Одна ночь в пустыне Святой Горы

Под действием божественной любви оживляется в наши дни тяга к отеческому и мистическому богословию, к посту, аскетике и непрерывной сердечной и умной молитве.

Каким образом среди бесконечных антропоцентрических, материалистических и светских идей пробуждаются души, стремящиеся к истинной жизни во Христе, к совершенству, единению с Богом, к сохранению святого церковного святоотеческого Предания Богочеловека Иисуса Христа? Сия измена десницы Вышняго. Это действие Святого Духа, всегда животворящего и всегда освящающего души в Теле Христовом, в нашей Святой Православной Соборной и Апостольской Церкви.

После многих испытаний люди сегодня осознают, что Предание преподобных отцов наших — не бесполезная реликвия, но истинное и подлинное православное сознание и жизнь.

Великим благодеянием Божиим является то, что внутри Церкви Всемилостивый Господь насадил райский сад Богоматери, Святую Гору, с целью оживить в ней таинственное излияние благодати Божией, которая почивает в древних и новых святых Его, в непрерывной и доныне действенной традиции.

Ностальгию по этой традиции испытывает и автор данного труда. Он живет и подвизается в миру, но имеет отечество, по апостолу, на небе Святой Горы, которая есть предтеча Небесного Царствия Божия.

Человеколюбивый Господь, дающий по сердцу нашему, дал и автору благодать Свою возлюбить и почувствовать духовным чувством Святую Гору и услышать мистическое биение ее сердца — не что иное, как Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешнаго. Он беседовал со святыми старцами, сподобился их святых молитв, слышал слова вечной жизни, которые и передает братьям своим из любви к ним, от избытка своего сердца. Свидетельство человеколюбия преподобных отцов наших проявляется в том, что они открывают нам вершины святости, и вдохновляют нас не унывать при духовном восхождении, и одновременно показывают нам первые ступени, по которым мы, несовершенные, немощные, должны начать восходить, будучи новичками и не имея опыта. Они показывают нам высоты, однако наставляют нас начинать с малого.

Вот почему здесь излагается учение об умной молитве не только в совершенной ее форме, но и на первых стадиях, которые могут проходить для укрепления и освящения живущие в миру братья наши.

Верую, что, по благословению Госпожи Богородицы, стяжавшей уже во Святая Святых полноту духовного восхождения и общения с Триединым Богом, публикация этого труда послужит на пользу пишущему и читающим. Ведь замечено: насколько благочестивые христиане углубляются в книги, рассказывающие о благословенной молитве Иисусовой, настолько возгорается в них желание упражняться в ней.

Богу нашему, от Которого подается всякий благой и совершенный дар, слава и благодарение во веки.

Настоятель общежительного монастыря преподобного Григория архимандрит Георгий

На последующих страницах излагается беседа со старцем-агиоритом. У меня не было намерения обнародовать ее. Но как-то, готовясь читать творения святого Максима, я услышал внутренний голос, убеждавший меня описать беседу с мудрым святогорским монахом. Подчиняясь голосу, которому, признаюсь, ранее не внимал, я начал, как пришло мне то на мысль. Таким образом и составлен этот труд — всего лишь в течение нескольких часов, и по причине его скороспелости прошу прощения у читателей.

Хотелось бы сделать несколько замечаний. Первое. Читайте беседу не как рассказ или историческое повествование, но как ниспосланное Богом благодатное учение мудрого святогорца. Нужно иногда останавливаться и размышлять, но более всего — молиться. Возможно, понадобится еще раз вернуться к прочитанному.

Второе. Читайте эту книгу с той целью, с которой она написана, т. е. претворяйте в жизнь то, чему она учит. Решайтесь иногда входить в молитву Иисусову, которая возводит на гору Синай и Фавор. Там мы встретимся с Богом. Призывание имени Божиего сопровождается непосредственным явлением Его, поскольку имя — образ Его присутствия. Этот взгляд согласуется со словом Господа: Если двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди их (Мф. 18, 20) — и апостольским: Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым (I Кор. 12, 3). В тот час, когда кто-либо творит Иисусову молитву, Святой Дух нисходит на него, подобно облаку на гору Фавор.

Третье. Пусть не старается читатель до конца понять монаха, с которым я беседовал. Он может не достигнуть этого и ошибиться в своих суждениях, чего не желал этот святой старец.

Четвертое. Возможно, на вас произведут впечатление многочисленные цитаты из святоотеческих трудов. Следует подчеркнуть, что ревностные святогорцы имеют тот же дух, что и святые отцы Православной Церкви. В них живет и действует тот же Всесвятой Дух, Который жил и действовал в святых отцах. У них то же устроение ума, что и у отцов, благодаря чему они легко, без напряжения и особых усилий, воспринимают святоотеческие мысли.

Помимо того, нужно отметить, что часто на протяжении беседы мудрый и боговдохновенный пустынник раскрывал книги, находившиеся подле него (святого Григория Паламы, святого Симеона Нового Богослова, Добротолюбие и др.), зачитывая и поясняя многие места.

Моя пламенная молитва о том, чтобы люди сподобились жить в молитве, стольких освятившей, чтобы она освятила и их.

Мой долг обратиться к героическим и достойным преклонения образцам, подражателям божественной любви — обитателям Афона, покинувшим мир и живущим в действительном мире — не в неупорядоченном, но в МИРЕ преображенном, живущим с Богом. Это современные мученики Христовы, в чувствах удалившиеся от него (мира) и в мыслях умершие для него (мира). Эти святые неоднократно оказывали мне поддержку и помощь, протягивая свой хлеб; и я, алчущий, многим им обязан. Я нищ. И, если бы не получил хоть немного этой пищи, умер бы. Я жажду и живу их благодатью, благословением и любовью.

Этим обитателям неба, афонским отцам, посвящен данный труд как ответный дар на их любовь. Тем, кто горячо возлюбил тройную нищету: материальную (отсутствие собственности), духовную (смирение и послушание) и телесную (воздержание). Тем, которые поистине прошли через все блаженства Господни; ибо, обнищав духом, они обогатились; став кроткими, наследовали землю; плача, утешились; жаждая правды, насытились; умилосердившись, были помилованы; очистив сердце, узрели Бога; сотворив мир, были наречены сынами Божиими.

Святые отцы — преподобные пустынники! Мы, грешные, по долгу вас ублажаем: молодые — старцев, сыны — отцов, осужденные — святых (Никодим Святогорец).

Архимандрит Иерофей (Влахос)

Помяни, Господи, живущих в девстве, благочестии и трудах и подвизающихся в горах, пещерах и расщелинах земных имени ради Твоего святого, преподобных отцев и братии наших.

(Божественная литургия святого Иакова, брата Господня)