НеТемный
Шрифт:
— Прости, отец… — шёпот снова донёсся до моих ушей, и, кажется, это был последний её вздох.
И тут же пришлось сморщиться от истеричного фальцета беса:
«НЕ СЛУШАЙ ЕЁ!!!»
Я напрягся, почуяв неладное.
Вот правду говорят, что, по сути, у бесов нет мозгов. Всего доля секунды, и я бы просто отпихнул девушку сапогом, как бездомную шавку, но именно истерика беса заставила меня опустить руку.
Чтобы какой-то жалкий чёрт указывал мне, Десятому Жрецу?
«Нижайше кланяюсь тебе, о, великий! Я не хотел… Продолжай, ибо голос твой сейчас разносится во всех уголках Вселенной. Я жду, когда стану твоим рабом.»
Но я уже склонился, подозрительно всматриваясь в застывшее лицо жрицы. Рука потянулась, чтобы снова смахнуть локон.
— Всеволод, — раздался шелестящий, вымораживающий душу голос.
Я вздрогнул. Это говорила Бездна… И её голос звучал даже не в голове, а в самой келье, будто доносился из тёмных уголков.
Излишняя осторожность на грани паранойи — это мой недостаток. И одновременно моя сила. Поэтому, поджав губы, я ответил не вслух, а мысленно:
«Да, госпожа?»
— Ты не хочешь говорить со мной? – голос звучал обиженно.
«Берегу голос для заклинания, Мать-Бездна».
— Что ты делаешь? Мы так долго шли к этому, и вот, на последней ступени ты решил остановиться?
Я молчал, вдруг впервые за столько лет поняв, что меня обводят вокруг пальца. Черти мне заговаривают зубы или сама Бездна, разницы не было. Я всматривался в лицо Жрицы, пытаясь что-то вспомнить, но просто не мог. Она ведь не просто так мне знакома.
Привычным магическим усилием подтолкнул память, и вдруг моё намерение разлетелось, словно натолкнулось на непреодолимую преграду.
«Забвение»… Что?!
Какое, вонь светящая, «забвение»?
Я растерянно ощущал неприметную, едва ощутимую магическую загогулину внутри моего сознания. Простейшая магия, рассчитанная на слабых простаков, которую такой могущественный колдун, как я, почует в два счёта.
Почую, как же… Ведь столько лет не чуял. Даже сейчас я не мог понять, где спрятано это плетение.
Когда мне его поставили? Каждый день я проводил обязательное магическое правило, проверяя свой разум на чистоту — так почему не заметил это?
Внутренним взором я пролетел по каждой клеточке тела, прозвонил все слои ауры. Но нет, не вижу зацепки, куда могли спрятать заклинание, но едва пытаюсь подтолкнуть память — и упорно натыкаюсь на «забвение».
Как они смогли?! Когда?
— Очнись, Всеволод. Неужели ты не видишь, что Небо навеяло на тебя морок? Неужели не чуешь ложь? Я, Мать-Бездна, говорю тебе — продолжай. Не позволь искушению сломить могучий разум будущего Верховного Жреца Тьмы.
Я молчал, потому что прекрасно знал, как работает магия Бездны. Открою рот, и нас свяжет нить. Тень в моём теле, пока что изолированная, смешается со Тьмой.
Свет лжёт мне? Ложь и Небо? Мать-Бездна, я надеюсь, ты это не серьёзно?! Да более прямолинейных и честных глупцов, чем адепты Ордена Света, нигде в мире не найдёшь.
— Спеши, Всеволод, пока её душа здесь. Почему ты медлишь? Ведь другие не будут ждать!
А я смотрел на лицо девушки, пытаясь вспомнить.
Что же я забыл? Что такое важное спрятали в моей душе?
— Всеволод, слышишь?
Да, я слышу. Слышу шаги других Жрецов Тьмы, которые спешат, чтобы перехватить главный приз. Они опоздали, потому что клюнули на мою уловку, и теперь обозлены не на шутку.
Верховным может быть только один… Остальные будут слугами, рабами, грязью у его ног.
Сунув кончик пальца под подошву сапога, я потянул руку, стягивая перчатку, и тёмные лепестки вокруг меня мгновенно зашевелились, будто взбудораженные. Потянулись к моим белеющим в полумраке пальцам.
— Ты помнишь, что ждёт тебя? Смерть настигнет рано или поздно, и ты знаешь — служитель Тьмы не попадёт в Рай. В Аду полно безвольных ничтожеств, недостойных служить даже червям! Берегись, Всеволод, ведь это уготовано тебе.
Слова Бездны колыхали Тьму и, казалось, сотрясали мироздание. А моё магическое нутро сотрясалось от шагов других Жрецов, и чёрное кольцо на безымянном пальце будто вспыхивало.
Вот Червонное Кольцо замерцало тусклым светом, и я почуял небольшой прилив сил. Седьмого Жреца не стало. Великий магистр даже не учуял мою ловушку, и теперь претендентов стало ещё меньше.
У меня перехватило дыхание, когда я приблизил указательный палец к неподвижному лицу девушки. Если служитель Тьмы прикоснётся к адепту Света, то умрёт.
— Стой!
Свет сильнее Тьмы. Глуп тот, кто не знает этой истины. Я не пытался бороть гордыню, зная эту правду, и всегда действовал хитростью. И поэтому здесь, над телом Верховной Жрицы Света, именно я.
А ещё я знал, что сейчас сделаю глупость. Уже делаю.
— Остановись!
Палец прижался к ещё тёплой коже…
— Ты сгинешь в моём чреве, как будто тебя и не было! Всеволод, тебя ждёт небытие, и никто во Вселенной не будет знать, что ты существовал! Я сожру тебя и все твои колена!
Бездна злилась. Бездна была в ярости. Впервые за столько лет её вернейший и любимейший слуга ослушался.
Вот только я тоже был взбешён, чувствуя под пальцами нежную девичью кожу.
Если я всё ещё жив, значит, нас связывает родство, причём самое близкое. Если бы это был кто-то двоюродный, то сила моего греха перевесила бы, и я замертво свалился бы рядом с Девятым Жрецом.