Чтение онлайн

–  Как оборотня в лесу встретила, дурища.

–  Мамка меня по грибы послала. Иду, гляжу, он из-за кустов как сиганет, ей-ей волк. Шерсть клоками. Я бежать хочу, а ноги как не мои. А тут он меня человечьим голосом спрашивает: как, дескать, здешние места называют?

–  Нешто человечьим?
– удивились в толпе.

–  Ей-ей не вру, - побожилась Анютка.

–  А дальше что?

–  Что-что. Очухалась я и деру дала.

–  А оборотень? Не догнал?

–  Он за мной не побег. Так там и остался. А меня дурой обозвал.

–  Слыхали?
– гордо подбоченился Неждан.

–  Вот пакостная рожа, а туда же, человека обзывать, - сказал кто-то в толпе.

–  А Строжич-то тут при чем?
– спросил Третьяк.

–  А при том. Оборотень у него живет. Эта волчья харя мне в лицо смеялась, дескать, колдун всю нечисть подымет, чтоб нас со свету сжить. А коли не верите, больше того скажу. У него дома грамота припрятана от самого шведского ярла. В сговоре он со шведом.

–  Строжичу- то зачем?
– недоуменно сказали в толпе.

–  Вы ж его идолам не поклоняетесь? Вот он и затаил на вас злобу. Добреньким прикидывается, а на самом деле козни строит, - заключил Неждан.

–  Я уж давно говорил, что колдуна надобно гнать, - вставил злопамятный Коростень.

–  Не гнать надо, а огню предать. Тогда лихая година мимо нас пройдет.

–  Экую ты, Неждан, загогольку загнул. Да ты еще под стол пешком ходил, а Строжич тут уже знахарствовал. Чего ж тогда вражья сила ноне ополчилася?
– возразил Третьяк.

Видя, что Третьяк может испортить все дело, Неждан пошел в наступление.

–  Чья б корова мычала, а твоя б молчала. Тебе терять нечего. Бобыль бобылем. У тебя жена померла и наследников не оставила. А вот другим стоит об детишках подумать.

Люди примолкли, обдумывая услышанное. И впрямь, вдруг Неждан дело говорит? Хоть и жалко колдуна, а все ж своя рубашка ближе к телу. Может, ежели Строжича огню предать, и впрямь иноверцы отступят? А ежели не отступят? Без колдуна ни хворь полечить, ни дождя намолить. И так худо, и эдак не лучше.

Чтобы побороть нерешительность селян, Неждан подлил масла в огонь:

–  Кого жалеете? Колдуна, оборотня да мертвяка? Чем об нечисти печься, лучше бы своих детушек пожалели.

Призадумались люди и порешили, что в темную годину надобно прежде о близких думать. Если Строжич оборотней да мертвяков собирает, да к тому же на сделку со шведом пошел, лучше его извести, чтобы лихо дальше не пошло.

Третьяк попытался было образумить сельчан, но страх перед врагом лишил их разума. Решили брать колдуна на рассвете, когда он один пойдет к идолу. Народ вооружился как на охоту. Оберегами обвешались против колдовства, как будто их не у Строжича брали. И смех и грех! Однако какой-никакой, а оберег уверенности придает. Без оберега человек что? Точно гoлый перед всеми бедами и напастями.

Над деревьями едва забрезжил ранний рассвет. Он окрасил небо в пепельно-серый цвет, а лес все еще стоял черный и неприветливый. В каждой коряге людям мерещились чудища. Шли гуртом. Каждый для уверенности хотел чувствовать плечо идущего рядом, потому что многих брало сомнение: хоть и колдун, а не худо ли живого человека огню предавать? К тому же, ну как за него идол заступится? Тогда не миновать беды. Скопом отбиваться все же легче. Недаром говорят, на миру и смерть красна.

Люди дошли до возвышенности, где находился идол. Столб с мрачным ликом, вырезанным из крепкого, как камень, мореного дуба, испокон веков стоял на поляне. Никто не знал, сколько лет этому свидетелю былой Руси. Он давно почернел от древности, но все так же охранял священное место.

Шествие остановилось. Все замерли, не решаясь приблизиться к изваянию. Вдруг они услышали голос Строжича:

–  Это что ж вы задумали? С кем воевать пришли?
– спросил старик, окинув взглядом вооруженную толпу.

Сколько раз люди приходили к колдуну за советом да за подмогой, никто перед ним сроду не робел, а тут всех точно колом к земле пригвоздило. Кустистые брови старика еще ниже надвинулись на глаза. Вроде тихо Строжич молвил, а голос его над поляной громом прогремел. А может, совесть, что внутри у каждого ворочалась, ему зычности придала. Отступили смельчаки. Каждый жмется, старается за спину другого спрятаться. А ведун будто из их слабости силу черпает. Обвел всех взглядом и приказал:

–  Прочь подите! Не с тем ворогом сражаетесь.

Строжич направился к идолу.

Неждан понял, что удача уходит у него из рук. Толпа, еще недавно в единодушном порыве отправившаяся на поимку колдуна, тотчас снова впала в сомнение и готова была повернуть назад. Нужно было действовать. Он выскочил вперед и выкрикнул:

–  Не дайте ему приблизиться к идолищу. Он от него силу черпает.

–  А, это ты, Неждан, воду мутишь?
– сурово спросил старик.

–  Не слухайте его! Он с оборотнями водится. О детушках подумайте!
– воскликнул Неждан.

В этот напряженный миг вдруг небо будто полоснули ножом, и из среза, как струйка крови, выплеснулся алый свет восходящего солнца. Неждан истошно закричал:

–  Солнце! Это знак, что правое дело делаем! Хватай колдуна!

Его возглас подействовал магически. В те мгновения, когда накал страстей достигает предела, а отдельные люди сливаются в массу и становятся толпой, достаточно одного властного слова, чтобы привести в действие механизм разрушения. Так искра рождает гибельный пожар. Напряжение, скопившееся в собравшихся, точно сжатая пружина, вырвалось наружу. Никто уже не задумывался над тем, что он делает и зачем он здесь. Время сомнений ушло. Настала пора действий.

Вся ватага ринулась на Строжича. В свалке страх прошел. Каждый ощущал рядом локоть сотоварища и верил, что поступает верно, ведь возбужденная толпа не знает сомнений. Те, кто еще недавно испуганно жались за чужими спинами, теперь рвались вперед, норовя внести свой вклад в поимку колдуна. Люди толкались и пихались, мешая друг другу. Поняв, что толпу не урезонить, Строжич стал вырываться, но только больше раззадорил нападавших. Силы были неравными. Скоро ведуна скрутили веревками по рукам и ногам.