Объединитель
Шрифт:
Отпрянув на миг, вгоняет её мне в живот, пробив насквозь.
В мире не остаётся ничего кроме боли и моего крика. Ревущие зубцы перемалывают человеческие потроха.
Из последних сил выдираю из кобуры револьвер и вслепую, почти не целясь, всаживаю Барабанный каскад прямо в окровавленную харю Калибана. Раз за разом жму на спуск, пока пули, усиленные разрывными зарядами, не превращают его башку в месиво. В какой-то миг визор разлетается, являя моему взгляду то, что осталось от лица берсерка.
Жуткая картина. Но даже в таком состоянии, превратившись в ошмётки плоти и железа, этот монстр продолжает рвать меня на части. Кромсает всё, до чего может дотянуться. Цепная пила ревёт, дорвавшись до моего нутра, превращая внутренности в кровавые лоскуты.
Краем глаза замечаю, как вспыхивает и исчезает окружающий нас купол Последней дуэли. Похоже, десять минут истекли.
Перед глазами всё плывёт и меркнет. Боль постепенно уходит, сменяясь звенящей пустотой. Я осознаю, что умираю — слишком много крови потерял, слишком сильные раны. Кажется, этот раунд всё же за ним…
Из последних сил скосив глаза, замечаю летящего сюда Тая с клинком наголо. За ним Мэтт.
Видит их и противник.
Он одной ногой в могиле, и вот-вот упадёт за край.
А я уже шагнул туда.
— Увидимся… в аду… — хрипло каркает Калибан.
Его переломанная грудная клетка содрогается, плюясь кровью и чем-то вроде машинного масла.
А через миг реальность смазывается, и изувеченная туша берсерка исчезает во вспышке света. Напоследок полоснув пилой по моей развороченной груди.
Без сил оседаю на истоптанную, пропитавшуюся кровью и залитую лужами землю. Растерзанная земля. Покорёженные деревья. Дымящиеся воронки. Обломки костей и бронепластин.
Где-то над головой чернильное небо продолжает плеваться дождём и громом. А может, мне уже мерещится.
«Ты молодец»– еле слышно шепчет Лёшка.
Я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Разбитыми губами, щербато и кроваво. Но всё же улыбаюсь.
Не чувствую своего тела. Только холод и слабость, растекающиеся от сердца. Сердца, которое замедляется, пропускает удары. А потом и вовсе замирает.
«Вот ведь… сучий берсерк… — проносится в угасающем сознании. — Свалил, не дожидаясь финала…. А я так хотел… на бис…»
Свет меркнет.
Глава 30
Не знаю, сколько времени проходит, когда внезапно под веками вспыхивает яркий свет, и я судорожно вздрагиваю. По венам словно пускают кипяток вперемешку с кислотой. Сердце, уже остановившееся, вновь сжимается и с трудом выталкивает кровь в израненное тело. Сквозь пелену боли пробивается писк системных оповещений.
С мучительным стоном я заставляю себя открыть глаза. Истаивающие буквы — это первое, что я вижу.
Зафиксирована клиническая смерть носителя.
В соответствие с главной директивой произвожу инъекцию высшего доступного препарата.
Израсходован Регенеративный инъектор ступени S.
Зафиксировано сердцебиение.
Зафиксировано действие способности Динамическая регенерация.
Происходит перенаправление всей доступной арканы к Динамической регенерации для увеличения её эффективности.
Носитель стабилизирован.
Спасибо трофейным колёсам Горгоны. Вновь спасает мне жизнь, карга камнелицая.
Пытаюсь сесть, но меня прижимают к земле. Мышцы сводит судорогами, раны пульсируют, всё плывёт перед глазами.
Надо же, жив… более-менее. Получается, испытание Регрессии откладывается. Жаль только, что моё тело чувствует себя так, будто меня пропустили через мясорубку. Два, нет, три раза.
Впрочем, оно тут не одиноко — бывшее поле боя вокруг превратилось в настоящую преисподнюю. Вывороченная и перепаханная земля, обуглившиеся остовы деревьев, обломки камней и покорёженного металла. И лужи крови вперемешку с потрохами — своими и чужими. Отличный антураж для вечеринки, ничего не скажешь.
Кое-как стерев с лица засохшую кровавую корку, я вижу друзей. Тай, Эрис, Гидеон и Шелкопряд. На их лицах читается целая гамма эмоций — от радостного облегчения до плохо скрываемого шока. Ещё бы, наверное я сейчас и правда выгляжу не лучше свежего зомби из канавы. Даже страшно представить, насколько я близко подошёл к этой грани.
— Ты как, старик? — первым подаёт голос Тай, бегло окидывая меня взглядом. — Выглядишь так, словно тебя целая орда Нов отымела.
— Спасибо, но он был всего один, — хрипло огрызаюсь я, морщась от боли в горле, — и даже цветочков предварительно не подарил… сука!
Друзья помогают мне дохромать до ближайшего валуна и усаживают, подперев со всех сторон. Пока Гидеон заменяет контейнер с золотой кровью, подсоединённой к моим венам, я окидываю товарищей вопросительным взглядом.
— Надеюсь, хоть с нашим любимым дедушкой вы не облажались? Повязали его?
— За кого ты нас держишь, ковбой? — фыркает Эрис. — Конечно, повязали. Правда, Таю пришлось помять ему бока для большей сговорчивости. Сейчас Ваалис стережёт его вон за теми камнями, пока он в отключке.