Чтение онлайн

Прошли полторы минуты или нет, Денису было всё равно. Он перестал считать секунды, упиваясь тёплыми губами Асель, ощущая тонкий мятный аромат и приятный сладковатый вкус, чувствуя прикосновения её ладоней на своих напряжённых, словно обтянутых нервными волокнами, плечах.

– Асель… – Денис отстранился и перевёл дыхание.

Чтобы осуществить то, что он запланировал, ему нельзя думать в ближайшие пять секунд. Категорически нельзя думать. Мысли и действия должны быть разрознены – только при таком условии тень не почует подвоха.

Денис решил, что нужно срочно занять свои мысли, сбить тень со следа, ведь она в любом случае за ним сейчас наблюдает. Нужно подумать о чём-то… о чём-то красивом. Да. О глазах Асель. Он начал думать о том, как похожи её глаза на кофейную акварель, а мелкие светлые крапинки – на лучики солнца.

«Фу-у, нумерат, – не сдержалась тень. – Человеческий глаз – весьма неприятное зрелище, если посмотреть на него вблизи. Это всего лишь шары со зрачками и остальной не менее мерзкой ерундой. А цвет глаз – вообще понятие ложное. Оно определяется лишь количеством меланина и плотностью верхнего слоя радужной оболочки. Ты ведь изучал биологию?».

Денису было плевать, что нашёптывает тень. И если она отвлеклась на строение человеческого глаза – тем лучше.

– Сохрани это. – Он вложил в ладонь Асель скомканный листок из блокнота и быстро сжал пальцы растерявшейся девушки в кулак. – И прости за то, что будет дальше.

Его время закончилось. Об этом навязчиво напомнила тень. Зашуршала мерзко:

– Ты наслаждаешься свободой уже больше договорённого, дружок. Я сегодня расщедрилась, но ты злоупотребляешь.

Денис отступил от Асель на шаг, нахмурился. Голос его стал холодным, резковатым, противно-высокомерным:

– У нас задание. И мне нужны твои параметры. Поняла меня?

– Что? – обмерла Асель.

Она побледнела, лицо её вытянулось.

– На этом – всё, детка. Сказка закончилась.

Суббота, 15 мая, 23:15

На улице стемнело. Дымчатые сумерки перетекли в ночь.

Хотя нет. Не перетекли.

Ночь с грохотом обвалилась на измученную голову нумерата, как сколотая штукатурка со стены заброшенного дома. Расстреляла нескончаемой дробью огней – автомобильных фар, неоновых вывесок, фонарей и окон вечно неспящих многоэтажек.

Денис знал: если хочешь выжить, нужно действовать решительно и без лишних эмоций. А у него что? Эмоции зашкаливают подобно гриппозной температуре – тридцать семь, тридцать восемь, тридцать девять, сорок, мёртв. Обстоятельства словно издеваются над ним, расковыривают в его голове брешь, выбивают дух.

Ну, уж нет.

Если решил бороться, то будет. Профессор Сампи действует беспринципно, тень – тоже. Что ж, тогда и нумерат будет действовать беспринципно, бессовестно и нагло. И теми методами, которыми владеет лучше всего. А отчаянный вариант с запиской из блокнота – лишь поддержка. Страховка на случай непредвиденных обстоятельств. Если уж совсем не останется выбора.

Вот бы немного удачи.

Хотя уж кто-кто, а Денис на своей потрёпанной шкуре испытал: удачи не существует. Лишь равновозможность. Либо ты говоришь «Да», либо – «Нет», либо ты ошибаешься, либо оказываешься прав, либо ты идёшь в бой, либо остаёшься в окопе. И в том, и в другом случае ты можешь проиграть. Или выиграть. Фортуна не решит исход крупной битвы, лишь – ты сам. Уповать на удачу? Бред. Это последнее, что сделает нумерат, чтобы достичь результата. Удача – запланированное событие, работа над собой.

Денис вышел на ближайшей остановке. За руку вытянул из автобуса и Асель. Бесцеремонно, грубовато. Девушка молчала, послушно шла за ним, но Денис чувствовал кожей дрожь. Нервную вибрацию её тела.

Асель снова его ненавидела. И, скорее всего, не совсем понимала, что происходит. Как, вообще, можно понять действия Дениса? То он грубит и бросает Асель, утверждая, что та ему надоела, то обманом заставляет прийти на встречу, то признаётся ей в любви и целуется с ней, то снова откровенно грубит и ведёт себя по-скотски.

– Нам надо вернуться в сквер, – угрюмо сообщил Денис. – Давай-ка побыстрее.

– Зачем? – монотонным голосом спросила Асель. В нём сквозила обречённость и какое-то мрачное равнодушие. – Что случилось? Про какое задание ты говорил?

Денис ускорил шаг. Теперь они напоминали участников чемпионата по спортивной ходьбе: вроде, и не шли, вроде, и не бежали.

– Как все соберутся, расскажу, чтобы два раза не повторяться, – отмахнулся он от объяснений.

Во-первых, с каждым из друзей объясняться нет времени, а, во-вторых, благодаря стараниям тени Асель теперь считает Дениса последней свиньёй. Увы, придётся соответствовать, иначе тень выкинет ещё какой-нибудь финт – и будет только хуже.

Асель перестала задавать вопросы, следовала за Денисом, не отнимая руки. Возможно, притихла она не просто так, а продумывала план убийства нумерата-подлеца в ближайшей подворотне. Порой косилась на его лицо, порядком осунувшееся и невыразительное, сжимала скомканную записку в кулаке. Потом на ходу сунула её в сумочку, что болталась на бедре.

За те двадцать минут, что шли до сквера с памятником, они не обмолвились и парой фраз. При этом Денис не отпускал руку Асель, крепко сжимая тёплую мягкую ладонь. Ни за что на свете он её не отпустит. Пусть Асель его ненавидит, главное – пусть ненавидит его, находясь рядом, чтобы он смог её защитить.

«Ох, нумерат, – хихикнула тень. – Ты ли это? Опять страдаешь, несчастный герой-любовник? Забыл, что с этой милой девочкой тебе ничего не светит?».

Ответа она не ждала, да Денис и не собирался перед ней отчитываться. Лишь помрачнел ещё больше.

Перед входом в сквер Асель резко остановилась и выдернула руку.

– Денис! – В её тоне смешались решительность и гнев. – У меня вопрос.

Денис напрягся. Только не вопросы. Только не те вопросы, которых он панически боялся.

Он выдавил кривую полуулыбку и бросил на Асель умоляющий взгляд, который означал вполне конкретное «Пожалуйста, только не сболтни лишнего».