Чтение онлайн

— Он не первый убийца, с которым мне довелось столкнуться, наемник.

Китобой напрягся, услышав свой статус, свидетельствующий о разнице в их положении: он связан договором, она — свободная женщина.

— Я знаю, что вам неоднократно приходилось встречаться с убийцами.

Корт наградила Романа хмурым взглядом, ей показалось, будто в его словах прозвучало неприкрытое обвинение — но уже в следующее мгновение она сообразила: он говорит о преступниках, с которыми она имела дело в качестве адвоката.

— С несколькими пришлось познакомиться, — сказала она. Затем, решив, что не стоит держаться столь высокомерно и настраивать против себя этого человека, добавила: — Не могу сказать, чтобы я к ним притерпелась.

— Хорошо, — заявил Китобой так сухо, что Корт не смогла понять, чего в его тоне больше — сарказма или доброжелательности.

Они вышли из госпиталя, затем пересекли квадратный двор, любовно украшенный служащими Дипломатического корпуса. Поскольку растения с других миров ввозить запрещалось, здесь посадили деревья, кусты и траву, собранные в самых разных уголках Катаркуса, и разбили великолепный сад. Тут и там виднелись гладко отполированные светящиеся камни, в центре которых был установлен шест с развевающимся флагом Дипломатического корпуса. В результате получилось нечто среднее между земным садом и катарканским.

Народу на территории представительства оказалось совсем немного. Даже сейчас, когда преступления Эмиля Сэндберга бросили тень на все человечество, заставив многих сомневаться в целесообразности присутствия здесь людей, жизнь шла своим чередом, и служащие корпуса отправились в самые разные уголки планеты. Впрочем, трое наемников, которые устроились перекусить и погреться в лучах теплого катарканского солнышка, откровенно уставились на Андреа, когда они с Китобоем проходили мимо. Смотрите — адвокат, ее прислали заняться делом Сэндберга.

Китобой провел ее по коридору с куполообразным потолком, который разделял на две части спальни персонала, затем обогнул длинное белое сооружение непонятного назначения, увидел, кто поджидает их около ангара, и смачно выругался:

— Дерьмо!

У входа в ангар стояли четыре инопланетянина — приземистый невысокий берштиэни, бледный с длинной шеей тчи, совершенно спокойный рииргаанец, а в воздухе висел плоский экран, представляющий ИИ — все они, вне всякого сомнения, явились в представительство с официальным визитом, не имеющим никакого отношения к расследованию Корт, которое еще находилось в зачаточном состоянии. В конце концов, делегации разумных существ, находящихся на стадии первого контакта, должны время от времени делиться имеющейся у них информацией, которую лучше всего передавать напрямую. Однако четверка инопланетян очень кстати для себя оказалась именно в этом месте и в это время. Возможно, они о чем-то и беседовали между собой — скорее всего, пытались придумать причину, по которой оказались прямо на пути Корт, но, как только та приблизилась, тут же замолчали.

— Вы можете просто кивнуть и пройти мимо, — предложил Китобой. — Вы ведь еще даже не побывали на месте преступления.

Корт, разумеется, это знала; но еще она знала, что, будучи официальным лицом, в чьи обязанности входит разобраться с делом Сэндберга, она вынуждена выступать в роли оселка, о который будут заточены все топоры.

— Не беспокойтесь. Все равно когда-нибудь придется с ними беседовать.

Тчи, угловатое тонкое существо с копной серых кудрявых волос, обратился к ней первым:

— Прошу прощения. Вы представитель закона хомо сапсов, адвокат по имени Андреакорт?

Андреа удивилась тому, что ее имя стало известно всем заинтересованным сторонам так быстро.

— Да. Чем могу помочь?

Кругленький, маленький берштиэни, демонстрируя склонность своего народа к излишнему энтузиазму, принялся от возбуждения подпрыгивать на месте.

— Для нас большая честь познакомиться с вами, адвокат Корт. Я Мекил Ном из делегации Берштиэни. Насколько мне известно, у вас за плечами долгая и успешная карьера в качестве представителя закона…

— Карьера, — перебил тчи своего более дружелюбного коллегу почти с сухим высокомерием, приправленным уверенностью в собственном превосходстве, — оказалась столь успешной, потому что ее вид предоставил огромное количество возможностей для расследования преступлений, совершенных на других планетах. Вне всякого сомнения, если ее народ будет продолжать сеять хаос среди аборигенов других миров, у госпожи Корт появятся дополнительные шансы отточить свое мастерство и продемонстрировать талант… В данном вопросе ваши моральные устои сослужили вам плохую службу, Мекил; лично я не стал бы использовать слово «успешный». Он окинул Андреа оценивающим взглядом и сказал:

— Позвольте представиться. Я Советник Гейр Раиг, представитель Республики Тчи и член Комитета по контакту. Я прибыл сюда двадцать местных дней назад и сразу же приступил к собственному расследованию, чтобы не позволить людям извратить факты и помешать свершиться правосудию.

Ни один мускул не дрогнул на лице Корт.

— Могу вас заверить, господин Раиг: Конфедерация хомо сапсов не собирается извращать факты и мешать правосудию.

— Ваше присутствие здесь говорит об обратном. Мне удалось выяснить, что вы поддерживали людей в 60 % обвинений, выдвинутых против них властями других миров. Как вы объясните столь вопиюще несправедливое использование данной вам власти?

Еще один дипломатический фокус, к которому мастерски прибегали представители Тчи — задать вопрос вроде: «Когда вы перестанете бить жену?». Ответить на него так, чтобы не оказаться виноватым, невозможно. Корт спрятала раздражение за дежурной фразой:

— Я с радостью отвечу на все ваши вопросы, когда закончу расследование.

— Разумеется, — не сдавался тчи. Учитывая безумный шовинизм хомо сапсов, вам необходимо сначала установить, насколько представители других видов похожи на вас, чтобы решить, стоит ли признавать, что против них совершены страшные преступления.

— Должен заметить, что сами вы демонстрируете истинную беспристрастность, сэр… — вмешался Китобой.

И хотя Корт тоже была в ярости, она жестом остановила своего спутника и закончила:

— Вы совершенно напрасно, мистер Раиг. Никто — за исключением, возможно, самого Сэндберга — не пытается приуменьшить значение совершенных преступлений.

— Почему же он до сих пор в вашей тюрьме? Не сомневаюсь, вы намерены помешать аборигенам предать его суду.

— Вам прекрасно известно, почему, — ответил Китобой.