Чтение онлайн

Я с любопытством наблюдала уже не только за ним, но и за собой. Новогодние огоньки кружили голову, звучащие на катке мелодии через одну обещали исполнение всех желаний, а морозный воздух пах предвкушением несбыточного. В таких невыносимо-сказочных условиях, пожалуй, пойдешь за руку с самим чертом, если он поманит переменой участи.

А впрочем, я же и шла — с Демоном.

В кафе было потеплее, пар изо рта уже не шел, но все равно достаточно прохладно — я не стала снимать дубленку. Зато Демьян легко скинул свою косуху и повесил на спинку пластикового стула. Столы тоже были дешевыми фанерными, накрытыми бумажными скатертями.

Давно я не была в таком простецком местечке — все деловые вопросы решались в заведениях максимально доступного для контрагентов уровня. Видимо, наше поколение как прочитало в книгах по бизнесу, что одеваться и вести себя следует для жизни, которой ты хочешь жить, а не для той, которой живешь, так и больше не пересматривало принципы.

Но раз связалась с малолеткой — терпи!

— Тебе не холодно? — Забеспокоилась я, увидев, что под курткой у него действительно одна тоненькая футболка.

— Мне жарко, — ответил он, поворачиваясь и оказываясь вплотную ко мне. — Особенно когда я смотрю на тебя.

Осадить наглеца я не успела.

— Хэй, Демон! — Крикнул ему парнишка на кассе. — Тебе как всегда?

Тот шагнул к стойке, обменялся с ним рукопожатием и кивнул на массивный чан, от которого разливался аромат вина и специй:

— Нам два глинтвейна.

Я достала карту — совершенно без задних мыслей, просто привыкнув, что везде плачу за дочь.

Уххххх, каким демонским яростным взором меня наградили!

Убрала ее обратно, не успев задуматься.

— Ну да, у тебя, небось, по студенческому скидки, — неловко съехидничала я. — Или по Пушкинской карте.

— Я должен в ответ пошутить про пенсионное? — поднял брови Демьян, отходя от прилавка с двумя высокими стаканами с глинтвейном.

Я села за стол напротив его места, и он потянулся, чтобы поставить стаканчик рядом со мной. Его рука оказалось прямо у меня перед глазами, и я заметила татуировку на плече — треугольный осколок зеркала, в который влетает птица. Я покосилась — на другой руке из такого же осколка птица вылетала.

Руки у него были красивые — очень по-мужски. Широкие запястья, покрытые чуть-чуть рыжеватыми волосами, крупные ладони, длинные пальцы. И натянутые жилы на предплечье, в которые мне неожиданно захотелось впиться зубами.

Аж слюна выделилась — я мысленно ощутила, как пружинят вены под языком и упруго поддается кожа, пахнущая холодом и вином.

Желание напугало меня саму.

Ничего себе заявочки, дорогой организм!

Это с чего вдруг такой праздник плоти?

Слишком давно мужика, что ли, не было? Дай боже посчитать… Года два!

Сначала развод, потом Машкины пубертатные выкрутасы, потом бизнес стал расти — не до того.

Да и не нужно особо было — у меня друзей полно. Они и обнимут, и поржут со мной, и в кино сходят вместе, и подарят розовую игрушку с моторчиком, чтобы ночи скрашивала, и розетку починяет, если надо. Впрочем, розетку быстрее за деньги — ни один муж так быстро не решит эту проблему, как вежливый молчаливый мальчик из Средней Азии с невыговариваемым именем.

В принципе, некоторые подруги и для секса пользовались такими мальчиками по вызову. Но я как-то пока не доросла.

Короче, вроде все потребности были закрыты… Но оказалось, что укусить за предплечье красивого и сильного мужи… парня — для этого еще суррогатов не изобрели.

Демьян приземлился на стул напротив меня, обнял ладонями стаканчик — и еще неизвестно, кто из них кого грел! — и склонил голову набок, пристально меня разглядывая.

Ну пусть посмотрит. Не в темноте и отблесках огней, а под безжалостным электрическим светом, от которого не скрыть все признаки возраста. И тонкие морщинки, уже заметные под глазами, и усталую кожу, и чуть поплывший овал лица. Косметикой я сегодня тоже не увлекалась, так что неровности, темные круги, бледные губы — тоже были на месте.

Я тебе не отфотошопленная горячая милфа из интернета, мальчик, а взрослая тетка со всеми вытекающими.

— Ну что, насмотрелся? — спросила я, когда молчание и внимательный взгляд прозрачных глаз стали меня тяготить. — Чего ты от меня хочешь-то, Демьян?

— Хочу оказаться лицом между твоих бедер, и чтобы ты терлась о мой язык.

— Что?!

— Что?

Я моргнула.

Мне ведь послышалось?

Я думала, что давно разучилась краснеть. Последние остатки девичьей стыдливости обычно рассыпаются прахом в роддоме, когда уже совершенно все равно, кто заглядывает тебе между ног, лишь все побыстрее кончилось. И подробности своей интимной жизни рассказываешь статному красавцу-гинекологу, нисколько не смущаясь от вопросов про регулярность стула и количество половых партнеров.

Но мне еще никогда вот так откровенно не говорили прямо в глаза настолько горячие фантазии. Ночью, на ушко — да. Во время секстинга, в сообщениях, разогреваясь постепенно и не видя лиц друг друга — тоже да. А с наглым взглядом, отпивая глоток за глотком горячий глинтвейн и кривой полуулыбкой отмечая мои порозовевшие щеки — нет.

Никогда.

Мне больше не холодно — меня будто кипятком ошпарили, а сердце колотится где-то в горле. Дух захватывает как на качелях. Как давно я не испытывала такие эмоции!

Сквозь жаркое марево, дрожащее перед глазами, хочется любоваться этим молодым и наглым.

У него острый взгляд, горячая кожа, быстрые реакции. Ему интересно смотреть на меня, интересно со мной разговаривать…

Я уж и забыла, какие они — двадцатилетние парни. Еще не успевшие устать от жизни, обзавестись парой-тройкой неприятных хронических болячек, бывшей женой, исполнительным листом в бухгалтерии и уверенностью, что у меня весь этот набор тоже есть.