Чтение онлайн

Четверостишие, в котором речь идет о матери короля Франциска II Екатерине Медичи (VI, 63), произвело сильное впечатление на современников:

Женщина останется одна на царстве,

Ее единственный сын зачахнет на почетном ложе,

Семь лет она его станет оплакивать,

После долго будет властвовать, вечно ей будет сопутствовать фортуна.

С точки зрения современного читателя, Варфоломеевская ночь и другие деяния Екатерины Медичи вряд ли могут быть названы «великими часами правления», но Мишель Нострадамус был правоверным католиком, протестанты в его глазах были детьми Сатаны, еретиками, а Екатерина – великой королевой. Тот, кто «зачахнет на почетном ложе», – это Генрих II, муж Екатерины, умерший в 1559 г. Траур по нем вдовствующая королева носила до 1566 г. Умерла же она в преклонном по тем временам возрасте – 70 лет.

Когда 17 ноября 1560 г. новый король Франциск II, болезненный юноша неполных 18 лет, заболел лихорадкой, уже 20 ноября венецианский посол Микель Суриано доносил дожу: «Все придворные вспоминают 39-й катрен X “Столетия” Нострадамуса и обсуждают его втихомолку». Этот катрен гласил:

Первый сын вдовы, неудачный брак

Вовсе без детей, два острова в конфликте.

Нет восемнадцати лет, еще несовершеннолетний.

Близ иного более низкого /молодого/ будет гармония.

Позднее комментаторы извлекли из этого четверостишия бездну информации. Франциск II был первым сыном Генриха II. Его жена – шотландская королева Мария Стюарт прожила в браке с ним менее двух лет, и в этом плане их брак можно считать несчастливым. Детей у них не было. Относительно двух островов, находящихся в раздоре, вспомнили, когда Мария Стюарт вступила в борьбу с английской королевой Елизаветой I.

Строчку «нет восемнадцати лет, еще несовершеннолетний» относили ко второму сыну Генриха II королю Карлу IX (1560–1574), который был обручен с принцессой Елизаветой Австрийской в возрасте 11 лет.

Но все эти толкования появятся в будущем. В конце же 1560 г. внимание современников было сосредоточено на смертельной болезни Франциска II. 3 декабря тосканский посол Никколо Торнабуони писал герцогу Козимо Медичи: «Здоровье короля очень неопределенное, и Нострадамус в своих предсказаниях на этот месяц говорит, что королевский дом потеряет двух молодых членов от непредвиденной болезни». И Франциск II действительно умер 5 декабря 1560 г., в том же месяце умер юный граф Рош-сюр-Йон, отпрыск самой младшей ветви королевского дома.

Помимо этих катренов, к царствованию Франциска II относят также и предсказание X, 59:

В Лионе двадцать пять на одном дыхании /разом/,

Пять Тер минских бюргеров / городских жителей/, Брессанских и Латинских,

Секретно повезут благородного человека в высокой повозке

И будут раскрыты лаем собак.

Комментаторы уже в середине XVI в. стали привязывать этот катрен к неудачной попытке восстания протестантов во главе с принцем Луи Конде в Лионе 5 сентября 1560 г. Собаки, по мнению комментаторов, – это верные католики, разоблачившие протестантских волков.

В катрене VI, 75 упоминается некий «великий кормчий», в котором некоторые современники видят адмирала Колиньи – главного вдохновителя и военного руководителя религиозных войн во Франции на первом этапе:

Великий Кормчий / Штурман/ будет направлен Государем,

Он покинет флот, дабы добиться более высокого поста,

Но через семь лет его схватят,

Войско дикарей ужаснет Венецию.

Исследователь пророчеств Нострадамуса Анатоль Лепелетье комментирует этот катрен следующим образом: «Гаспар де Колиньи, возведенный в ранг адмирала (великого кормчего) Генрихом II в 1552 г., уйдет в отставку с этого поста в 1559 г. после смерти короля, чтобы встать во главе кальвинистской партии. В 1562 г. кальвинисты провозгласят его своим первым генерал-полковником, а в 1567 г. его мятеж достигнет пика, и он будет главным подстрекателем гражданской войны. Эти события произойдут в то же время, когда Венеция будет страшиться победоносного оружия султана Сулеймана I, который в 1570 г. захватит принадлежащий ей (Венеции) остров Кипр».

К отдельным эпизодам царствования Генриха IV, по мнению комментаторов, можно отнести с полдюжины катренов. К началу его правления, безусловно, относят III, 25:

Кто явится в Наваррское царство,

Когда соединятся Сицилия и Неаполь,

В Бигор и Ланды через Фуа тогда явится /обитатель Лотарингии?/,

Направленный тем, кто будет излишне связан с Испанией.

Во время царствования Антуана Бурбона – отца Генриха IV – Неаполь и Сицилия еще не были объединены. Но в 1562 г., когда девятилетний Генрих Бурбон стал королем Наварры и вступил во владения землями, перечисленными в третьей строчке, оба условия, поставленные Нострадамусом в катрене III, 25, были выполнены. Сицилия и Неаполь вновь объединились и больше уже не разделялись.

В катренах I, 19 и I, 89 хотя и довольно туманно, но говорится об испанской агрессии во Франции. Такая агрессия действительно имела место в 1589–1594 гг. Она сильно затруднила борьбу Генриха IV за власть.