Полоцкое разоренье, Амфитеатров Александр Валентинович

Полоцкое разоренье

на обложку

Амфитеатров Александр Валентинович

Шрифт:

Рогнда, въ разорванной блой одежд, появляется на крыльц терема.

Рогнда.

Кто плачется и стонетъ Тамъ въ темнот? Не воронъ ли морской, Таинственный посланникъ вщей ночи, Пророкъ кровавыхъ бдствій?.. Смолкни, воронъ! Несчастья кубокъ полонъ до краевъ Теб въ него ни капли не прибавить!

Ингульфъ.

Кто блдной тнью всталъ тамъ надъ землей?

Рогнда приближается.

А! разорвись, мое на части сердце! Ты!.. ты!.. княжна Рогнда!

Рогнда.

Кто?.. Ингульфъ!

Ингульфъ.

Остановись! куда бжать ты хочешь?

Рогнда.

Скрыть мой позоръ отъ взгляда твоего!

Ингульфъ.

Зачмъ скрывать? я брать твой по несчастью. Ты видишь стыдъ мой: я лежу въ цпяхъ. А о твоемъ и спрашивать не надо!

Рогнда.

Убей меня, убей своей рукою! Мн легче будетъ.

Ингульфъ.

Радъ бы… связанъ я!

Рогнда.

О, честь моя погибшая! о, юность, Увядшая, не вдая расцвета!

Ингульфъ.

Я связанъ, ты свободна. Ножъ возьми, Сама съ собой покончи.

Рогнда.

Не ршаюсь. Такъ молода я… страшно мн…

Ингульфъ.

Дитя! Страшне смерти будетъ жизнь безъ чести, Воспоминаній полная кровавыхъ И безъ надеждъ на лучшее…

Рогнда.

А месть? Иль ты ее надеждой не считаешь?

Ингульфъ.

О, женщина! большое слово ты Промолвила.

Рогнда.

А дло будетъ больше. О, если бъ видлъ сердце ты мое! Полно оно, какъ туча грозовая, Палящихъ молній праведнымъ огнемъ. О, пожалй меня! смшались мысли, И черепъ лопнуть хочетъ… Я горю, Я задыхаюсь!.. льется въ этихъ жилахъ Не кровь, но яростное пламя точно Разрушеннаго Полоцка пожаръ Переселился въ грудь мою.

Ингульфъ (холодно).

И Полоцкъ Горлъ съ утра, а къ вечеру погаснулъ.

Рогнда.

Мой пламень не угаснетъ, – далъ ему Владимиръ [11] слишкомъ много пищи.

Ингульфъ.

Знаю. Но мужества достанетъ ли въ теб Служить богин мести? Берегись! Не приступай, своей не взвсивъ силы, Къ желзному богини алтарю! Въ рукахъ ея сверкаетъ мечъ двуострый, Преступнику и мстителю равно Блестящими грозящій лезвіями. Кто жаждетъ мести, голову свою Въ закладъ подъ эту месть отдай сначала.

По экз. драм. ценз.: «Славянcкій князь ужъ»

Рогнда.

Готова гибнуть лишь бы отомщенной! Ингульфъ! ты воинъ, ты меня любилъ, Такъ научи меня, что надо длать, Какъ месть начать!

Ингульфъ.

Убей врага измной, Убей его въ объятіяхъ своихъ!

Рогнда.

Убить!.. теперь?.. Ингульфъ! должно быть, мало Несчастенъ ты, коль мщеньемъ смерть считаешь. Смерть счастіе.

Ингульфъ.

Для горемыкъ такихъ, Какъ мы съ тобой. Но онъ вдь побдитель.

Рогнда.

Убить его? О, нтъ. Цню дороже Я месть свою. Ужели кровь его Такъ драгоцнна, что лишь ей одною Я искуплю и голову отца, И дымъ костровъ, зажечься вамъ готовыхъ, И трупы честныхъ родичей моихъ, На полоцкой защит убіенныхъ? Такъ драгоцнна, что и честь мою Изъ пропасти позора вновь подниметъ Все та же чудодейственная кровь? Чья кровь!.. о, адъ и небо! стыдно молвить!.. Чья кровь! потомка прихоти княжой, Рабынею рожденнаго!.. И въ черномъ Ея потоки хочешь утопить Ты ненависть мою? О, нтъ! всмъ родомъ, Всмъ княжествомъ своимъ онъ мн заплатить!.. Приди ко мн на помощь, злая ложь! Лукавое безстыдство, стань оружьемъ Для гнва моего! своимъ щитомъ Покрой меня, двуликое притворство! Владимиръ [12] хочетъ ласки – онъ получитъ Неслыханную ласку! Обовьюсь Я, какъ змя, вкругъ княжескаго сердца, И доступа не будетъ никому Къ душ его. Единственнымъ совтомъ Ему моя да будетъ воля! Страсть Любовная подсказывать ршенья Княжія станетъ, и незримымъ ядомъ Я въ нихъ волью всю ненависть мою Къ злодю Полоцка! Своимъ народомъ Любимъ Владимиръ, скоро ненавидть Его начнутъ. Варягамъ лютый врагъ Славянскій князь, – войдутъ въ почетъ варяги!

По экз. драм. ценз.: «Князь Солнце».

Ингульфъ.

Мудреное задумала ты дло!

Рогнда.

Убить его?! Сперва столкну врага Я со стола княжого. Пусть изгоемъ Родной страны влачитъ онъ жизнь свою! Пускай себя увидитъ одинокимъ, Разбитымъ, нищимъ, безъ друзей, безъ власти И безъ любви! пускай утратитъ онъ Въ себя, въ людей, въ боговъ могучихъ вру! Какъ мы, пускай клянетъ свою судьбу, Безумствуетъ и черный образъ смерти Зоветъ къ себ!.. Но смерть къ нему придетъ Не ласковой Валкиріей съ привтнымъ, Валгаллу отражающимъ, лицомъ: Она, какъ ядовитая гадюка, Въ ночи къ нему измной подползетъ. Въ послдній часъ, въ гробу одной ногою, Съ отчаяньемъ узнаетъ онъ, что мн, Одной лишь мн обязанъ онъ паденьемъ Звзды своей съ небесной высоты.

Ингульфъ.

Да побораетъ Торъ-молніеносецъ И хитрый Локи, разума вожатый, Теб въ путяхъ твоихъ. Не знаю я, Свершишь ли, что задумала, но врю, Что ненависть твоя непримирима. Живи во имя прошлаго! Костеръ Не страшенъ больше мн: ты наши кости Не позабудешь въ мщеніи своемъ. Прощай, княжна, и вспоминай порою Ингульфа… друга, что тебя любилъ, Какъ эти тучи любитъ буйный втеръ, Какъ волны моря любятъ корабли!