Непримиримый
Шрифт:
– Ваш кофе, – отвлёк от созерцания картинок бармен, ставя передо мной белоснежную чашку с горьким напитком.
– Спасибо, – поблагодарила я брюнета, по виду чуть старше меня, делая мелкий глоток.
По телу разлилось тепло. И я, наконец, сбросила с плеч вязаный свитер, который надевала на прогулку, оставшись в одной тонкой синей кофте с длинным рукавом.
Мой спаситель тем временем продолжал меня нагло разглядывать, слегка прищурившись, склонив голову вправо. Сканировал. Медленно. Придирчиво. Ощутила себя голой. Даже плечом повела в желании сбросить с себя невидимую длань.
– Что-то интересное увидели? – огрызнулась я невольно, бросив на него недовольный взгляд.
– Могу спросить о том же, – нисколько не проникся незнакомец.
И снова я смутилась.
Чертовщина какая-то!
– Ваша татуировка, – призналась я со вздохом. – Интересная…
– Так вот оно что, – усмехнулся мужчина, залпом допивая порцию своего алкоголя, молчаливым жестом указав бармену добавить ещё. – И что же в ней такого интересного? – вновь сосредоточился на мне.
Поставил локоть на стол, положив подбородок на сжатую в кулак ладонь.
– Красивая, – заметила чуть мечтательно. – Я бы тоже хотела себе татуировку.
– И что мешает?
– Если моя мама узнает, будет жуткий скандал, – улыбнулась я грустно. – Ещё и свести заставит.
– Строгая.
– Не во всём, но бывает, да, – сосредоточилась я на кофе.
– То есть, мамина пай-девочка? – прозвучало с долей насмешки.
Снова смутил, нехороший человек.
– Скорее, благоразумна и стараюсь не рисковать просто так, – парировала.
Ну, не признаваться же ему, что я действительно не желаю расстраивать мать?
И правда, выглядит по-глупому. По-детски.
– А что они значат? – кивнула на рисунки, переводя тему.
На его губах расцвела очередная насмешка. И снова взгляд – пристальный, цепкий, оценивающий, пронизывающий буквально насквозь. Мужчина даже на бармена, принёсшего ему новую порцию алкоголя со льдом, внимания никакого не обратил. Так и взялся за стакан, продолжая смотреть только на меня. Опять ощутила себя голой перед ним. И сердце снова забилось со скоростью света. И мне бы отвернуться, но не выходило. Будто увязла в этом снежном капкане. Не выбраться. Не самой.
– Что-то я не припоминаю, чтоб мы успели познакомиться настолько близко, звёздочка, – отозвался он, спустя небольшую паузу.
– Я… Да… Извини, – прошептала, наконец, отворачиваясь.
Ещё и кофе едва ли не залпом допила.
– Ну вот, уже на и “ты” перешли, – хмыкнул блондин.
А-а!
Определённо, надо от него бежать!
Иначе от моих щёк скоро можно будет спички поджигать.
– Пожалуй, мне пора, – соскочила со стула.
Излишне быстро, наверное, так как мужчина вновь одарил меня насмешливой улыбкой, отчего я в очередной раз покраснела.
Да чтоб его!
– Доброй ночи, – попрощалась наскоро, банально сбегая из бара.
– Доброй ночи, звёздочка, – донеслось мне в спину.
И не звёздочка я вовсе.
Чего прицепился с этим обращением?
Не удержалась и бросила напоследок в его сторону новый недовольный взор, после чего удалилась из помещения с самым гордым видом. И, уже будучи в своём номере, прислонилась к двери и рассмеялась, прижав ладони к горящим щекам.
Да, Никусик, отличилась ты, так отличилась…
Глава 2
Вероника
Ночь выдалась не очень. Всё потому, что до самого утра мне снилось небо. Зимнее, с низкими пушистыми облаками. И снег. Холодный. Мокрый. Тёплый. Он словно кутал в своё покрывало, даря ощущение свободы, спокойствия и радости. Но лишь поначалу. А после всё изменилось. Обратилось в непроглядный буран. Жалящий. Сбивающий с ног. Путающий не только пути-дороги, но и мысли.
Не удивительно, что утром я едва ли подняла себя с кровати. Даже прохладный душ не привёл в чувства. Поэтому, чуть подумав, решила освежиться в бассейне. Вот только как вошла в большой и светлый зал с прозрачной крышей, так и замерла в дверях с полотенцем в руках, глядя как уже знакомый по вчера блондин в одиночестве рассекает воду широкими гребками до противоположного края бассейна и обратно. Немного погодя, он замер у лестницы, смахнув с лица лишнюю воду, а после подтянулся и вылез на сушу. Взял с ближайшей лежанки полотенце и принялся вытираться им.
Я зависла. Глядя на накачанный торс мужчины. Словно вылепленный умелой рукой скульптора. Мышцы под кожей перекатывались, вынуждая неотрывно следить за этим нехитрым действием. И я смотрела. Не могла не смотреть. Я таких только на картинках в интернете видела. Накачанный настолько, что захотелось потрогать, чтобы убедиться, настоящий ли он. Прикоснуться, провести пальцами по заметной линии вен на руках, ключицам, груди, с висящим на ней кулоном в виде звериного клыка, вниз к животу, где были прокачаны все восемь кубиков. И обратно наверх по тому же пути к правому плечу, на котором клубком свернулась змея, опутанная колючими ветвями…
– Будешь так смотреть, решу, что влюбилась… – прозвучало неожиданно.
Вздрогнула, заслышав его голос. А уж когда взглянула в глаза…
Да когда ж я перестану так краснеть в его присутствии?!
Откуда вообще это смущение берётся?
– …в татуировку, – дополнил он в снисходительном пояснении.
С шумом втянула в лёгкие воздух, сжав своё полотенце в руках до побеления рук. Оказывается, и не дышала вовсе до этого момента.
– Я… просто не хотела мешать, – отозвалась с как можно более безразличным видом. – Вы с таким увлечением плавали…
Мысленно скривилась.
О да, оправдание что надо, Никки. Лучше не придумаешь. Мужик наверняка над тобой смеётся про себя.
– Ты мне и не мешаешь, – улыбнулся блондин, всего за пару секунд оказавшись совсем близко.
Второй раз за последнюю минуту вздрогнула, отшатнувшись назад от него. И конечно же, по закону подлости, поскользнулась на гладком кафеле. Но не грохнулась. Он поймал. Вот уже в третий раз.
– Аккуратнее, звёздочка, – произнёс тихо.
Так и не отпустил. А я, подобно безвольной жертве, замерла, снова позабыв о дыхании, глядя в серые глаза, ещё крепче вцепившись в махровую ткань собственного полотенца, стараясь не обращать внимания на то, насколько он близко, и какая горячая у него кожа. Настолько, что моя собственная буквально пылает в месте соприкосновения с его ладонью, даже через шёлковую ткань халата.