Чтение онлайн

Когда на следующий день, 10 ноября 1799 г., в новом месте собрался Совет Пятисот, начавший заседание с обсуждения причин перенесения работ парламента в Сан-Клу, двери распахнулись и с непокрытой головой, без оружия, вошел Наполеон. Его сопровождали четыре безоружных гренадера, смешавшихся с толпой офицеров, стоявших у дверей.

В мгновение ока все собрание вскочило со своих мест.

– Генерал! – громко воскликнул один из депутатов. – Что здесь Бонапарту нужно? Это не ваше место! Он вне закона! Нам не нужно диктатора!

Наполеона окружили и схватили за шиворот. Депутат Арена, вооружившись кинжалом, хотел заколоть Бонапарта, но один из гренадеров парировал удар и был ранен в руку.

Председательствовавший на собрании брат Наполеона, Люсьен, с большим трудом добился тишины.

– Намерение генерала, – сказал он, – наверное, заключалось в том, чтобы познакомить собрание с настоящим положением вещей.

Крики и угрозы прервали речь председателя, и Люсьену пришлось покинуть председательское место. Двадцать гренадеров окружили брата Наполеона и под своей защитой вывели его из зала заседания.

Парламент охватило волнение. Возник хаос, в котором перемешались голоса, шум передвигаемых стульев, крики, среди которых нельзя было различить ни слова. Издали доносились приближавшиеся звуки барабанной дроби. Двери парламента снова распахнулись. Посторонняя публика в испуге спасалась бегством, прыгая из окон зала заседания. Офицер, вошедший в сопровождении многочисленных солдат, громко сказал: «Генерал Бонапарт приказал очистить залу».

Гренадеры немедленно заняли переднюю половину залы, а депутаты – остальную часть. Солдаты на короткое время остановились, чтобы подождать, пока освободятся помещения. Двенадцать депутатов сгруппировались около председательской трибуны и один из них громко воскликнул:

– Кто вы – солдаты? Вы – только охрана Национального представительства, а вы позволяете себе посягать на его безопасность и независимость, тем самым топча в грязь свои лавры!..

Солдаты хладнокровно выслушали эту речь. Снова раздался звук барабанной дроби, и они двинулись вперед. Депутаты были вынуждены уступить свои места солдатам.

Несколько дней спустя один из парижан по-своему осуществил завет Французской революции: жить свободным или умереть. У ног статуи Свободы, воздвигнутой на знаменитой площади Революции, он прострелил себе череп в час самого большого оживления на улицах – в 3 часа пополудни.

Комментаторы предполагают, что историю жизни Наполеона I Нострадамус предсказал в мельчайших подробностях от рождения до смерти.

I, 60:

Близ Италии народится Император,

Который дорого встанет империи.

Сообщат, [лицезрея], с какими особами он вступает в союз,

Что это скорее мясник, чем принц.

Сказанное в этом катрене действительно очень точно подходит к Наполеону, который родился на Корсике. Войны, которые он вел, унесли свыше миллиона человеческих жизней – цифра, неслыханная до этого времени и превзойденная только в XX веке.

Новая знать, которую создал Наполеон из своих маршалов и генералов – бывших конюхов, трактирщиков и т. п., могла вызвать у Нострадамуса, правоверного монархиста, презрительную реплику в 3–4 строках.

В этом пророчестве Нострадамус на расстоянии двух с половиной веков как бы услышал то, что говорили во время египетского похода и московского отступления французские солдаты, раздраженные долгой разлукой с родиной и физическими лишениями, вызванными войной. Указывая на мимо проходивших Наполеона и его генералов, солдаты, как правило, громко обзывали их палачами французов.

И как воин, и как император Наполеон Бонапарт вызывал в людях и страх и восхищение

Если попытаться соблюсти хронологический порядок катренов, повествующих о Наполеоне, то следующим, пожалуй, можно считать катрен VII, 13:

Конец ознакомительного фрагмента.