Плата за принцип
Шрифт:
В трамвайном тресте объявили тревогу. Одни бросились к телефонам, другие стали составлять и рассылать письма и телеграммы. Все учреждения, заводы, школы, торговые и другие предприятия были извещены: люди, потерявшие честь, могут найти ее в трамвайном тресте!
Трамвайщики вздохнули с облегчением.
Ведь ими спасены сотни людей от большой опасности! Надо только хорошо подготовиться к приему потока людей из учреждений, заводов, школ, предприятий, которые явятся за утерянной ими честью!
Прошел день. Прошел второй. Прошел целый месяц. Однако никто не появлялся. Никто даже не позвонил по телефону.
Общественность треста снова подняла тревогу. Результат был тот же, вернее, никакого результата не было.
Граждане города, однако, стали внимательно следить друг за другом: кто же в конце концов бросает свою честь в автоматическую кассу? Кто еще такой бесчестный? От кого надо ожидать подлостей и страшных преступлений?
Таковых нигде не обнаружили. А между тем работники трамвайного треста опять нашли в автоматической кассе чью-то честь. Тогда они снова обратились в учреждения, предприятия и школы.
– Что вы говорите! — удивлялись педагоги. — Наши ученики потеряли честь? Это явная ошибка! Ученики могут потерять учебник, тетрадь с сочинениями по литературе. Но честь?.. Знаете, у нас все-таки школа. Мы хорошо воспитываем молодежь, а вы говорите о потерянной чести. Нет, нет, вы просто не туда попали!
В учреждениях и предприятиях был ответ куда короче:
– Не морочьте нам голову. Потеря чести? В отчетной ведомости такой графы нет. Вот, пожалуйста, цифры потерь материалов, инструмента, потерь от брака, от прогулов, от перерасхода электроэнергии... А от потерь чести убытков нету! Видимо, вы не туда обратились, граждане!
Трамвайщики совсем растерялись.
Поскольку в автоматических кассах все еще продолжали находить людскую честь, им не оставалось ничего другого, как увеличить штат контролеров, дежурящих у касс.
И что вы думаете? В первый же день были пойманы десять учеников, трое служащих и один рабочий.
– Вы понимаете, что творите? — рассердилась общественность трамвайного треста. — Вы же сознательно теряете свою честь, свое достоинство!
– Честь? — нахально ответили пойманные. — Ну и что? Можете повесить ее у себя на доску объявлений. А три копейки все-таки у нас в кармане останутся.
Да, эти люди бросили свою честь в автоматическую кассу вместо монеты. Честь стоит у них недорого - всего три копейки! Три копейки! Товарищи, скажите, это мало или много?
А одна молоденькая кондукторша недоуменно произнесла:
– Три копейки в кармане. О боже, что же могут натворить эти люди за целый рубль?!
Ревизия
Из Напату поступили сигналы, что бригада ремонтников занимается черт знает чем: лодырничает, пьянствует и, кроме того, делает приписки... Проверку сигналов доверили молодому ревизору Юрию Студню. Как и положено стражу законности и порядка, Студень был полон решимости.
– Я им всем покажу, как надо вести ревизию! Они меня еще узнают! — грозил молодой ревизор.
Юрий приехал на место, огляделся и приступил к делу. М-да! Приписок у бригады хоть отбавляй! Если верить документам, то каждый отремонтированный ею дом должен иметь по меньшей мере десять крыш из первоклассной цинковой жести.
– Этого не может быть! — категорически возразил бригадир, когда ему предложили подписать акт. — Товарищ ревизор, проверьте еще раз! Вы, видимо, не все просмотрели. В шкафу пять папок с документами, их вы еще не видели. Откройте шкаф и убедитесь, а я на минутку уйду.
Студень заглянул в шкаф. Там стояло пять бутылок коньяка марки "КВ".
– Что это? — спросил Юрий ледяным голосом. — Взятка? Нет, голубчик, меня коньяком не купишь.
– Какой коньяк? — Удивленный бригадир подбежал к шкафу. — Действительно, коньяк! Как же он сюда попал, проклятый? Должно быть, остался еще с тех пор, когда в этих помещениях находилась контора потребкооперации. Мы ведь здесь недавно, всего восемь лет. Как же я его раньше не увидел?!
Ревизор конфисковал оставшийся от потребкооперации бесхозный коньяк и собирался уехать, когда его еще раз и очень мило попросили зайти в соседнюю комнату. Там его ожидал празднично накрытый стол. Бригадир и его жена просто таяли перед ним от радости.
– Окажите нам честь, дорогой товарищ Студень, — улыбалась хозяйка. — Мой муж говорил так много хорошего о вас, что я решила непременно познакомиться с вами. Садитесь, пожалуйста, будьте гостем. В нашем захолустье так редко удается поговорить с интеллигентным человеком! К тому же у меня сегодня день рождения, и я очень хочу, чтобы вы выпили рюмку за мое здоровье.
– Поздравляю вас. — Юрий склонил голову. — Рад с вами познакомиться...
Он уселся за стол и... и вспомнил об акте.
– Нет, нет, — сказал он строго и встал, — я человек абсолютно неподкупный. Закон есть закон, а я его слуга!
Юрий повернулся и ушел поскорее от соблазна, ибо еще не обедал и очень хотел есть. Поэтому он направился прямо в соседний ресторан, заказал себе порцию битков в сметане и две бутылки пива. Подкрепившись, ревизор направился к начальству ремонтной конторы.
– Не может быть, — лениво протянул начальник, разглядывая акт. — Это дело надо расследовать. Я сам выеду на место. Мои работники- люди сознательные, не может быть, чтобы... Воспитательная работа среди них проводится регулярно. Словом, приходите завтра!
...— Что ты тут натворил, мошенник? — заорал он на бригадира. — Пачкаешь честь конторы! Отвечай прямо: правда это или нет?
– Правда, — уныло признался бригадир. — Уж очень строгий контролер попался. Пробовал я ему подсунуть пять бутылок коньяка, организовал роскошный стол. А он ни в какую. Пошел, глупец, в ресторан и лакал там пиво вместо моего коньяка. Ну что мне с ним делать?
– Лучше спроси, что с тобой делать! — гневно вскричал начальник. — Опозорил всю контору! Убирайся с моих глаз! Впрочем... пиво, говоришь, лакал? В ресторане? Сам видел? И сколько бутылок?