Пиявка
Шрифт:
ЕВГЕНИЙ. Я говорю: не поможет. У меня уже было такое. Бесполезно. Не поможет. Они кусали меня уже. Не поможет!
СЕРГЕЙ. Блядь, ну что ты встал, как истукан, помоги хоть чем-нибудь тогда, хоть чем-нибудь помоги тогда, ты видишь, что я умираю или нет?! Стоит, блин! Помоги, ну?!
Плачет, размазывает слезы и кровь.
Господи, сколько кровищи… Она фонтаном просто хлещет, струей… Я никогда столько крови не видел… Господи, ужас какой… Я боюсь, мне страшно, я умираю… Мамочка! Вот этот, лопух, что ли, надо к ранке, нет, подорожник он называется, надо приложить к ранке, где он, он какой?! Я забыл, какой он, подорожник, ну?!
Рвет с корнями пучки травы, мажется в земле. Прикладывает траву к бедру, рыдает.
Дай мне какой-нибудь платок, тряпку какую-нибудь, быстро! Полотенце своё сифилитичное давай! Давай, давай быстрее!!!
Хватает полотенце, бинтует ногу, продолжает причитать:
Ой, мама, я сейчас блевать буду, меня тошнит, у меня голова кружится, я не могу… Я умираю от запаха крови, мне плохо… Блевать, блевать сейчас буду, меня выворачивает, не могу…
ЕВГЕНИЙ. Всё, не истерикуй. Я могу остановить кровь.
СЕРГЕЙ. Ну что телишься тогда?! Что как в штаны наклал?!
ЕВГЕНИЙ. Ты брезгливый.
СЕРГЕЙ. Ну что, что надо делать, говори? Коровью говёшку жевать?! Ну помоги, помоги скорее, что ты как оглоблю проглотил, стоишь тут?!
ЕВГЕНИЙ. Можно остановить кровь ртом.
СЕРГЕЙ. Я не балерина, я не достану до бедра! Сука, сколько кровищи, все лопухи-подорожники набухли, отваливаются…
Развязывает полотенце, выпачканное в зелёной траве, в крови, в земле. Откидывает его в сторону, с ужасом смотрит на бегущую из раны кровь.
ЕВГЕНИЙ. Я должен своим ртом остановить кровь. Я умею. Я должен своим ртом остановить твою кровь. Я должен высосать кровь из твоей ранки и тогда она перестанет бежать.
СЕРГЕЙ. Кровь? Из раны? Кровь? Ртом?
ЕВГЕНИЙ. Хочешь?
СЕРГЕЙ. Это поможет? Нет, точно? Тебе не противно будет?
ЕВГЕНИЙ. Это поможет. Мне не противно будет. Ладно, всё. Как в том анекдоте: будете жить, молодой человек. Ложись, ну? Я сделаю. На спину ложись. Быстро!
Сергей лёг на спину на траву. Лежит, приподнимая голову, с испугом следит за тем, что делает Евгений.
Не дави косяка. Ничего плохого я тебе не сделаю. Через минуту кровь остановится, лежи спокойно. Не бойся… Расслабься…
Евгений встал на колени перед лежащим на земле Сергеем, очистил рукой ранку от земли. Медленно нагнулся губами к ранке.
Тишина. Молчание.
Евгений пьёт кровь. Сергей не двигается.
Наконец, Евгений поднимает голову, смотрит в глаза Сергею, встаёт.
Пошёл к озеру, встал на камень и вдруг начал хохотать. Эхо запрыгало по камням, над озером, по лесу и унеслось к небу. Евгений просмеялся, повернулся к Сергею, подошёл, пощекотал его, крикнул:
Ну чего развалился-то? Сеанс окончен! Подъём!
Хохочет и хохочет, не может никак остановиться. Вдруг начал раздеваться — снимает с себя рубашку, брюки, откидывает их далеко в сторону, помахав ими над головой, будто знаменем.
Прекрасно! Буду загорать! Товарища я спас от смерти, долг свой выполнил и потому я могу позагорать! Послушайте, друзья мои? А ведь действительно — лето! Откуда? Ещё вчера был дождь, сыпались с деревьев листья, а сегодня — посмотри в окно! Под голубыми небесами! Великолепными коврами! Блестя на солнце! Снег лежит! Какая красота! Какая красотища! Над вечным покоем! Как хорошо тут, Господи, Боже ты мой! Как хорошо!
Кричит во всю глотку:
Э-э-э-э-э!
Он снова вспрыгнул на камень, широко расставил ноги, поднял голову к солнцу, подставляет плечи лучам. Закрыл глаза и хохочет, хохочет, хохочет…
Сергей приподнял голову с земли, опирается на локти. Смотрит на ранку, из которой только что хлестала кровь.
СЕРГЕЙ. Прошло, что ли?.. Прошло… Не бежит… Надо же… Неужто прошло, а?
ЕВГЕНИЙ. Ты хотел водки? Хотел есть? Доставай! В сумке, в чёрной! Вот, в этой в большой — всё есть! Ешь, пей, веселись, гуляй рванина — можно! Ты — заработал! Ты меня страшно развеселил! (Хохочет.)
СЕРГЕЙ (кашлянул, неуверенно). А мне можно встать? Не побежит снова, нет?
ЕВГЕНИЙ. Будь спок — проверено: мин нету! Теперь — уже не побежит! (Хохочет, изображая пионерский горн.) Ту-ту-ту! Ту-ту-ту! Мы пи, мы пи, мы пионеры с юга! Насра, насра, нас рано подняли! Не торопись, пись, пись! Приободрись, дрись, дрись!..
СЕРГЕЙ. Чё это тебе так смешно стало? Ну я что, виноват, раз крови боюсь? Смешно было? Смешно? А мне нет…
Встал, трёт плечи ладонями. Евгений — у этюдника, быстро рисует.
ЕВГЕНИЙ. Ну что ты такое говоришь, Сергуня! Серый, серый, полосатый, он всё бегает с лопатой! (Хохочет). Знаешь такие стихи? Только что сочинил для тебя! Ешь и пей. Ешь моё, если не брезгуешь. Очень всё вкусное. На шару-то — вкусно всегда, правда? (Хохочет). Там в термосе — чай. Нет, тебе чай не надо, надо водки хлобыстнуть… Меня не жена собирала и потому там даже конфеты есть! «Вырви Глаз» называется! (Умирает, так смеётся).