Нормандия
Шрифт:
Кристиан сыпал цитатами, которые звучали как пощечины.
— А ее возвращения! «Вечерние возвращения, отъезды из Руана, ноги дрожали от любви, слез и шампанского».
Тереза стояла посреди комнаты, опустив руки, словно оглушенный ударом боксер, который уже и не думает защищаться.
— Постой, ты не читала похлестче! Вот блестящее резюме ее отношений с Родольфом: «Родольф — Лес — Порнография — Чудовищная — Тошнотворная — Родольф уходит».
— Ты меня ненавидишь.
— Да нет.
Он подошел к ней и обнял. Попытался подтолкнуть к дивану, но она воспротивилась. Он гладил ее бедра, грудь, чтобы разжечь, по напрасно. Она ушла в слезах. На улице лило как из ведра, и у нее не хватило мужества пойти на кладбище. Она повторяла имя любовника: «О Кристиан, Кристиан…»
В тот же вечер муж сказал ей:
— Ты спала с Обургуэном.
Она опустила голову, тряхнула ею, разумеется, не и знак отрицания. Скорее она хотела сказать, что не понимала, почему все так получилось, почему столько горя обрушилось на нее.
— Ты воображала, что можно заниматься такими вещами и об этом никто не узнает!
Он добавил, что она может убираться. Он подаст на развод.
— Ты не хочешь простить меня? — спросила она.
— Нет. Ты принимала меня за дурака. Я был недостаточно хорош для тебя. Тебе понадобился учителишка!
Он постелил себе в комнате для гостей. На следующее утро супруги встретились, как обычно, на кухне. Тереза приготовила завтрак. Она убедилась, что Рене намерения не изменил.
— Сегодня я уеду, — сказала она. — Пока ты на работе.
— Пойдешь в банк?
— Банк… — промолвила она и сделала неопределенное движение.
Он подошел к окну.
— Дождь.
— Почему ты говоришь — дождь?
— Чтобы что-то сказать.
— Может, ты хочешь, чтобы я подождала с отъездом, пока дождь не кончится?
— В Нормандии пришлось бы долго ждать. Тебе-то ведь это не мешало шляться.
За утро Тереза собрала чемодан. Вышла она не через улицу, а через сад. Позади, как в романе, текла река. Вот так возвращалась Эмма Бовари в испачканной грязью юбке, шла по полям, срезая путь. Она оставила чемодан и какое-то время брела навстречу течению. Когда найдется более подходящее место, она погрузится в воду. Она так и не научилась плавать и была уверена, что не выплывет.
Вдруг она вспомнила, что речушка, протекавшая через Ри, называлась Кревон.
Мужество оставило ее. Плача, она добралась до деревни. Поднялась по главной улице до автобусной остановки на Руан. Ждала более часа. Когда исчезли из вида последние дома и автобус покатился посреди пастбищ, она поняла, что потеряла все, даже надежду на то, чтобы умереть, как Дельфина, как Эмма.