Пути Востока
Шрифт:
— Спасибо вам, — продолжал я бормотать смущенно.
— Оставьте. Да, еще. У нас тут горе, сотрудник скончался. Молодой совсем был, безумно талантливый. Вам сейчас факс придет, вы в «Вестник Файролла» тогда поставьте на первую полосу некролог, и еще несколько фотографий Ди вам сбросит, выберите на ваш вкус… Мои тут набросали текст, вы подредактируйте, сделайте, как надо, хорошо? С фото, с нужными словами, что сотрудники скорбят… Ну что я вас учу. Все, я побежал, дела.
И не слушая мое очередное «спасибо», он повесил трубку.
— Киф, тебе факс пришел, — ко мне подошла Вика. — Прямо написано: «Никифорову, лично в руки».
С листа на меня смотрел довольно молодой парень с хорошей открытой улыбкой. Надо же, тридцать семь лет, а был главным администратором игры. И на тебе — сердечный приступ. Я на автомате читал текст, глаза зацепились за знакомое имя. Я вернулся назад, к предыдущему абзацу.
«Многие игроки с упоением вспоминают пирушки, рейды и просто беседы, в которых принимал участие гном по имени Ставрос. И никто не знал, что именно под этим именем в „Файролл“ заходил главный администратор, человек, практически всемогущий в рамках игры. Он никогда этим не кичился и никогда это не использовал в личных целях. Свои уровни в игре он получал честно, так же, как все игроки. И вот он ушел от нас, ушел навсегда. Коллектив корпорации „Радеон“, а также…».
Ставрос. Тот гном — нос картошкой, которому я дал наводку на пещеру. Видать, и впрямь на всякого мудреца довольно простоты…
— Надо же, такой молодой, — сказала у меня за плечом Вика. — Что поделаешь — человек смертен. И что особенно печально — внезапно смертен. Это ведь Булгаков сказал?
— Да, — на автомате подтвердил я. — Это слова Воланда.
— Жаль. Вот так живешь-живешь… — Она положила мне на плечо подбородок и засопела в ухо.
Я посмотрел в окно, на свою новую машину. На нее уже упало несколько мокрых листьев с деревьев, растущих возле редакции. И в этот момент я по идее должен был думать о том, что мне делать, как себя вести и что вообще происходит. А я почему-то подумал: «Надо же. Как быстро в Москву пришла осень».