Носители Совести
Шрифт:
– Вчера я звонил, наврал с три короба, но она хоть успокоилась.
– Арсений, ты такой молодец! Спасибо!
– Ну, так уж сразу и молодец?
Он сходил за дровами, тяжеленным колуном кое-как настрогал щепок, вернулся в дом. Сложил пирамидку и разжег камин, краем уха прислушиваясь, как Ксюха заливается соловьем:
– …да, да, у меня настроение лучше всех! Именно. Кто приезжал? Следователь. Да знаю, он сейчас рядом сидит. А то ты его не видела? Ой, Инка, не спрашивай лучше, я тебе потом расскажу.
Арсений принес чайник, сахар и чашки, какие-то печенюшки, что нашлись на дальней полке продуктового шкафа. Кивнул Ксюхе на стол: налетай, мол.
– …все, мне надо идти, Арсений чаем поит. Да. И я тебя целую. Все, пока.
Девушка спрятала телефон в сумочку, присела к столу, всплеснула руками:
– Вот, в этом вся Инка.
– Что случилось?
– Спрашивает, красивый ты или нет?
Он рассмеялся.
– Так она же мне дверь открыла!
– Говорит: так перепугалась, что даже рассмотреть не успела.
– Ну, ты рассказала всю правду обо мне?
– Вот еще! Расскажу – она еще отбить тебя захочет.
– А что, уже надо отбивать?
Ксюха смутилась.
За чаем они почти не разговаривали. Зато потом, когда Ксюха предложила посидеть на крыльце, они болтали без умолку. Точнее – говорила она, Арсений все больше слушал. Он просто отдыхал, давно уже не приходилось просто так посидеть у камина, поболтать ни о чем. Не было времени, да и не с кем.
А теперь – есть.
Много ли надо для счастья? Маленького, локального счастья, когда наслаждаешься моментом, когда не хочется думать, что когда-то наступит завтра и все пойдет по-старому.
– Тебе не холодно, – спросил он. – Может, плед принести?
Ксюха хихикнула.
– И буду я закаляться, как сталь. Сначала замерзла – согрели камином и горячим чаем. Стало жарко – убежала на улицу. Потом снова холодно, надо пледом накрыть.
– Ну, как хочешь.
Она повернулась к Арсению, легонько коснулась губами щеки.
– Спасибо.
– За плед? Знаешь, если ты каждый раз меня так награждать будешь, я готов тебе каждые пять минут по пледу притаскивать.
– Нет, вообще за все. Я только когда к родителям приезжаю, нечто похожее испытываю. Как в сказке. Старый дом, камин, горячая чашка в руках, теплый плед. Знаешь, я там каждый вечер выходила считать звезды. Давай, попробуем.
– Давай. Только не увидим ничего – небо слишком светлое.
– Да ну! Вон смотри – одна.
– Это не звезда, это планета. Венера.
– А это?
– Звезда. Арктур. Вон еще Полярная и Вега.
– Откуда ты их все знаешь?
– Все не знаю. Так, запомнил кое-что. В школе астрономией увлекался, даже настоящий телескоп с родителей стребовал.
– Значит, Арктур, Полярная, Вега. Уже три! А ты говоришь – не увидим. Смотри, вон там две. И там. И здесь еще.
Ксюха считала звезды с таким упоением, что Арсений даже почувствовал некий азарт и стал ей помогать. «Эх, почему я не умею вот так просто радоваться жизни! Девочку чуть не убили вчера, да еще несколько раз до этого, а она резвится, как котенок. Научиться бы».
Сам Арсений нет-нет да и ловил себя на том, что чутко прислушивается к каждому шороху. И ни на одну секунду не давал себе забыть об успокаивающей тяжести пистолета в кармане.
– Знаешь, – вдруг сказала Ксюха, – мне с тобой так спокойно.
Арсений покосился на нее, но ничего не ответил. Она мечтательно смотрела на небо, прижавшись к крепкому плечу Арсения. Потом вдруг встрепенулась, огляделась по сторонам.
– Что-то случилось? – спросил он.
– Нет-нет, все нормально, – ответила Ксюха, улыбнувшись, и добавила шепотом, тихо-тихо, почти про себя, но Арсений все-таки услышал ее слова:
– Хочу ребенка. Мальчика. Такого смышленого непоседу. Чтобы бегал вокруг, задавал свои тысячи «почему»… Чтобы нам всем было на что надеяться.
В книге использованы стихи и песни Марины Шемякиной и Дмитрия Градинара.
Все цитируемые в романе документы являются смысловой калькой с реально существующих протоколов, официальных бланков, личных дневников и записей.
Отзывы и мнения о книге автор приглашает оставить на своей официальной странице по адресу: www.chekmaev.belomors.ru.