Провидица
Шрифт:
– Не надо! Пожалуйста, не надо! Пожалуйста! Нет! О боже!
Ее рука нащупала что-то круглое и твердое, вроде пластмассовой коробочки с выходящим из нее проводом. Наверное, выключатель. Сэм нажала кнопку – в нескольких дюймах у нее над головой загорелась голая лампочка, и девочка, моргнув, увидела тюки соломы, высоко наваленные впереди, и узкий темный проход между ними наподобие коридора.
Несколько секунд вокруг было тихо. Потом раздался всхлип, который резко оборвался. Дрожа от страха, Сэм пошла за своей тенью между тюками сухой, издающей едкий запах соломы, которая была навалена до самой кровли. Она осторожно ступала на балки, пока ее тень не слилась с остальной темнотой.
Прямо перед нею раздался еще один всхлип, а затем какой-то резкий звук наподобие щелчка, его сменил жуткий хрип, а затем воцарилась полная тишина. Сэм замерла, сердце ее испуганно забилось, когда она увидела, как из темноты поднялась какая-то фигура и поковыляла в ее сторону, вытягивая к ней руки. Девочка стала отступать, делая осторожные шаги, нащупывая ногами балки, дрожа всем телом, дотрагиваясь руками до колючей соломы, чтобы не упасть, и глядя широко распахнутыми глазами на фигуру, которая наступала на нее из темноты, вырисовываясь с каждым шагом все четче.
Внезапно Сэм ясно поняла: вовсе не тень скрывает лицо незнакомца, а балаклава – черный вязаный шлем, закрывающий лоб и лицо, с прорезями для глаз, носа и рта.
Теперь она видела и руки: правая оказалась изуродованной, всего с двумя пальцами – большим и мизинцем; эта рука тянулась к ней из темноты, словно клешня.
Сэм споткнулась и упала на спину прямо под лампочкой. Перевернулась, поднялась на ноги и попыталась отступить назад, но снова споткнулась и услышала хруст – это ее нога провалилась сквозь прогнивший чердачный пол.
– Ты, маленькая сучка! Какого хрена тебе здесь надо?
Она ощутила, как его ладони сомкнулись у нее на шее, почувствовала его двупалую руку, сильную, невероятно сильную, словно стальные щипцы. В нос ей ударил запах лука и пота, старого, застоявшегося пота, который словно бы многие недели впитывался в одежду, а теперь вдруг вырвался наружу; ну а луком от мужчины воняло так, что у бедняжки заслезились глаза.
– Я… я просто была…
Она замолчала, сильные руки еще крепче сжали ее шею, сдавили кости, пытаясь сломать их. Сэм дернулась, потом споткнулась и упала на пол, увлекая за собой мужчину. Ее спину пронзила мучительная боль, но она поняла, что свободна; перевернулась, опять услышала его мычание, перевернулась еще раз и встала на ноги. Почувствовала, как он ухватил ее за свитер, потащил; девочка задергалась, пытаясь вырваться, но снова споткнулась и упала.
Попробовала было подняться, но рука мужчины ухватила ее за плечо, прижала к полу; а потом он лег на нее сверху и обхватил коленями с обеих сторон, полностью обездвижив. Сэм вновь ощутила зловонное дыхание, ее словно обдавал теплый нечистый ветер, впитавший в себя запах свежего лука.
– Хочешь, чтобы я тебя трахнул, малявка?
Мужчина рассмеялся, а Сэм уставилась на черную балаклаву, ярко освещенную теперь лампочкой наверху, увидела сквозь прорези безумное сверкание его глаз и гнилые зубы. Он откинулся назад, расстегнул ремень. Ветер снова приподнял оторвавшийся кусок покореженного железа на крыше, и на них на одно мгновение хлынул дневной свет, но потом железо с громким хлопком вернулось на прежнее место. Мужчина поднял голову, и Сэм прыгнула на него, вцепилась ногтями в его лицо, вдавила пальцы в глаза. Пальцы левой руки неожиданно ушли слишком глубоко, и Сэм почувствовала что-то жуткое, студенистое, а потом услышала с пола такое громыхание, словно бы по нему покатился каменный шар.
