека действительно доносился голос, который без конца что-то выкрикивал. Я навострил уши. Похоже, кричали:
— Убить Эбенезума! Убить Эбенезума! Убить Эбенезума!
— Проклятие! — зарычал Хендрик.
Я шагнул на звук голоса. Хендрик ухватил меня за куртку своей здоровенной ручищей и потащил по лабиринту коридоров. На каждом перекрестке он останавливался на долю секунды, выжидая, когда крики подскажут, куда поворачивать. Иногда казалось, что мы идем на голоса, иногда — совсем наоборот. Я запутался в считаные минуты.
Голоса стали отчетливее. Разговаривали двое. Один уже не кричал, но оба были возбуждены.
— Я так не думаю.
— Но мы должны сделать это!
— Ты слишком торопишься!
— А ты вообще не собираешься действовать! Сто лет пройдет, пока мы доберемся до этих сокровищ!
— Если я доверю тебе это дело, нам вообще ничего не достанется! Нам надо привлечь на свою сторону Эбенезума!
— Нет! Разве ему можно доверять? Эбенезум должен умереть!
— А может, мне лучше объединиться с Эбенезумом и обойтись без тебя?
Хендрик внезапно остановился, и я налетел на него со спины. Доспехи воина предательски звякнули.
— Там кто-то есть!
Дверь напротив нас распахнулась. Я замер, ожидая появления обладателей голосов.
Появилось кое-что другое.
— Сгинь, — пробормотал Хендрик, увидев, как что-то ползет в нашу сторону.
Это можно было бы назвать пауком, если бы оно не было с меня размером и не обладало дюжиной лап вместо восьми. К тому же оно было ярко-красного цвета.
Хендрик занес дубину над головой. Почему-то Голова-с-Плеч на этот раз мне показалась не такой внушительной, как раньше.
Нечто зашипело и скакнуло через коридор. За ним из комнаты последовало еще одно нечто. Оно походило на огромную, раздутую клыкастую зеленую жабу. Зеленое нечто прыгнуло вслед за наукообразным и зарычало в нашу сторону.
— Сгинь, сгинь, — хрипел Хендрик.
Я решил, что благоразумнее будет бежать, но воин преграждал единственно возможный путь отступления.
Жирная жаба прыгнула перед паукообразным. Казалось, ее клыкастая пасть расплылась в улыбке. Красная многоножка перебралась через жабу в нашем направлении. Жаба зарычала и стряхнула с себя конечности красной твари, но четыре лапы все же зацепились за нее, и паукообразное оказалось впереди жабы.
Жаба сиганула прямо на красную многоножку. Паукообразное зашипело, земноводное зарычало. Лапы этих тварей сплелись, они покатились по коридору, и вскоре, кроме мелькающих лап и слюнявого оскала, уже ничего нельзя было разобрать.
Обе твари исчезли в облаке вонючего коричневого дыма.
— Сгинь, — пробормотал Хендрик.
У нас за спиной открылась еще одна дверь.
— Тебе не кажется, что пора на боковую?
Это был Эбенезум.
Я начал было объяснять учителю, в чем дело, но он жестом заставил меня замолчать:
— Тебе надо поспать. Завтра у нас будет чем заняться. — Мой господин глянул на Хендрика. — Увидимся за завтраком.
Воин еще раз посмотрел на то место, где только что исчезли две твари.
— Проклятие, — сказал он и зашагал по коридору.
— Если все получится, не будет никакого проклятия, — сказал Эбенезум, закрывая дверь.
4
Никогда не надо верить волшебнику, который жалуется на коварство практикующих магов. В действительности существует множество ситуации, в которых маг может доверять своему собрату. Например, в том случае, когда дело не касается денег или когда твой коллега действует на достаточном расстоянии, чтобы его заклинания не могли подействовать на тебя.