Оборотень, Мидлтон Томас

Оборотень

на обложку

Мидлтон Томас

Шрифт:

(В сторону.)

Глаза мои! Вы заблуждались прежде.

Вот, наконец, вы видите того,

Кто был мне предназначен. Ненамного

Он опоздал к решающему часу

Но опоздал!

Джасперино (в сторону)

И чего снаряжались! Из Валенсии в Аликанте могли и на телеге доехать. И сэкономили бы весь морской припас. Вот это называется сбиться с курса! Ладно, теперь моя очередь...

Хотелось мне отведать приключений,

Так вот, пожалуйста, еще галера.

На абордаж! И это будет мой

Законный приз, и топселя - долой! {10}

(Приветствует Диафанту.)

Входит Де Флоpeс.

Де Флоpeс

Сударыня, отец ваш...

Беатриса

Я надеюсь,

Он в добром здравье.

Де Флорec

Вас удостоверят

Глаза, сударыня, что это так.

Сейчас он будет здесь.

Беатриса

Тогда к чему же

Назойливый пролог? Я предпочла бы,

Чтоб он явился вдруг, без предисловий.

Не надо бесполезной болтовни.

А что до вашего явленья, сударь,

Как мало рада я ему, надеюсь,

Вы знаете.

Де Флорес (в сторону)

Обычное презренье,

Не больше и не меньше ни на йоту.

Ужели должен я все время гнаться

За тем, что ускользает? Будь, что будет.

Не стану я лишаться наслажденья

Быть близ нее, - пусть бесится, как хочет!

Я знаю, что я мертвый бил бы ей

Приятнее, живого; хоть причины

Весомой нет - один лишь вздорный нрав.

Альсемеро

Вас что-то раздосадовало вдруг,

Сударыня?

Беатриса

Сеньор, прошу прощенья.

Мне трудно вам причину объяснить.

Бывает так, что одному кому-то

Невыносимо, как смертельный яд,

То, что на вкус других вполне съедобно.

Вот так мне этот человек противен

В глазах моих он точно василиск {11}.

Альсемеро

Уж такова натура человека.

Едва ли среди тысячи один

Найдется без малейшего изъяна.

У каждого свои несовершенства:

Один не переносит запах роз,

Столь сладостный для большинства; другому

Не по нутру оливковое масло.

А третьему не нравится вино,

Родник веселья, утешитель сердца.

Воистину подобный недостаток

Распространен, ведь вкусы-то различны.

Признаться, я и сам не без вины.

Беатриса

А в чем ваш яд, сеньор, нельзя узнать?

Альсемеро

В том, что вы любите, наверно, - в вишнях.

Беатриса

Ни одному живому существу

Не враг я - кроме этого сеньора.

Альсемеро

Он поступает скверно, если знает

Про это - и мозолит вам глаза.

Беатриса

Еще бы он не знал! Он это слышал

Из уст моих. Не приложу ума,

Что предпринять еще, - он дворянин

И состоит на службе у отца,

Который им доволен.

Альсемеро

И, однако,

Не на своем он месте.

(Продолжают разговаривать между собой.)

Джасперино

Я - бешеный озорник, красотка.

Диафанта

Мне тоже так кажется. Но будьте спокойны, у нас в городе есть доктор, который, лечит такие болезни.

Джасперино

Тьфу на него! Я знаю, какое лекарство лучше всего поможет в моем состоянии.

Диафанта

А вы в состоянии?

Джасперино

Я вам могу показать такую штуку, состоящую из нас обоих, что если она не утихомирит на два часа самую бешеную кровь на свете, то, значит, никаким лекарствам нельзя верить.

Диафанта

Наверное, опий помог бы вам заснуть, сударь.

Джасперино

Опий? Это когда вот так - оп! (Целует ее.) И еще раз - оп! (Целует.) Да, опий - это первая лечебная травка, а вторая зовется "кукушкин корень". Все, пока - молчок, в другой - раз покажу подробно, что к чему.

Беатриса

Вот мой отец, сеньор.

Входят Вермандеро и слуги.

Вермандеро

Джоанна, я пришел тебя встречать.

Окончила ли ты свои молитвы?

Беатриса

Сегодняшние - да, сеньор..

(В сторону.)

Боюсь,

Что скоро я переменю святого.

Во мне все резко так перевернулось,