Потерянная
Шрифт:
– Цель полета? Проксима?! – Эллис остолбенела от такого откровения, но секунду спустя ЭКАЛ поверг ее в еще больший шок:
– Солнечная система. – Ответил компьютер. – Пока работал блок локации, я сориентировал «Антей» для возвращения на Землю.
Эллис показалось, что она ослышалась.
«Земля?! – это родное, теплое, желанное слово пролилось словно бальзам в ее воспаленном сознании. – Но если это Солнечная система, то почему меня еще не вытащили отсюда?! – тут же с растерянностью подумала она.»
– Ты уверен в своих расчетах, ЭКАЛ?
– Вероятность того, что «Антей» в границах Солнечной системы – семьдесят три процента. Точнее я утверждать не могу, так как системы локации вышли из строя три года назад.
Эллис не знала что и думать. Радоваться ей, надеяться или же нет?
«Ответ там… – вдруг подумала она, ускоряя шаг. – Сейчас я все увижу своими глазами…»
Нижние витки спирального коридора, сразу за толстой защитной плитой, что отделяла реакторные отсеки от остальной части корабля, отсекала аварийная переборка со шлюзом.
По ее приказу ЭКАЛ открыл люк, и Эллис оказалась в тесном переходном тамбуре.
Дождавшись пока насосы откачают воздух, и в камере вспыхнет красный предупреждающий свет, она взялась за рукоять наружного люка и отвела ее в положение «открыто».
Эту часть корабля Эллис помнила смутно, – реакторные отсеки не относились к ее компетенции, но по вызубренной когда-то, еще в период предполетной подготовки, схеме, она представляла, что коридор должен продолжаться, еще на несколько сот метров…
Ступив за порог открывшегося люка, она остановилась.
Впереди ее ждал десяток метров покореженного и деформированного тоннеля, который обрывался испещренной точками звезд бездной.
Кормовой части корабля попросту не существовало.
Несколько минут она стояла подле люка, унимая гуляющую вдоль позвоночника дрожь. Вид звездной бездны и странные, красноватые блики, что змеились по полу и стенам изуродованного коридора, подействовали на Эллис самым негативным образом, – к естественной слабости и не прекращающейся дурноте вдруг добавился острый приступ агрофобии.
Ей потребовалось время, чтобы совладать с разыгравшимися эмоциями. Наконец, немного отдышавшись, она отстегнула от пояса скафандра конец длинного и прочного фала. Закрепив его за оплавленную скобу подле люка, Эллис с замиранием сердца сделала первый шаг навстречу расстрелянной искрами далеких звезд бездне.
Открывшаяся ей панорама разрушений, заставила ее содрогнуться, но еще более странной, страшной и впечатляющей оказалась картина окрестного космоса.
«Антей» действительно находился в границах звездной системы, но Эллис с первого взгляда определила, что распухшая, кроваво-красная звезда, никак не может быть родным и уютным Солнцем.
Застыв на краю провала, она смотрела вокруг, не в силах вымолвить ни звука.
– ЭКАЛ… Ты видишь это?! – потрясенно выдавила она, спустя некоторое время.
– Идет сканирование и накопление визуальной информации. – Ровным голосом ответил бортовой компьютер. – Эллис, мне необходимо, чтобы ты расширила сектор обзора. Для достоверной идентификации требуется максимум независимых звездных ориентиров.
Делая осторожный шаг вперед, к уродливому срезу, за которым начиналась Бездна, Эллис вдруг подумала, – а что сейчас ощущает ЭКАЛ? Ведь она не бортовой сенсор, а Человек, Хозяин, Бог, и как это он сообразил отдать ей требуемый приказ? Расширь сектор обзора… Эта выходка компьютера позволила Эллис чуть-чуть расслабиться, скинуть часть нервного напряжения, почувствовать, что магнитные подошвы скафандра мягко и прочно влипают в пол…
Она остановилась на самом краю провала и повела головой из стороны в сторону, чтобы видеокамеры охватили всю доступную из этой точки панораму звездного неба.
Затем, удовлетворив потребность ЭКАЛа в навигационных данных, она обратила свой взгляд к звезде.
За изувеченной кормой «Антея» висел самый натуральный красный гигант. Сердце Эллис екнуло, когда она сквозь дымку сработавших светофильтров смотрела на распухшую звезду, а в голове сами собой вдруг всплыли фрагменты давным-давно прочитанной статьи из хрестоматийного учебника.
Она глубоко изучала теорию эволюции звезд и знала, что родное Солнце в будущем, отстоящим на несколько миллиардов лет, ждет именно такая судьба. По прогнозам, обоснованным еще в начале двадцать первого века, через миллиард лет светимость солнечного диска должна возрасти до ста десяти процентов от уровня современности. Это в свою очередь должно было привести к катастрофическим изменениям климата на Земле, стремительному развитию парникового эффекта, который закономерно кончался тем, что все океаны земли должны были выкипеть, а сама планета превратиться в горячую, безжизненную пустыню.
Но что такое миллиард лет, по сравнению со всей историей человечества? Эти две цифры казались столь несопоставимы, что никто не воспринимал всерьез постоянно возрастающую светимость солнечного диска. Слишком внушительны астрономические сроки, чтобы кто-то всерьез задумался над актуальностью таких процессов.
Эллис полностью разделяла данную точку зрения, но сейчас, стоя на краю провала, средь хаотичного нагромождения изуродованных конструкций космического корабля, она невольно вспоминала все, что ей было известно о дальнейшей эволюции Солнца…
Жизнь любой звезды, – это постоянная схватка двух стихий. С одной стороны на звезду действуют гравитационные силы, которые направлены к центру, и стремятся «ужать» ее до наиболее компактных размеров, но этому всегда препятствует происходящий внутри светила процесс ядерного синтеза, – чудовищное количество энергии, высвобождаемое при слиянии легких ядер устремляется «наружу», толкая вещество, «распирая» звезду, и противодействуя таким образом силам гравитации.
Именно равновесие двух этих сил позволяет любой звезде на протяжении миллиардов лет находиться в состоянии относительного покоя…