Огненный Марс
Шрифт:
«Это сделал Марсик…» – догадалась Лена. Воспитанная и пугливая Лимонка никогда бы себе не позволила подобного. А нахальный котенок – запросто. Тем более что Олеся рассказала матери, как вчера отец обошелся с ее любимцем! Кошки бывают обидчивыми, могут отомстить своим хозяевам таким вот образом.
Пока дочь скрупулезно обыскивала кухню, Лена убежала в дальнюю комнату и позвонила по мобильному мужу.
– Алло… Жора, извини, что беспокою, но ты не в курсе, где котенок? – задыхаясь, спросила женщина.
– А ты в курсе, что ваш драгоценный котенок натворил? – мрачно буркнул муж.
– Господи… ну, бывает! Там Олеська в панике, чуть не плачет! Жора, где он? Говори быстрее.
– Я его вышвырнул на улицу.
– Ты шутишь?
– Я серьезно.
– Скажи, что ты шутишь! – взмолилась Лена.
– Я не шучу, – холодно повторил муж. – Скажи спасибо, что я не убил этого гаденыша. И хватит мне истерик на пустом месте, лучше бы обо мне так беспокоились, как об этом котенке!
В трубке раздались короткие гудки.
– Мам, его и на кухне нет! – в комнату вбежала Олеся. – А ты папе звонила? Я вот подумала сейчас – а вдруг папа унес Марсика? Решил кому-нибудь отдать и…
Лена врать не умела. Поэтому она решила промолчать. Но зато Олеся хорошо могла читать по ее лицу. Девочка села рядом с матерью, прижалась к ее плечу и спросила ровным, без всяких интонаций, голосом:
– Мама. Мама, скажи честно – он его все-таки утопил в унитазе?
– Не говори глупостей. Унитаз бы засорился.
– Мама!
– Он его унес. Марсик напрудил ему в ботинок, и папа его… унес, да.
– Выбросил, значит! – с отчаянием прошептала Олеся. Несколько секунд сидела неподвижно, потом сорвалась с места.
– Ты куда?
– На улицу! Вдруг Марсик еще там…
– Погоди, я с тобой!
…Они обегали все улицы вокруг, обсмотрели все подворотни, поспрашивали прохожих. Рыжего котенка нигде не было, его никто не видел.
– Наверное, Марсика сразу забрали. Он такой хорошенький, что кто-то наверняка решил забрать его к себе домой! – сказала Лена.
Олеся молчала. Девочка даже не плакала.
– В конце концов, ничего страшного. Холодно, идем домой! – Лена обняла дочь за плечи. В воздухе и правда кружился первый снег, изо рта при разговоре валил пар.
Дома Олеся скинула с себя ботинки и повалилась прямо в одежде на свою постель.
Лимонка жалобно замяукала, выбежав навстречу хозяевам. Лена взяла кошку на руки, села на кровать, рядом с дочерью.
«Папа не виноват. Он ничего плохого не сделал… В конце концов, это твой котенок, ты была обязана за ним следить!» – вертелось в голове у Лены. Но вместо этого она сказала дочери:
– Я устала. Я так устала, словно и днем, и ночью, не разгибаясь, таскаю на себе тяжелые мешки. Я не помню, когда у меня было хорошее настроение… Но ведь это невозможно! Давай уйдем отсюда, а? – вдруг вырвалось у женщины.
Лена и сама не ожидала от себя подобных слов. Это же глупо – уйти из дома, от мужа, обидевшись на него из-за какой-то ерунды! Куда они пойдут с дочерью, зачем?
– Давай, – неожиданно согласилась дочь. – А ты не бойся, мама. Мне кажется, папа нас совсем не любит. Совсем-совсем.
– Совсем. Это была последняя капля, – решительно произнесла Лена. – Он ведь не Марсика наказал, а нас. Вот что. Я сейчас уйду по делам. Узнаю насчет работы, потом съемную квартиру найдем. Будет очень тяжело… Но ничего.
В Олесину школу требовалась учительница младших классов. На прошлом родительском собрании завуч подходила к Лене, спрашивала: «Вы ведь педагогический институт заканчивали? Могли бы у нас поработать?» Лена тогда категорически отказалась: «Нет-нет, муж против!»
Хоть бы вакансия осталась свободной! Пусть и небольшие деньги платили учителям, но что ж поделать. Возможно, удастся снять у кого-нибудь комнатушку неподалеку… Очень ведь не хотелось, чтобы Олесе пришлось менять школу.
«Не любит. Совсем-совсем не любит. Олеська права… С ним стало невозможно жить. Квартира его, Жорина, он собственник. Может, через суд получится разменять? Но, говорят, сейчас закон на стороне собственника и даже интересы детей не учитываются. Либо терпеть, либо… Да, Жора нас не бьет, из дома не выгоняет. Но мы словно в рабстве у него с дочерью!»
…Завуч, Инга Анатольевна, стояла возле школы, разговаривала с какой-то дамой в длинном пальто с капюшоном.
Презрев все законы вежливости, Лена закричала еще издалека:
– Добрый день, Инга Анатольевна! Я согласна! Место еще свободно?
Завуч поморгала глазами, пытаясь сообразить, о чем именно ее спрашивают, потом сказала:
– Место? Какое? Ах, вы про то… Нет, уже нашли учителя для младших классов.
– А вы учительница? – к Лене повернулась дама в пальто. – Ищете работу?
– Ищу! – нетерпеливо вздохнула Лена. – А вам есть что предложить?
– Только вряд ли согласитесь, – вдруг засомневалась дама. – Кого ни спрашиваю – все отказываются.
– Ну и что, может, как раз то, что мне требуется! – возразила Лена.
– Это далеко. Триста километров от Москвы. Там у брата моего, в поселке, ферма. Учителей не хватает, а вот школа своя есть, и даже дома свободные есть. Без особых удобств, конечно, – подумав, добавила дама. – Но жить можно!
«И работа, и жилье сразу? Но триста километров, без удобств… – с отчаянием подумала Лена. – Хотя чего я теряю? За теплую ванну готова свою бессмертную душу продать?»
– Давайте адрес, – прошептала Лена. – Я поеду.