Право первой ночи
Шрифт:
– Расскажи лучше про Ронни, – вкрадчиво протянула Надя. Натали тут же присела поближе, навострив уши. – Как ты могла встретить его, учитывая свой темп работы?
Устало вздохнув, я вспомнила, как месяц назад буквально споткнулась в кофейне около работы об рабочий кейс молодого бизнесмена. Им оказался мой Ронни. Рон Харингтон, начинающий работник в сфере маркетинга. Тридцатилетний голубоглазый красавиц с белокурыми волосами и очаровательной улыбкой. Умный, общительный, обходительный. Через две недели он уже сделал мне предложение, через три мы вместе отправились смотреть первый совместный дом.
– Он… – я мечтательно прикусила губу, – Великолепный… Все, о чем только можно мечтать!
Девушки радостно завизжали, а затем Натали первой торжественно подняла бокал, прочистив горло.
– Я хочу пожелать моей подруге наконец начать жить полной жизнью, а не полумерами. Быть храброй и не пасовать перед трудностями. Надеюсь, Ронни сделает из тебя человека! – Натали говорила с улыбкой, сверкая идеальными винирами, но почему-то слова отозвались горечью в моем сердце. – Мы любим тебя, Эмми Браун!
– Присоединяюсь, – старательно пытаясь перекричать музыку, Надя буквально орала мне на ухо. – Ты достойна большего, чем сутками напролет подтирать сопли какому-то Шульцу.
– За новую жизнь! – с трепетом добавила я, поднимая «Голубую Лагуну».
Я отхлебнула лишь пару глотков, поморщившись от мерзкого привкуса чего-то мыльного и горького, когда подруги уже осушили второй бокал.
– Так дело не пойдет. Надо что-то с этим делать… – Надя странно посмотрела на Натали, многозначительно той подмигнув. – Иначе вечер пройдет скучно.
Натали понимающе кивнула и пока я пыталась разобраться в их пантомиме, Надя взяла обеими ладонями мое лицо, повернув его к себе.
– Ты такая сегодня красивая, Эмми! Просто сияешь. Признавайся, новый блеск для губ? – голос девушки казался театрально неестественным, и я непонимающе поморщилась. – И тени такие… Такие… Естественные? Точно, все дело в них.
– Брось, ты ведь знаешь. Мне запрещено краситься на работу, а я только из офиса. – я попыталась повернуться и посмотреть, что там делает Надя, но Натали просто не позволила мне этого сделать, крепко удерживая на месте.
– Точно, забыла… – Натали бросила краткий взгляд на Надю и только в чем-то окончательно убедившись наконец позволила мне выровняться и взять рукой коктейль обратно. – Что же, Эмми… Давай поступим так: это не просто «Голубая Лагуна». Это – твое пророчество на грядущее. Если ты сможешь сейчас выпить его до дна, то жизнь твоя с Ронни будет долгой и безоблачной. Если же нет, то… Увы, разбежитесь через год, как и большинство скоропостижных браков в Нью-Йорке!
– Боже, нет! – воскликнула я, с ужасом посмотрев на коктейль. – Ты ведь знаешь, какая я суеверная… Зачем так со мной поступаешь?
– Потому что иначе нам сегодня не повеселиться, – поддержала ее Надя и тут же обе девочки за скандировали: – Пей! Пей! Пей!
Ничего в жизни я не хотела больше, чем спокойной и размеренной жизни. Семьи, которой никогда не было. Любящего мужа, с которым не чужда состариться рядом. Мои подруги хоть и казались ветреными и беззаботными, но в их слова была доля правды: мне пора меняться.
И, пожалуй, начать стоит со строгости к самой себе.
Резко подняв бока, я крепко зажала нос и быстро принялась поглощать «Голубую Лагуну». Горькая жидкость стекала в желудок, будто какая-то обжигающая лава. В какой-то момент мне хотелось бросить все и отдышаться, но я не остановилась, пока не увидела дно в бокале.
– А теперь самое время веселиться! – завизжала Натали, радостно захлопав в ладоши.
Шульц сидел в мягком уютном кресле своего кабинета, угрюмо разглядывая монитор ноутбука. В сотый раз за вечер мужчина пытался заполнить чертов отчет, который обычно заканчивал за пару минут. Но сегодня все будто валилось с рук.
В конечном счете он раздраженно оттолкнулся от стола, оказываясь прямо у окна. Панорама открывала шикарный вид на ночной Нью-Йорк, позволяя немного проветрить мысли.
«Какого черта Браун решила уволиться? – в миллионный раз пронесся вопрос в его сознании. Ответа Шульц не находил. – Каждая адекватная девушка мечтает быть моей помощницей! Каждая почтет за честь!»
Шульц любил порядок. В голове, на рабочем столе, в коллективе. Если он чего-то хотел, то всегда достигал. Не его выбирали, а он выбирал.
И теперь какая-то секретарша Эмми Браун просто поставила его перед фактом: «Я ухожу». Шульц заскрипел зубами, сжимая кулаки.
«Я выхожу замуж» – добила она его, буквально лишая рада речи. Когда, спрашивается, она успела найти себе пару? Она всегда была рядом. Только в его власти!
– Черта с два! – подскочив с места, Шульц пересек огромный кабинет, напоминающий своей площадью концертный холл, пятью громоздкими шагами. Резко распахнув дверцы шкафа-муляжа, он оказался нос к носу с огромным сейфом. Не глядя набрав код, Шульц вошел внутрь и пробежался требовательным взглядом по идеально рассортированным документам. Достав личное дело Эммы Браун и договор, заключенный с ней пять лет назад, мужчина вернулся за рабочий стол и принялся внимательно читать каждую строчку.
– Отец сидит в тюрьме за попытку изнасилования дочери, – брови Шульца поползли вверх. Мужчина намотал себе на ус новую информацию, которая раньше его не волновала, а сейчас казалась хорошим рычагом давления. – Мать вот уже семь лет живет в психиатрической клинике с параноидальной шизофренией. Хм…
Больше ничего важного и нового для себя в деле Эммы Шульц не заметил, поэтому просто отложил папку в сторону, приступая к пунктам договора. Конрад всегда был внимательным, из чего вышел великолепным юристом. Мужчина пытался найти хоть какую-то зацепку, способную поставить на место его секретаря.