Предвидение
Шрифт:
Неожиданно Ник вскочил от того, что его скрутила сильная паническая атака. Не сумев справиться с ней, он пошел к заднему входу в кафе, который вел к Французскому рынку, параллельно с рекой Миссисипи.
К счастью, в это время суток он был совершенно пустым.
Его сердце громко стучало, и не думая о направлении, он рванул к задней аллее, где у скамеек стояли бронзовые статуи. Он пытался выровнять дыхание и найти хоть какое-то подобие здравого смысла в том безумии, которым стала его сложная жизнь.
Пока он бежал, казалось, что статуи смотрели на него своими круглыми мертвыми глазами.
Глупая мысль, но какого черта?
Все равно больше не было ничего нормального.
В конце концов Ривер Волк был границей потусторонней тюрьмы, в которой держали демонов. Так почему бы статуям не ожить? Насколько он знал, стоит Калебу провести над ними рукой, как они начнут паясничать. Чему удивляться, если девушка Ника была призраком, его лучший друг — бессмертным демоном, а новое приобретение его команды — кельтским богом войны, проклятием заключенным в тело пука, которого Ник спас из адской реальности, где он проходил испытание, чтобы спасти жизнь матери.
Да и он был Малачаем…
Да! Его жизнь была сплошной путаницей.
— Ник!
Калеб швырнул его на бетонную дорожку. Блин! Ему и правда нужно объяснять появление новых синяков матери, которая итак уже считала, что его постоянно грабят на улице?
— Отвали от меня! — заревел он демоническим голосом, отпихивая друга.
Но Калеб даже не поморщился. Он прижимал его к земле.
— Что у тебя в башке, Готье?
Ник достал Глаз Ананке из кармана.
— Я видел! — прорычал он. — Все. Все, что приведет к финалу. Как ты не понимаешь? Это безнадежно! Я монстр, а вы все мертвы!
Коди отшатнулась.
На мгновение Калеб побледнел и отпустил его.
— Ты ошибаешься, — но в этот раз в его словах не было уверенности.
Ник швырнул ему медальон.
— Сам посмотри! Я и тебя убью, Кей. И Аэрона. Всех вас!
Калеб взял древний амулет, который выглядел, как страшный зеленый драконий глаз в центре перекошенного помутневшего диска, чтобы поместить его на лоб и увидеть будущее, которое преследовало Ника с того момента, как он по ошибке заглянул в него.
Ник нахмурился, осознав, что поступая так, Калеб лишь признает то, что скрывал от них все это время.
В его венах кровь Бога Судьбы. Иначе амулет уничтожил бы его. Даже Коди не смела к нему прикоснуться. Но Калеб взял его не задумываясь.
Как интересно.
Коди села на скамейку в нескольких футах от них, в ее глазах блестели непролитые слезы.
— Я отказываюсь в это верить. Должен быть способ остановить будущее. Арелимы не вернули бы меня, не будь надежды.
Аэрон сглотнул.
— Ты знаешь космические законы. То, что началось, уже не обратить. Если этому…
— Это не так, — Калеб убрал Глаз и потер лоб, — Есть другие варианты.
Он посмотрел на Коди.
— Но тебе они не понравятся.
Ник посмотрел на Калеба.
— Когда я заглянул в эту штуку, то увидел иное.
Калеб фыркнул в ответ на грубый тон Ника.
— Ты фаталист. Знаешь… Калеб, — он певуче передразнил каджунский акцент Ника, — у меня не головная боль. Это гигантская опухоль разъедает мой мозг. Я точно знаю. Я не ударил палец на ноге, Кей. Я его ампутировал! Смотри! Это не ноготь, а кровоточащий обрубок.
Ник пихнул его.
— Заткнись.
— Ты знаешь, что это правда.
— Ну и каково решение? — спросила Коди.
— Самое простое? — вздохнул Калеб. — То, что назвал Амброуз. Мы сотрем все. Обнулим его скудный мозг и вернем на начальную точку отсчета.
— Нет! — прорычал Ник. — Моя мать не какая-то условная точка отсчета, которую можно убрать! Я вижу другой выход. Я не пожертвую ее жизнью, уж лучше сам умру. Убейте меня и все будет кончено.
Аэрон громко засмеялся от абсурдности предложения.
— Ты вошел в силу Малачая, мальчик, и Адариан мертв. Теперь тебе не умереть, тебя лишь можно поработить. Ну, и как вариант мучать.
— Пока у тебя не появится дитя, — не поленился напомнить Калеб.
— У меня есть брат. Могу я передать ему это, чтобы он стал Малачаем вместо меня?
Калеб покачал головой.
— Корабль покинул порт, когда ты взял меч Малачая и выбрал сарра армии. Теперь ты истинный Малачай, Ник. И с этим ничего не поделать, пока твой сын не убьет тебя ради сил и не назначит собственных генералов.
Ник проклял их всех, прижимая ладони к глазам.
— Почему вы не помешали взять идиотский меч у Ливии?
Калеб встал.
— Как будто ты бы послушал.
— Все может быть.
Коди покачала головой.
— Не послушал бы. Ты никогда не слушаешь.
Тут они были правы. Он просто не хотел слушать.
— Если вы все сотрете, с чем я останусь?
— С мигренью, — тихо процедил Аэрон.
Прежде чем Калеб ответил, статуя рядом с Коди открыла глаза и повернула голову, чтобы посмотреть на Ника.
— Так я и знала!
Они проигнорировали ее дерганье, а Коди отпрыгнула от статуи и настороженно уставилась на нее.
— Малачай, — она зловеще улыбнулась с постамента, а затем направилась к Нику.
Ей отрезали путь Калеб и Аэрон.
Статуя цыкнула на них.
— Все еще прячешься за дружками? Жаль, что ты им не предан так же.
Ник нахмурился, вставая.
— Прости, что? Совершенно не согласен. Я всегда защищаю своих друзей.
— Не соглашайся сколько угодно. Но мы все знаем правду, — статуя протянула руку Нику и раскрыла ее. В ней был святящийся шарик, который показывал союзника, которого они считали погибшим в прошлой битве против демонов, пытавшихся убить Калеба в его собственном доме. — Завид жив, Малачай. Ты просто бросил его. Хватит смелости прийти за ним? Или останешься защищать свою принцессу?