Чтение онлайн

Необходимо было что-то сказать, иначе я выглядел бы совсем глуповатым. Поэтому я поспешил спросить:

– А что не так с выборами?

– Хм-м, – задумчиво посмотрел на меня Уэнтуорт Уилкинз. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но мы тебя обогнали, Счастливчик. Что неудивительно, поскольку мы работаем над этим уже очень долго. Ты, очевидно, осведомлен, что выборы в старом, классическом смысле слова себя изжили. Мы и не хотим возврата к выборам в старом смысле слова. Ведь всякое может случиться, когда с помощью наших долговременных кампаний все старые ценности почти полностью обесценены. Но ты, конечно, подразумеваешь выборы в новом смысле этого слова?

– Конечно, – сказал я. А что я мог еще сказать?

– Мы это используем. Как ширму. Мы долго работали, чтобы вселить в избирателей апатию. Теперь, чтобы выиграть выборы, вовсе не нужно иметь большинства голосов среди избирателей. Достаточно иметь большинство среди тех, кто действительно ходит голосовать. Сделай оппозицию безразличной, зарази энтузиазмом своих приверженцев – и ты выиграл выборы. Даже если «твои» составляют лишь пять процентов от общего числа избирателей.

Я чувствовал себя так, как если бы опоздал к началу разговора. Или опоздал, или как если бы каждое третье предложение опускалось. Я вернулся к своей старой тактике – рот на замок и умный вид.

– А это, мой мальчик, равнозначно тому, что мы победим с помощью циничного безразличия со стороны населения. Мы победим потому, что отныне всем все стало до чертиков.

Я постарался, чтобы мои глаза не раскрывались слишком широко.

– Грядет день радикального центра, – сказал он с удовлетворением. – Нации равно наплевать и на правых радикалов, и на левых. Более того, их вообще меньше всего волнует, кто возьмет в руки бразды правления. Они слишком заняты, живя согласно новому моральному кодексу.

– «Уматывай, Джек, и без тебя все в порядке», – пробормотал один из его дружков. Другой холодно улыбнулся и сказал:

– Или «если я не воспользуюсь преимуществом ситуации, это сделает кто-то другой».

Уэнтуорт Уилкинз, уловив общее настроение, добавил:

– «Уделай соседа прежде, чем он это сделает с тобой».

Они посмотрели на меня.

– Вы подразумеваете что-то вроде, – я проглотил ком в горле, – «никогда не суйте булыжник сосунку»?

Все трое рассмеялись.

– Новая мораль, – сказал тот, кого ждал ракетоплан. Но тут же быстро добавил: – Итак, мистер Майере, вы с нами?

– Хорошо, – осторожно ответил я, – какие у меня будут обязанности?

– Обязанности? – протестующе воскликнул Уилкинз. – Мой милый мальчик, на подобном уровне ты не должен мыслить такими категориями. Ты доказал, чего ты стоишь. Ты будешь одним из нас. Ты будешь решать вопросы большой политики и тому подобные вещи. Несомненно, твоя интуиция проявится в виде неординарных идей лишь раз или два в году. Возможно, эти идеи натолкнут нас на верный путь или предостерегут от совершения неверных шагов. Например, что ты скажешь по поводу названия «Демократичные республиканцы» для предполагаемого отражения деятельности политической партии?

Тот, что все время поглядывал на часы, прервал его ровным голосом:

– Прежде чем обсуждать политику радикального центра, хотелось бы знать наверняка – по чью сторону баррикад находится мистер Майерс?

Все это не моего носа дело. Но когда речь одновременно заходит о том, что либо его оторвут, либо ты держишь его по ветру, я иду в ногу со временем.

Антигерой – вот кто отныне Счастливчик Майерс.