Чтение онлайн

Он не спрашивал. Он констатировал.

– Я… – Шульц остановил меня ладонь, и я послушно замолчала.

– Ты же знаешь, что я терплю рядом исключительно прямолинейных людей. – тяжело вздохнув, босс откинулся на спинку стула и, сложив руки на груди, отвел взгляд к окну. Только тогда я ощутила, как жгут легкие от недостатка кислорода. Черт возьми, я ведь просто забывала дышать! – Сейчас я борюсь с желанием повесить на тебя штраф. Но… Учитывая твои успехи и самоотверженность делу, прощу подобное поведение на первый раз и добавлю двадцать процентов к текущей ставке. – кивнув своим мыслям, Шульц вернулся к столу и пальцы его знакомо коснулись клавиш ноутбука. – Вопрос закрыт. Свободна.

Где-то внутри меня кричала та самая испуганная и неуверенно в себе Эмми, вторящая: «Уходи! Соглашайся!» Но я неожиданно для себя смело отмахнула страхи и осталась на месте.

– Нет, – голос казался на редкость звонким и уверенным. Лишь пальцы немного подрагивали, которые я предусмотрительно убрала за спину. – Я не хочу прибавки, я хочу увольнения.

– Двадцать пять процентов, – все тем же ровным голосом добавил Шульц, будто мы обсуждали типичные рабочие вопросы. Легкое оцепенение навсегда спряталось под маской тотального равнодушие и деловой собранности. Я продолжала молчать, что заставило мужчину продолжить «игру»: – Тридцать. И это мое последнее слово.

Терпение лопнуло, да и желание стоять на ковре у босса подошло к концу. Резко и даже немного грубо, я поспешно протараторила: – Мое заявление об увольнении у вас на столе. Подпишите вы его или нет – это мой последний рабочий день. Я не имею привычки набивать себе цену и вполне кратко скажу: решение обсуждений не требует.

Палец Шульца сбился с назначенной траектории и вместо слова «вектор» он написал «вектон». Учитывая годы опыта за ноутбуком, мне удалось заметить это сразу. Только вот внешне он никак не выдал смены эмоций, лишь устало поднял на меня темный взгляд.

– Прошу тебе вспомнить, что именно моя компания обеспечивает часть стипендий в вуз, который ты благополучно закончила. И по контракту ты обязана отработать пять полных лет. – Шульц победно и надменно сверкнул черными глазами. – Если ты, конечно, не хочешь заплатить неустойку в качестве пятьдесяти тысяч долларов.

– Естественно, не хочу. У меня нет таких денег, – деланно вежливо заявила, сцепив зубы. Босс хмыкнул, но я тут же «обрадовала» его снова: – Именно по этому я дождалась истечения срока контракта. Пять лет закончились четырнадцать дней назад, господин Шульц.

И тут впервые за долгие изнурительные годы работы мне удалось увидеть нечто невероятное: самообладание самого замкнутого, невыносимого эгоиста дало трещину – по его идеально ровному лицу без единой неровности, расползлись морщины. Брови высоко поползи вверх, а губы изогнулись, будто после литра чистого лимонного сока.

– Неужели, – ехидно прошипел он, одно лишь слово. Агрессивно отставив ноутбук в сторону, он оперся руками об стол и полностью обратил все свое внимание на меня:

– Ну, я жду.

– Ч-чего? – никогда в жизни Шульц не смотрел на меня так долго. Я была пустым местом, безликой тенью за спиной. Растерявшись, я сделала еще несколько едва заметных шагов назад. Это явно понравилось боссу, потому как тот довольно усмехнулся.

– Твоя зарплата высокая, должность завидная. Миллионы людей и мечтать не могут о подобном. Что побудило тебя к такому решению?

Наверное, не стоило обнажать перед ним душу. Не стоило говорить того, что накопило за годы бесцельного существования. Но я не сдержалась и импульсивно протараторила:

– В двадцать я экстерном закончила университет, как лучшая студентка и с тех пор пять лет работаю в вашей компании. В свой жизни я нигде не была и ничего не видела, кроме своей спальни и рабочего стола в офисе. Пришло самое время изменить жизнь в корне.

– Что ты имеешь ввиду? – с интересом поторопил меня Шульц, когда я на мгновение замолчала, чтобы отдышаться.

– Я выхожу замуж. – с легкой улыбкой и необычайной радостью заявила я. По лицу босса будто скользнула тень. – И предвещая ваш вопрос, скажу сразу: чем раньше, тем лучше.

– Боже, – воскликнула Натали, буквально подавившись «Кровавой Мери». – Ты просто самоубийца, Эмми! Но, знаешь… Я горжусь тобой, крошка!

Надя многозначительно мне подмигнула, отсалютовав «Сексом на пляже».

– Правильно, – плечи ее ритмично двигались в такт клубной музыки, тело буквально просилось в пляс. – Давно было пора уволиться к чертовой матери! Твой босс настоящий самовлюбленный болван.

Я с некой долькой зависти посмотрела на такую свободную и легкую Надю. Еще в детстве она вместе с родители эмигрировала в Америку, где ее отец успешно организовал небольшой бизнес по продаже хот-догов. Пока дочь успешно жила в свое удовольствие, посещала кружки по интересам, семья зарабатывала приличный капитал.

– Надя, ты ведь знаешь! У меня был контракт на пять лет, – в который раз уныло протянула я, спрятав лицо за ладонями. Коктейль «Голубая лагуна» по-прежнему был нетронутым. Впервые за долгие годы я могла с чистой совестью позволить себе алкоголь, но… не хотелось. – Я не могла уйти, когда только вздумается. «Шульц Индастрис» спонсировали мое обучение.

– Брось, мы живем один раз. Чтобы они тебе сделали? – высоко подняв подбородок, Натали неопределенно махнула рукой и высокопарно хмыкнула: – Поставила бы перед фактом босса и свалила. Тебе не хватает уверенности в себе, дорогая. Ты какая-то… Зажатая что ли.

У меня буквально пропал дар речи. Удивительно, но и вторая моя подруга не отличалась серьезность. Девушке было всего двадцать три, и она уже жила в самом престижном районе города. И, нет, она не была дочерью богатых родителей, а просто умела находить «правильных» ухажёров.

– К примеру, – язвительно заявила я, – Компания могла подать на меня в суд и забрать деньги, потраченные на обучение, обратно. Еще и вместе с приличной неустойкой.

Натали с Надей странно переглянусь, дескать: «Какая же она занудная», что дико меня взбесило, но я спокойно прикусила губу, решив не портить вечер.