Пропала стриптизерша
Шрифт:
"Все под Богом ходим”, — подумалось Харту в это страшное мгновение.
За ударом падения тела последовало продолжительное молчание. Даже у инспектора Гарсии был такой вид, словно его вот-вот вырвет. Потом Харт почувствовал, как пальцы Герты вцепились ему в плечо.
— Пожалуйста, — сказала она едва слышным голосом, — нельзя ли нам уйти отсюда?
Харт посмотрел на Гарсию.
Тот отдавал пистолет, отобранный у Диринга, одному из своих полицейских.
— Не вижу причин для отказа, — сказал он. — Конечно, еще нужно будет выяснить некоторые мелкие подробности. Вам обоим придется ответить на несколько вопросов и дать некоторые показания под присягой нам и мексиканским властям. Ордер на ваш арест будет аннулирован. Но… вы конечно же можете отсюда уйти. А что касается обвинений, вы, Харт, можете спокойно вернуться к себе в аптеку и продолжать делать свои маленькие розовые пилюли.
— Спасибо, — прочувствованно сказал Харт. — Большое спасибо!
Когда молодые люди подошли к французскому окну, Гарсия окликнул Харта:
— Док!
— Да? — обернулся Харт.
— На вашем месте я бы постарался заниматься только пилюлями и впредь.
— Именно это я и намерен делать, — заверил его аптекарь, выходя.
На лужайке перед домом было просто замечательно. Ночь прохладна. Луна зашла, небо густо усеяно звездами. Пока Харт стоял, сжимая в объятиях Герту, все еще не унявшую дрожь под впечатлением жуткой смерти стриптизерши, он поднял глаза к небу и увидел падающую звезду. Она блеснула на небосводе, оставив после себя длинный светящийся след.
Вот как получилось… Из плохого, выходит, иногда можно извлечь и что-то ценное: Харт нашел свое счастье, нашел Герту. И сколько бы им ни было отмерено судьбой, они с Гертой будут вместе.
В его объятиях девушка была податливой и теплой.
— Как ты думаешь, скоро нас окончательно отпустят домой? — спросила она и потерлась щекой о его грудь.
— Надеюсь, что скоро, — тихо ответил Харт.