Подвиг
Шрифт:
Космодромная машина-робот под контролем оператора-японца вышла на взлётно-посадочную площадку, подцепила марсианский челнок напоминающим вилку складского погрузчика манипулятором, приподняла и потащила. Пусть не очень быстро, зато аккуратно и сразу внутрь укрытия, в глубине которого размещались модули рассчитанной на длительное проживание людей базы. Напоследок погрузчик-переросток чётко совместил шлюзовой люк корабля и люк причала.
— А говорили, автоматизированная система не готова… — припомнил Алуру.
— Доделали, пока мы летели, — коротко ответил японец.
— А чего ещё успели доделать? — опять влез Джонатан. — Стойку регистрации, рамку металлоискателя? Ох, чёрт, я же забыл — на «Юре» свой космический паспорт! Придётся жить теперь в транзитной зоне, плак-плак…
— Джо, хорош паясничать. Возьми себя в руки, — попросил Сэмюэль. Он подошёл к шлюзовому люку, подождал секунду, потом уверенно отворил створку. — Прошу, господа. Наш новый дом ждёт.
Первое впечатление от самого далёкого от Земли посёлка в Солнечной системе у прибывших было одинаковое: большой! Много места! После тесных отсеков корабля и станции здесь даже дышалось легче.
— Шеф, скажи, уже считается, что мы ступили на Марс или нет? — рекомендацию «помолчать» от командира Джефферсон выполнить явно не смог.
— В каком смысле «ступили»? — геолог, впустив всех, не поленился лично задраить шлюзовые люки и в аппарате, и на причале, давая остальным время осмотреться и слегка привыкнуть.
— Ну, «маленький шаг для человека — большой шаг для человечества», вся фигня? — пошевелил пальцами в перчатке скафа пилот и драйвер.
— А что, есть сомнения? — как бы между прочим заглянул в глаза подчинённому командир экспедиции.
— Ну, старина Нил это сказал, когда наружу вышел. Получается, просто сесть — как бы и не считается? Может, того… Ступим наружу на один шажок — и назад? Ну что б всё по-правильному.
— Всё равно считаться не будет, — подал голос Седых, — Амстронг на поверхность ступил, а мы — под землёй.
— Технически, мы всё равно на поверхности, — не выдержал Алуру. — Укрытие частично искусственное, свода над ним изначально не было, его насыпали направленными взрывами на установленную арматуру, потом спрессовали и спекли термитом. Но грунт под нами — тот же, что раньше был на поверхности.
— На бывшей поверхности, — вступил в спор Чень. — Раз есть потолок, то теперь грунт под нами — внутренность. Я бы даже сказал, пол из естественных материалов.
Вудхард глухо хлопнул в ладоши:
— Так. Все заткнулись. Руки в ноги — и пошли в медблок. Чень, Индрарам, полное экспресс-обследование… То, что у вас там после высадки предписано. И не стесняйтесь прописать успокоительное. Кому-то с недержанием речи явно нужен укол в зад для прояснения мозгов!
— Накамура, отчёт по грузам.
— Первый из трёх грузовых посадочных контейнеров с нашим «приданым» дроны уже обследовали. Это геохимическая лаборатория. Контейнер цел, сел мягко и через два часа транспортёр его доставит. Два других отклонились дальше, сейчас к ближнему идёт второй транспортёр.
— Ясно. Седых, что у нас с энергией?
— Основной и резервный реакторы — статус зелёный, — отозвался русский от соседнего пульта. — Поля солнечных батарей со второго по шестое — зелень, первое — зелёное с жёлтым. Думаю, верхние панели песком посекло, эту станцию раньше всех развернули.
— А что насчёт генераторов?
— Только если на водород-кислороде. Пока метана в танках не хватит даже на тестовый запуск.
— Ага. Индрарам, что там с водородом?
— Электролиз ледниковой воды запущен на один процент мощности, командир. Выход на расчётное значение — тридцать процентов от максимума — через сорок восемь часов.
— Понятно. Будь готов принять лабораторию и немедленно приступать к развёртке приборов. Седых и Накамура, поможете ему. Вместо Накамуры на удалённый контроль транспортёра сядет Джефферсон. Ливей, что там с оранжереей?
— Приступаю к высадке семян в готовый грунт, — в этот раз голос прозвучал из динамика интеркома. — А что с «моим» контейнером?
— Пока мимо. Если повезёт, то он будет следующим. Громов… Гм, Валерий, у тебя в файле личного дела значится, что ты разбираешься в строительстве инженерных сооружений…
— Немного разбираюсь, — поправил начальника экспедиции капитан «Гагарина». — Но лучше привлечь специалиста от ваших или от наших. Удалённый доступ без задержки для разработки инженерного проекта вряд ли потребуется.
— Знаешь что… Пойдём-ка, отойдём. Есть небольшой разговор.
«Отойти» пришлось ровно до соседнего пустого отсека — будущей рекреационной зоны. Для комнаты отдыха ещё только планировалось вырастить пальмы, напечатать пленку, из которой потом склеить и надуть мягкую мебель, установить два лазерных проектора для создания голограмм — работы далеко не первого списка. Пока помещение стояло пустым — не считая пучков проводов, тут и там выходящих из стен. Даже сесть было некуда, кроме как на пол.
— Вот что, — американец немного запнулся, — поговорим как офицер с офицером, окей?
— Лидер ты. И пока мы не стартуем к «Альфе» и «Гагарину», так и будет. — немедленно выставил ладони в защитном жесте капитан, мысленно проклиная зашедшего с такой темы Вудхарта. После посадки все были немного не в себе — слишком много эмоций, которые, к слову, не дал выплеснуть всё тот же геолог. Вот и полезло из подсознания… Всякое. И ведь предупреждали же психи ещё на Земле!
— Да нет же, — поморщился Сэмюэль, — ты понял меня совсем неправильно. Ты ведь служил в армии, как и я… Точнее, служишь.