Непримиримый
Шрифт:
– Завтра, если погода позволит, узнаешь что это, – лукаво отозвалась собеседница.
Если погода позволит?
– Всё так плохо?
– Тайфун не слабеет, – вздохнула тоскливо мама. – Ты сама там как вообще? Не скучно тебе в этой глуши одной?
Тихонько рассмеялась.
Вот же дитя мегаполисов!
– Нет, мам. Здесь хорошо. Почти, как в школе. Народу мало, все дружелюбные. Сегодня вот заменила одну скрипачку, развеялась. Но всё же надеюсь, что ты ко мне присоединишься. Я соскучилась, – призналась со вздохом.
Вообще, когда отец серьёзно заболел два года назад, я даже подумывала не уезжать из страны. Но тот взял с меня обещание, что несмотря ни на что я всё равно продолжу обучение, как запланировали. В итоге это даже помогло. Вдали от дома оказалось легче переживать потерю. Учёба тоже хорошо этому способствовало. Постепенно душащая меня тоска сменилась светлой грустью. Но возвращаться домой я всё равно не спешила. Так было проще.
– А как я-то соскучилась, Вероничка, – отозвалась она. – К тому же, у меня для тебя не один, а сразу несколько сюрпризов! – выдала радостно.
Где-то рядом с ней что-то снова грохнулось. На этот раз фоном прошло сразу несколько голосов. Мужских притом. И с явным акцентом.
Хм… Любопытненько.
– Мамусик мой дорогой, а ты чем, позволь узнать, там у меня занимаешься? Со столькими мужскими голосами… Тебе одной вообще не много столько мужиков, нет? – хмыкнула.
Мама на мои слова чем-то подавилась и закашлялась.
– Мужиков никогда много не бывает! – выдала в итоге патетично.
– Никогда в этом не сомневалась, – покивала я с умным видом.
– Но не в твоём возрасте! – дополнила она уже с напускной строгостью.
– Это ещё почему? – возмутилась я тут же. – Чем мой возраст помеха количеству и качеству?
На самом деле, в мои восемнадцать я пока ещё оставалась девственницей. И расставаться с ней не собиралась. Да и не до романов мне. Как и не с кем в общем-то встречаться. Так что предупреждение мамы не имело смысла.
Вопреки мыслям, в памяти всплыл образ незнакомца с колючими серыми глазами и потрясающей улыбкой, от которой сердце в груди вновь забилось быстрее прежнего. Глупость, конечно. Но несмотря на свой возраст, мужчина меня заинтересовал.
– Рано ещё. Сперва диплом получи, – хмыкнула родительница. – А жениха мы тебе всегда найти успеем, – проворчала по-доброму.
– Смею тебе напомнить, диплом я уже получила, – имела в виду диплом, выданный по окончанию пансионата. – А жениха я тоже сама себе найти могу. Можешь на этот счёт не беспокоиться, – закинула одну ногу на другую, помотав верхней. – У меня впереди ещё несколько лет учёбы в оксфордском университете впереди. А там полно умных и перспективных парней.
– Что, уже планируешь кастинг? – усмехнулась мама. – И в кого ты у меня такая амбициозная пошла… – закончила демонстративно задумчиво.
Я тоже сделала вид, что призадумалась.
– М-м… Дай-ка подумать… В родителей?! Они у меня очень амбициозные личности, помнится. И да, список я уже составила! Можешь гордиться дочкой! Самых лучших отобрала в претенденты!
– Я тобой всегда горжусь, Вероничка, – расслышала в её голосе улыбку.
В этот момент в дверь номера постучали.
– Угу. Ладно, мамуль, мне тут ужин принесли. Жду тебя завтра. Люблю, целую, пока, – одарила несколькими поцелуями динамик на прощание, сбрасывая вызов.
Отложила телефон на прикроватную тумбочку и, кутаясь в тёплый халат, направилась открывать дверь.
Ужин получился выше всяческих похвал: салат с пастой и тунцом, запечённый кролик с можжевельником, кус-кус с изюмом и орехами, апельсиновый тирамису и крепкий чёрный кофе, и через час, сытая и довольная жизнью, я привычно отправилась на вечернюю прогулку перед сном.
Нравилось мне наблюдать за тем, как затихает жизнь вокруг. Как солнце скрывается за линией горизонта, окрашивая его в багряные цвета. Как зажигаются фонари, придавая окружающему их пространству сказочности и нереальности.
В такие моменты я будто в другое измерение попадала, где есть место лишь счастью и исполнению наших желаний. Без оглядки на суровые серые будни повседневной жизни. Тем более, отель, в котором я остановилась по выбору мамы, располагался в непосредственной близости от леса и гор. Всё же, Кавказские горы – то, куда будешь возвращаться снова и снова, единожды побывав там.
Единственный минус – вместе с ночью сюда приходит холод. Температура опускается аж ниже десяти градусов тепла. Долго не погуляешь. Поэтому через некоторое время я всё же вернулась обратно в отель, сразу взяв направление к бару, чтобы заказать себе что-нибудь погорячее из напитков.
– Чёрный кофе без сахара, – попросила я бармена.
– Есть чёрный кофе, – дружелюбно улыбнулся мне бармен, отправившись исполнять мой заказ.
Я же принялась осматриваться вокруг.
Длинное узкое полупустое помещение освещалось светодиодами холодного голубого оттенка. Но несмотря на цвет, помещение выглядело уютным, с тремя рядами столов. Первый – у панорамных окон на четыре персоны с удобными тёмно-красными креслами. Второй – по центру, на двоих всё с теми же мягкими креслами. Ну и третий – сама барная стойка, вдоль которой были расставлены стулья, на одном из которых расположилась и я. И не только я. Неподалёку, через два стула от меня, обнаружился мой спаситель. Если три часа назад он был одет в строгий костюм с белой рубашкой, то сейчас куда как проще. Самые обычные светлые джинсы и футболка с коротким рукавом, открывающая вид на татуировку на правой руке: кинжал в переплетении туловища змея и тернового куста с цветами роз, чьё остриё касалось уровня сгиба локтя.
И видимо я слишком пристально разглядывала мужчину, потому что он повернулся, взглянув в ответ прямо, пристально, с долей насмешки и ожидания. Ещё и бровь вопросительно приподнял, развернувшись ко мне всем корпусом. А я вот уже третий раз в его присутствии смутилась. Притом, что мне такая реакция в принципе не свойственна. Я из тех, кто может и сама первая подойти познакомиться с понравившимся парнем. Но не с ним… Только из-за одного его взгляда становилось не по себе. Словно вся Вселенная в нём сосредоточилась. Странная фигня. Но отворачиваться не стала. Наоборот, ответила на его взгляд таким же прямым, а после вновь скосилась на татуировку. Уж очень интересно было рассмотреть её поближе. И узнать, есть ли на нём ещё какие-нибудь рисунки.