Посадник
Шрифт:
Ч е р м н ы й
Не в гнев тебе я молвил, Но от души. В твоих руках, боярин, Пусть будет город. Ты ж его блюди По своему по разуменью.
П о с а д н и к
Буду Блюсти, как знаю, государь.
Ч е р м н ы й
Прости ж. К вечере до свиданья!
П о с а д н и к
До свиданья.
Посадник уходит. Чермный хочет идти, Наталья бросается ему
навстречу.
Явление 5
Чермный и Наталья.
Н а т а л ь я. Золотой ты мой! Ненаглядный мой! Насилу-то времечко вылучила!
Ч е р м н ы й. Наташа! Ты зачем здесь, сумасшедшая!
Н а т а л ь я. Невтерпеж стало, свет Андрей Юрьич! Двое суток домой не приходишь! Как ударили к вечу, я выбежала на площадь; все время позади народу с бабами стояла. Слышала, как тебя в воеводы поставили. Думаю: господи! Теперь и того меньше придется видеть его! Хоть на улице на света моего посмотрю!
Ч е р м н ы й (ласково). Сумасшедшая, право сумасшедшая!
Н а т а л ь я. Издали все шла за тобой, а тут к воротам прижалась, покуда ты с посадником говорил. Насилу-то он ушел! И что это ты затеял! Один во вражий стан идти! Я все слышала!
Ч е р м н ы й. А тебе нужно знать! Ступай домой, я о вечерни приду. Приготовь ужинать, Наташа, гости будут.
Н а т а л ь я. Да не гони же меня, успею приготовить!
Ч е р м н ы й. Непригоже нам на улице вместе быть.
Н а т а л ь я. Иду, иду. Да ведь уже и нет никого, все разошлись, а мне бы только еще посмотреть на тебя: ведь двое суток не видела!
Ч е р м н ы й. Увидимся вечером, а теперь ступай; мне самому идти надо.
Н а т а л ь я. Да скажи мне хоть словечко-то ласковое!
Ч е р м н ы й. Ведь знаешь, что люблю тебя. Чего ж тебе еще?
Н а т а л ь я. Тяжело уходить-то мне ноне, ведь ты целый день все под стрелами! Долго ли до беды, до вечной разлуки с тобой. Ох ты, болезный мой! Дай же мне хоть обнять тебя,- ведь кто знает?- может быть, в последний раз! Свет ты мой! Голубчик ты мой! (Бросается ему на шею и уходит.)
Чермный идет в другую сторону. Является боярин Фома с
Кривцевичем и Жирохом.
Явление 6
Фома, Жирох и Кривцевич.
Ф о м а Вы видели?
Ж и р о х
Как не видать!
К р и в ц е в и ч
Каков!
Ж и р о х Ай да боярин! Ай да воевода!
К р и в ц е в и ч Знай, времени не тратит!
Ж и р о х
Целоваться Нашел с своей Наталкой место!
Ф о м а
Что ж! Такого, видно, надо воеводу! Чай, государь-то Новгород Великий На то его и выбрал. Исполать! Мы с бабами не зналися; о том лишь Заботились, как город бы сберечь, До грабежа б не довести; хотели, Чем суздальцам на щит себя отдать, Добром отдаться князю; так вот нет! Посаднику, вишь, стали неугодны! А что велит посадник, то у нас И деется и свято!
Ж и р о х
Эх, Фома Григорьевич! Эх, если бы тебя Послушались! Смотри, коль не возьмут Нас приступом. Ведь силы-то такой Не видано доселе.
Ф о м а
Ничего! Боярин Чермный справится.
К р и в ц е в и ч
Хорош! Еще принять и гридьбы не успел, А с ним уж и Наталка!
Ф о м а
Человек, Вишь, молодой. Оттоль и порубиться, И показать хотелось бы себя. Мы на своем рубилися веку, За новыми не гонимся рубцами; Ну, а ему в диковинку.
Ж и р о х
Уж будут Ему рубцы! И Новгороду будут! Не скоро мы залечим их.
Ф о м а
Поди ты! А вот посадник говорит, что Чермный Все отстоит; Фома-де не умел, А мы сумеем с Чермным; ото Пскова, Вишь, рать придет, осаду сымет! Знаем Мы псковичей. Чай, пьяны напилися От радости, что плохо нам пришлось. Ну, да посадник обещает - значит, Оно и так. И Новгород за ним Твердит: побьем, побьем низовых! Ну-тка! Посмотрим, как побьете их!
К р и в ц е в и ч
Хорош И Новгород! Баранье стадо, право! Давно ли был им хуже горькой редьки Посадник Глеб? Боярам не давал Созванивать народ, помимо веча; А безземельных с площади гонял: "Не вечники вы, дескать!" И стоя. Всем поперек. А стоило сказать, Что грамоты похерят,- и пошли Кричать за ним. Вот приступом возьмут, Тогда увидят грамоты!
Ж и р о х
Смотри, Когда и тут не выйдет прав он!
Ф о м а
Выйдет, Коли молчать мы будем. Смирны очень Уж стали мы.
К р и в ц е в и ч
Да мы, Фома Григорьич, На вече не молчали-то!
Ф о м а
Эх вы! Богатыри! Да разве в крике дело? Иное так словечко мимоходом, Как невзначай, проронишь, а оно И во сто крат сильней, чем если б горло Ватага целая драла. А вы Наладили себе одно: не можно Держаться нам! Не можно да не можно!
Ж и р о х А что ж нам было говорить?
Ф о м а
Про Глеба Про самого сказать вам было, вот что! Свою-де он, Глеб, выгоду блюдет! Догадлив, чай; он знает, что не правят Долгов в войну. Ведь от войны кому Живет наклад? Тем, у кого в подвалах Товар лежит! А много у него Товару есть? А? Много ли товару?
Ж и р о х Так, так, Фома Григорьич, все его Разбило в море корабли!
Ф о м а
Вот то-то! Одной святой Софии тысяч тридцать Стоит должен. А с любскими купцами И до ста наберется.
К р и в ц е в и ч
Будет до ста.
Ф о м а Так мира-то зачем ему хотеть? Он не дурак. Теперь небось не правят С него долгов; а Новгород возьмут Так что ему? С него-то взятки гладки!
К р и в ц е в и ч Вестимо так.
Ф о м а
Вот мы - другое дело. Что день, то нам убыток от войны. Ты, например: на сколько у тебя Лежит парчи?
К р и в ц е в и ч
На сорок будет тысяч.
Ф о м а
(к Жироху) А у тебя скатного жемчугу?
Ж и р о х На столько же, пожалуй.
Ф о м а
Так смотрите ж: По малому вам счету, по сту в месяц На каждого червонцев из мошны! А приступом коль Новгород возьмут, Так ты и вовсе без парчи, а ты Без жемчугу! В софийские подвалы, Чай, суздальцы найдут дорогу! Как, По-вашему?