Чтение онлайн

–  Третьяк дело говорит, - сказал гончар.
– Ежели б в округе объявился оборотень, он бы уже дал о себе знать кровавым пиршеством. Слушая эту перепалку, трусливый Коростень понял, что попытка сжить со свету колдуна не удалась. Нужно было убираться подальше, чтоб не попасть под горячую руку, когда разберутся, что к чему. Он стал задом отступать в лес.

В это время Илья как раз приближался к поляне, где собрался народ. По дороге он сильно отстал и теперь еле ковылял. После ранения силенок для марш-броска было еще маловато. В боку кололо. В другой раз он уже давно бы сошел с дистанции, но страх, что, потеряв Строжича, они навсегда застрянут в тринадцатом веке, гнал его вперед.

Между тем Коростень шаг за шагом пятился в лес, все еще не решаясь открыто задать стрекача. Отойдя на почтительное расстояние, он повернулся и со всего размаха налетел на «мертвяка». Илья даже не понял, откуда вдруг взялся хлипкий мужичонка с козлиной бородкой. От неожиданности Коростень потерял равновесие. Падая, он ухватился за мальчишку, но вместо того чтобы удержаться на ногах, увлек его за собой. Илья повалился сверху и уперся ладонью в морщинистую шею с выступающим кадыком.

–  Спасите! Убивают!
– истошно завопил Коростень, испугавшись, что «мертвяк» собирается его придушить.

Услышав крик, Серый решил, что Илья в опасности. Он оскалил клыки, зарычал и прямо через толпу бросился на помощь товарищу. Когда волкодав в один миг из добродушного пса превратился в лютого зверя, все доводы в пользу того, что это не оборотень, растаяли как дым. Долго зревший нарыв страха прорвался. Люди с визгом и криками бросились врассыпную. Перед оборотнем дрогнули даже храбрецы, кто ходил с рогатиной на медведя.

Третьяк побежал следом, пытаясь урезонить обезумевших людей.

–  Стойте! Куда вы?

Его голос тонул в общем гаме. Никто и не подумал остановиться. Люди с воплями и визгом неслись в сторону деревни. Увидев обезумевшую толпу, Илья откатился в сторону, под кусты, чтобы не затоптали. После того как он отбился от козлобородого мужичонки, сил подняться не осталось. Серый нашел товарища в зарослях папоротника.

–  Ты как?

–  Нормально.

–  Жди. Я только припугну этого гада Неждана, чтобы впредь неповадно было, - сказал Серый и умчался.

В суматохе все забыли про колдуна, который связанный томился на куче хвороста. Никто и не заметил, как искра перепрыгнула с едва тлевшей соломы на тонкий сухой прут, вспыхнула и родила крошечный язычок пламени. Он облизал хворостину, подрос и перекинулся на соседнюю. Пока люди в панике бежали прочь, в недрах костра медленно разгоралось пламя.

Оставшись один, Илья встал и поковылял к поляне. Бежать за остальными не было ни сил, ни желания. Он уже набегался так, что, должно быть, сдал все школьные нормативы на год вперед. Выйдя на берег реки, он с ужасом увидел, что Строжич лежит связанный на куче горящего хвороста. Языки пламени еще не добрались до старика, но огонь уже занялся вовсю. Пламя набирало силу и через несколько мгновений грозило перекинуться на несчастную жертву.

Помощи ждать было неоткуда, а бежать за подмогой времени не осталось. Забыв про опасность, Илья бросился в огонь спасать старика.

Огонь наглел, захватывая все новые территории. Еще недавно язычки пламени почти с нежностью вылизывали все, что встречалось у них на пути, и ластились, точно кроткие рыжие котята. Но по мере того как огонь рос и набирал силу, он превращался в свирепого хищника. Алчный зверь пожирал все на своем пути, и чем больше поглощала его ненасытная утроба, тем неистовее он набрасывался на новое угощение, мучимый неукротимым голодом.

Скоро огню стало тесно. Его разрушительная удаль требовала простора. Как слепец, он шарил огненными перстами в поисках выхода. Не найдя никакой лазейки, огонь метался в ярости. Раздался звон битого стекла. Столб черного дыма рванулся ввысь.

Увидев, как в небо взметаются черные клочья дыма, Илька отложил книжку и подошел к окну. Расплющив нос о стекло, он попробовал разглядеть, что творится внизу, но сразу же понял тщетность своих попыток. Илька поспешил в соседнюю комнату. Он толкнул балконную дверь, подергал ее за ручку - все напрасно. Створка не поддалась. Не привыкший к запорам мальчишка был озадачен. Непонятный и необъяснимый мир, в котором жил его тезка, предложил ему новую загадку. Здесь для чего-то делали двери, которые не открывались. Досадуя на свою беспомощность, Илька крутанул дверную ручку.

Дверь неожиданно распахнулась. В нос ударил запах гари. Илька занес ногу через порог и в нерешительности застыл. За дверью была лишь маленькая площадка, огороженная железными прутьями, а вокруг зияла пустота. Несколько секунд мальчишка в замешательстве стоял, не зная, как поступить.

И тут снизу донесся детский плач. Подгоняемый чужим горем, Илька зажмурился и сделал шаг. Убедившись, что площадка укреплена намертво, парнишка бочком подступил к краю и, по-птичьи вцепившись пальцами в перила, не без опаски перегнулся через них.

Огонь рвался из окна третьего этажа. Разрозненные обрывки дыма, похожие на растрепанные клочья черной шерсти, сплелись в единый столб. На смоляном фоне плясали яркие, рыжие косынки пламени. Взметаясь ввысь, они с любопытством заглядывали в окно четвертого этажа, будто оценивая, чем можно поживиться еще и там. Однако алчущему зверю пожара этого было мало. Точно опытный полководец, он высылал с дымным столбом десант огненных искр, которые взлетали все выше и выше.

Сквозь дымную завесу Илька разглядел на балконе горящей квартиры ребенка. Огонь туда еще не добрался, но медлить было нельзя. Примерившись к металлической стойке, соединяющей балконы, Илька перелез через перила.

Он нарочито не опускал глаз и старался не думать о том, как далеко находится земля. Не то чтобы Илька Кречет боялся высоты. Когда-то он даже любил лазить по деревьям, но сейчас ему предстояла не детская забава. Тут если упадешь, то костей не соберешь. Обхватив стойку руками и ногами, он осторожно заскользил вниз. Добравшись до пятого этажа, мальчишка сделал секундную передышку и двинулся дальше, кляня дурной обычай строить высоченные хоромины.

Чем ниже он спускался, тем становилось теплее. Это был не жар, но прелюдия к нему. Тонкая корочка льда на стояке подтаяла. Стойка покрылась крупными каплями. Рубаха и штаны стали влажными, но Илька не обращал на это внимания.