Сильная рука ударила ее по щеке.
– Ах ты, маленькая сучка, ты что это сделала? Что ты натворила?
Девочка уставилась на него, дрожа всем телом, вытащила палец из пустой глазницы, которая теперь представляла собой красное слезящееся месиво с наползшей на него бровью. Сэм почувствовала, как ее враг откинулся назад, ухватившись за лицо руками, и воспользовалась этим: высвободила ногу и со всей силы ударила его в лицо. Голова насильника резко запрокинулась, задела лампочку, та треснула, и все вокруг погрузилось в полную темноту. Малышка откатилась в сторону, отчаянно пытаясь нащупать лаз, но тут снова почувствовала руки мужчины на себе: он отбросил ее на пол, а потом снова подмял под себя. Сэм начала отчаянно лягаться, закричала, принялась размахивать руками, бить наугад, чувствуя совсем рядом его дыхание. Лицо мужчины приблизилось к ней на расстояние нескольких дюймов, и вдруг лучи света хлынули внутрь – ветер снова поднял оторвавшийся лист железа, и Сэм отчетливо увидела совсем рядом красную пустую глазницу.
– Помогите!
– Сэм?
– Спасите меня!
– Сэм? Эй, Сэм?
Девочка принялась молотить руками изо всех сил и вдруг почувствовала, что мужчина отпустил ее и она падает, а потом стремительно катится по мягкой земле… Свет здесь был совсем другой; она попыталась встать, но упала вперед и опять покатилась с невероятной скоростью.
– Помогите, пожалуйста, помогите!
– Сэм?
Голос звучал мягко. Девочка снова увидела свет, льющийся откуда-то из открытой двери поблизости, а потом над нею склонился чей-то силуэт.
– Нет! – крикнула она и откатилась назад.
– Сэм. Успокойся, малышка. Все хорошо.
«Голос другой, – поняла она. – И свет тоже не такой, как был там».
– Тебе просто приснился страшный сон. Ночной кошмар.
Значит, это был сон? Она глотнула воздуха. Присмотрелась к фигуре. Молодая девушка. В падающем с лестничной площадки свете видны ее длинные светлые волосы. Сэм услышала щелчок выключателя, потом еще один.
– Лампочка, наверное, перегорела, – сказал нежный девичий голос. Это же Анни, ее приходящая няня. – Испугалась, бедняжка? Тебе приснился страшный сон, да?
Сэм увидела, как Анни подошла к ней поближе, наклонилась. Услышала еще один щелчок, и тут же загорелась прикроватная лампочка в виде собачки Снупи. Собачка улыбалась ей: «Все хорошо, Сэмми!» Запрокинув молодое веснушчатое личико, няня смотрела в потолок, ее светлые волосы разметались по плечам. Девочка тоже взглянула вверх и увидела, что лампочка треснула. Из патрона торчали только осколки стекла.
– Как это случилось, Сэм?
Малышка молча разглядывала патрон.
– Сэм, ты меня слышишь?
– Это он ее разбил.
Анни нахмурилась:
– Кто, Сэм? Кто разбил лампочку?
Девочка услышала внизу громкие голоса, потом музыку. «Телевизор», – поняла она.
– Вынимала, – ответила Сэм. – Это Вынимала разбил лампочку.
– Кто? – Няня недоуменно посмотрела на свою подопечную, поправила бретельку ее вельветового комбинезона. – Что еще за Вынимала, Сэм? Кто это такой?
– А что ты смотришь?
– Что смотрю?
– Ну, по телевизору.
– А! Да фильм какой-то… не знаю названия – я уснула. Ой, да ты порезалась. У тебя осколки в волосах и на лбу. И на пальце. Стекло повсюду. – Анни покачала головой. – Я оставила свет включенным, и, похоже… – Она снова оглянулась. – Вероятно, лампочка взорвалась. Подожди, не двигайся. – И няня осторожно извлекла стекло из волос Сэм.