Чтение онлайн

Сердце у Энни билось так тяжело и сильно, что, казалось, выскочит из груди. Ее всю трясло. Прошло неимоверно много времени, но все оставалось по-прежнему. В доме было тихо, только изредка доносились голоса штурмовой команды и хлопали двери. В конце концов на крыльцо вышли Третовон и два спецназовца, все трое направились к машине.

— Что случилось? — спросила у них Жервез.

Но Третовон только молча помотал головой. Энни не могла разглядеть его лица под защитным шлемом.

А полминуты спустя кто-то крикнул: «Отбой!» — и появился еще один спецназовец, неся в руках небольшую вещицу, завернутую в кухонное полотенце. Вот, подумала Энни, вся заваруха из-за этой вот штуки. Такой маленькой. И такой вредоносной. Спецназовец прошел совсем рядом, и Энни успела разглядеть, что на полотенце изображены Йоркширские долины. И сразу вслед за тем два оперативника вывели молодую женщину в наручниках, которая громко рыдала и явно была не в себе, — Эрин Дойл. Рядом завыла сирена «скорой помощи», уже подъезжавшая по Маркет-стрит.

— Вот дерьмо! — выругалась Жервез. — Ну мы и вляпались.

— Итак, — начал заместитель главного констебля Рон Маклафлин, когда все расселись в зале заседаний, — что же мы имеем? Дом в Ракитовом проезде опечатан. Эрин Дойл в камере предварительного заключения, Джульет Дойл в больнице, у постели своего мужа. Едва ли мне нужно говорить вам, дамы и господа, что мы напортачили по полной программе и нас ожидает гигантская головная боль.

Маклафлин собрал совещание, чтобы разобраться в том, что уже произошло, и попытаться понять, что и кому предстоит делать дальше. Народу набилось много, царило всеобщее напряжение. Журналистов пока не было, но Энни ощущала, что воздух дрожит — где-то неподалеку уже бьют в тамтамы и поднимается в небо дым сигнальных костров.

Спецназовцы в простых серых футболках выглядели так, словно только что вернулись из тренажерного зала. Энни не ошиблась, среди них действительно была женщина. Энни встречала ее раньше в центральном управлении в Ньюби-Уиск, несколько раз они обменивались короткими вежливыми приветствиями, но Энни не знала, что та служит в отряде спецназначения. По счастью, Западный округ не нуждался в последнее время в их услугах. В этом подразделении совсем немного женщин, так что уровень ее подготовки должен быть чрезвычайно высок — отбор туда самый жесткий. У женщины было лицо сердечком, короткий ежик темных волос, большие глаза, нежный рот и смуглая кожа. Невысокая, крепкая, с накачанными мышцами. Энни поймала на себе ее взгляд и улыбнулась в знак поддержки. Та улыбнулась в ответ, чуть хмуровато, с оттенком смущенной признательности, и резко отвернулась. Один из спецназовцев, которого Энни видела впервые, казался бледнее других и сосредоточенно грыз колпачок шариковой ручки. Пальцы у него слегка подрагивали, и не требовалось особой проницательности, чтобы догадаться — стрелял именно он, а после стремглав выбежал из дома и своротил цветочный бордюр. На вид парнишке никак не больше восемнадцати, но Энни понимала, что на самом деле ему лет двадцать пять, иначе он не успел бы отучиться положенный срок и пройти необходимую для спецназа физическую и психологическую подготовку.

— Полагаю, порядок всем известен, — продолжал Маклафлин, удостоверившись, что каждый получил свой стакан кофе. — Теперь я передаю слово главному инспектору Чамберсу из отдела расследования жалоб и дисциплинарных нарушений. Представим себе картину происшествия в целом, а затем выработаем дальнейший план действий. Редж, прошу.

Чамберс прочистил горло, откинулся назад на стуле и положил ручку на блокнот. Пуговицы у него на жилетке только что не лопались поверх круглого живота. Энни подумала, что он удивительно похож на персонажа из романов Диккенса. Когда-то ей довелось месяца два с ним поработать, и очень скоро ей стало понятно, почему ребят из отдела дисциплинарных нарушений зовут крысиной командой.

— Благодарю вас, сэр, — кивнул Чамберс. — Давайте для начала проясним некоторые факты, с вашего позволения. — У него был акцент, характерный для жителей графств, окружающих Лондон, который, видимо, казался ему очень светским. — Кто вызвал группу специального назначения?

— Я вызвала, — ответила Жервез. — Поступила информация, что в спальне Эрин Дойл, в доме ее родителей, проживающих в Ракитовом проезде, обнаружено незарегистрированное огнестрельное оружие. Мисс Дойл находилась дома под присмотром отца, а ее мать отправилась к нам, чтобы сообщить о находке.

— Превосходно. — Чамберс быстро черкнул в блокноте. — У вас были основания полагать, что в доме кто-то подвергается опасности?

— Никаких, — сказала Жервез.

— Или что оружие вообще представляет для кого-то угрозу?

— Заряженное оружие всегда представляет собой угрозу. Но у нас не было причин думать, будто Эрин или Патрик Дойл намерены его использовать, ни против друг друга, ни против кого-либо еще. Оба они отлично знали, что мать, то есть Джульет Дойл, пошла в полицию, чтобы сообщить о пистолете. Они нас ждали.

Чамберс почесал кончик носа и коротко кашлянул:

— Как я понял, дочь была сильно расстроена и недовольна, когда в ее комнате нашли пистолет?

— Безусловно, — согласилась Жервез.

— Но вы не подумали, что, опасаясь возможных последствий, она попытается завладеть оружием и скрыться?

Жервез ответила не сразу:

— Мне кажется, она вообще ничего не знала о возможных последствиях. Подобно очень многим людям, Эрин вовсе не считала, будто делает нечто противозаконное, принеся в дом оружие. Как правило, почти все они уверены, что в этом нет ничего дурного, ведь сами-то они его не применяли. Сомневаюсь, что она отдавала себе отчет в том, что совершает серьезное преступление. Она, я думаю, наоборот, полагала, что ее поблагодарят — ведь она не бросила пистолет посреди улицы. Если она вообще знала об этом пистолете.

— Что вы имеете в виду? — нахмурился Чамберс.

— Я лишь напоминаю: на нынешней стадии расследования у нас нет абсолютно никаких подтверждений, что Эрин Дойл имеет какое-либо отношение к пистолету, найденному у нее на шкафу.

— Вы полагаете, его положил туда кто-то другой?

— Я просто говорю, что нам пока ничего не известно.

Энни видела, что Жервез с трудом сдерживает раздражение.

— Со слов дежурного сержанта Хаггерти я понял, что миссис Дойл хотела видеть старшего инспектора Бэнкса. Это так? — спросил Чамберс, искоса глянув на Энни.

Она знала, что Чамберс с Бэнксом не слишком-то ладят, у них произошло несколько серьезных стычек с тех пор, как после реорганизации отдел Чамберса перевели в подчинение центральному управлению.

— Старший инспектор Бэнкс один из моих лучших сотрудников, — сухо сообщила Жервез. — Сейчас он временно не исполняет свои обязанности.

— «Отпуск по ранению», — гадко ухмыльнулся Чамберс. — Мы все отлично знаем, что курс его лечения недавно закончился.

— Более чем заслуженный отпуск, — поджав губы, процедила Жервез. — Да, инспектор Кэббот доложила мне, что миссис Дойл изначально хотела видеть старшего инспектора Бэнкса. В чем суть вашего вопроса?